Как вы думаете, чем отличается беларусский завод от австрийского? Беларуска работала там и там — вот ее впечатления
12 июля 2026 в 1783847280
Ангелина Липень / «Зеркало»
Когда Мила в 2021 году окончила БГТУ как химик-технолог и устроилась по распределению на завод по производству минералки «Дарида», вряд ли могла предположить, что всего через пару лет ее жизнь кардинально изменится. Она уедет из страны, выучит с нуля чужой язык и сможет устроиться в Австрии на работу по специальности. «Зеркало» поговорило с Милой о том, как ей работалось на «Дариде», есть ли разница с австрийским предприятием, где она трудится сейчас, и каково это работать, когда поначалу ты даже не понимаешь, о чем говорят твои коллеги.
«Это всегда перспективно, люди всегда будут хотеть есть»
Созваниваемся с Милой утром - в обед собеседнице уже нужно собираться на работу и идти на смену. О такой жизни 27-летняя беларуска еще несколько лет назад даже не думала. Но химией интересовалась с детства: участвовала в конференциях и олимпиадах. И когда оканчивала школу, вместе с родителями решила, что лучше всего будет строить карьеру в сфере пищевой промышленности.
- Потому что это всегда перспективно, люди всегда будут хотеть есть, - улыбается Мила. - Поступила в Минск (сама из небольшой деревни в Брестской области), в технологический университет (БГТУ) на специализацию «биотехнология» на бюджет. Пять лет училась, было интересно. Окончила, стала инженером - химиком-технологом.
На последнем курсе собеседница стала искать потенциальное место работы, так как хотела, чтобы ее распределили в Минск. Говорит, что найти его было «не суперсложно». Мила отправила резюме на «Дариду», прошла собеседование с начальником лаборатории, и ее, на тот момент еще студентку, взяли.
- Я начала там работать за три месяца до конца учебы, потому что занятий в университете уже не было, только писали диплом. И когда уже выпустилась, с июля 2021 года начала работать официально, - вспоминает Мила.
Взяли Милу в аналитическую лабораторию на должность химика. В ее обязанности входило отслеживать производство и контролировать качество ингредиентов и готовой продукции.
- Мы каждый час должны были ходить на разные линии, отбирать там пробы: бутылки с водой или готовым напитком. Дальше в лаборатории делали анализы этого напитка и воды. Также мы дважды в день проверяли воду из скважин, которые есть на территории: все ли с ней нормально, какого она качества, какой там уровень газированности и так далее, - рассказывает она о специфике работы. - Параллельно вела всю документацию, помогала оформлять сертификаты качества. В общем, сопровождала весь процесс от нуля до готовой продукции. Следила даже за качеством этикетки.
«Поскольку это частный завод, не жалели денег на технику»
Ту свою работу беларуска называет довольно рутинной. Конечно, первое время все казалось хаотичным, но спустя пару месяцев она поняла, как устроен процесс.
- Понятно, иногда случаются экстренные ситуации: что-то сломалось или пошло не так, и тебе нужно принимать очень быстрые решения вместе с начальником смены, брать на себя ответственность. Но в целом это достаточно рутинная работа, без каких-то приколов. Хотя довольно интересная, - продолжает Мила.
Как и на любом подобном предприятии, на «Дариде» работали посменно - на ночь завод никто не останавливал. График был два через два, причем смены чередовались, ночные и дневные.
- Мне этот график нравился. Пока ты молодой, еще можешь работать по ночам. А потом у тебя есть два дня для себя, и ты можешь без проблем записаться к врачу, куда-то сходить. Минус в том, что работаешь в выходные и праздники, но зато среди недели ты можешь куда-то выбраться, - рассказывает она. - Из очевидных плюсов - у нас был кондиционер (смеется) (мы беседовали во время небывалой волны жары, которая накрыла Европу. - Прим. ред.). В целом оборудование в лаборатории было хорошее и достаточно новое. На самом предприятии, поскольку это частный завод, не жалели денег на технику, она была итальянская или испанская. Когда я ходила по нашему заводу в Австрии, видела точно такое же оборудование, как на «Дариде». Очень этому удивилась (смеется). Хотя и понятно, что там все достойного уровня, - у «Дариды» были европейские сертификаты по качеству воды.
Хотя «Дарида» - предприятие частное, а ее продукцию можно найти в любом магазине, на зарплатах это не особо отражалось, отмечает Мила.
- Мы снимали с мужем двухкомнатную квартиру в Минске за 350 долларов, и моя зарплата была меньше этой суммы, - вспоминает она. - Причем я получала так мало не из-за того, что была молодой специалисткой. Мои коллеги на такой же должности зарабатывали плюс-минус столько же.
В коллективе размеры своих зарплат они не обсуждали, но на все остальные темы говорили с радостью - атмосфера в лаборатории была достаточно дружелюбной, замечает Мила.
В целом же работа собеседнице нравилась. К тому же это было ее первое место после университета, где она многому научилась.
«Понимаешь, что это шаг в новое, что-то непонятное, и большой шанс улучшить свою жизнь»
Как раз когда Мила отработала два положенных после университета года, ее мужу предложили работу в Австрии - и в 2023 году семья решила переезжать. Беларуска признается, что уходить с «Дариды» было грустно.
- Мне нравилось там работать, я не была уверена, что снова смогу устроиться в такое же место. Я знаю, что есть люди, которые любят завод и работают там до пенсии - мне как раз это подходило.
В общем, как шутит Мила, в Австрии она оказалась «как жена декабриста». С документами все было в порядке, потому разрешение на работу беларуска получила очень быстро. Оставалось одно «но»: языка она не знала совершенно.
- Конечно, было страшно. Но ты понимаешь, что это шаг в новое, что-то непонятное, и это большой шанс улучшить свою жизнь, - рассказывает собеседница.
Первый год в Австрии беларуска работала фронтенд-разработчицей (еще в Минске параллельно со сменами на «Дариде» училась на курсах IT). Но потом у фирмы начались проблемы, Милу сократили - и она решила вернуться в свою сферу. Занялась подтверждением диплома в Австрии и стала активно учить немецкий.
- Я для себя решила, что у меня нет другого выбора. Просто должна это делать. До эмиграции я была очень социально активным человеком, у меня было много друзей, ходила на множество разных мероприятий. А тут полностью пропала социальная жизнь, - говорит женщина. - И ты либо и дальше просто сидишь в квартире и получаешь депрессию, либо начинаешь что-то делать, чтобы как можно быстрее снова вернуться на прежний уровень.
Благодаря мужу Мила смогла сосредоточиться на немецком и не искать работу сразу же после сокращения («Понятно, если бы у меня не было мужа, не факт, что все бы так сложилось»). Год занималась с репетитором, потом стала ходить в разговорные клубы, чтобы побороть страх говорить на новом языке. После появились местные друзья и знакомые, язык давался все проще и проще. Наконец, беларуска сдала экзамен на B2 - и в начале 2026-го вернулась к поискам работы по своей специальности.
- Проблема в том, что, поскольку я искала работу именно в пищевой промышленности, таких предприятий не очень много. Машины у нас нет, поэтому смотрела что-то недалеко от города. Набралось буквально пять-шесть предприятий, в которые я суммарно отправила около тридцати заявок, - описывает она поиски. - На предприятие, где я сейчас работаю, попала только с четвертого раза. Подавала заявки еще с декабря прошлого года, и мне каждый раз приходил отказ. А я все равно отправляла, потому что вакансия продолжала висеть на сайте. И в конце марта мне перезвонили: «Получили вашу заявку, круто, классно, давайте мы поговорим».
«Делаю то же самое, что и раньше, просто по-другому называется должность»
Собеседования заняли около месяца, вспоминает Мила. Сначала - созвон с эйчаром, через неделю - разговор на самом заводе с начальником лаборатории и с эйчаром. Потом - пробный день, чтобы беларуска могла посмотреть, как все устроено, а за ней могли понаблюдать в деле.
- И уже после этого пробного дня, через полторы недели, мне позвонили и сообщили, что готовы взять с мая на работу, - говорит собеседница. - Я была очень рада. Понимала, что, в принципе, соглашусь на все, связанное с моей специальностью, потому что очень хотелось выйти на работу, получать деньги и снова быть независимым и самодостаточным человеком. Но я до последнего в это все не верила, думала, а вдруг откажут, передумают, возьмут кого-то лучше. Когда ты мигрант и начинаешь все с нуля, у тебя есть синдром самозванца: почему именно меня берут на работу, когда здесь есть куча местных, которые умнее, лучше и так далее. Это очень мешает.
Первый месяц пробный, продолжает Мила. Потом еще два новый сотрудник работает по контракту. И если после этого все в порядке - предлагают бессрочный договор. Для собеседницы такой «испытательный срок» закончится в августе.
В Австрии беларуска работает на заводе компании Hermann Pfanner Getränke GmbH. Помимо воды и напитков, как было на «Дариде», предприятие производит еще соки, пюре и концентраты. С этим связано одно из основных различий: на новом месте больше объемы и нагрузка.
- Я работаю как Labortechniker (что-то вроде техника-лаборанта) в аналитической лаборатории, - объясняет собеседница. - По сути, делаю то же самое, что и раньше, просто по-другому называется должность. Сама лаборатория тоже больше, но просто потому, что больше ассортимент продукции. Оборудование тоже другое - не то чтобы новее, просто для иных анализов. Кстати, оно здесь почти все автоматическое, мало что нужно делать вручную.
Рабочий процесс тоже устроен немного иначе. Например, рассказывает специалистка, теперь ей не нужно самой ходить отбирать пробы - все приносят в лабораторию. Существуют четкие должностные инструкции, в которых предусмотрена каждая, на первый взгляд, мелочь.
- Например, интересная деталь: если ты порезался, на работе разрешено использовать только определенные пластыри синего цвета с металлическими вкраплениями. Тогда, если вдруг что-то как-то попадет в готовый продукт, датчики обнаружат металл, и эту бутылку выбьет из линии. Прикольно, когда такие, казалось бы, мелочи учтены.
«По австрийским меркам зарплата не то чтобы очень высокая»
Для сотрудников постоянно организовывают обучение, рассказывает Мила. Например, нужно уметь по вкусу опознать ароматизатор, знать, как определить количество сахара в яблочном соке, и так далее.
- Плюс здесь смена длится восемь часов, а не двенадцать. В Австрии иногда встречаются смены по двенадцать часов, но это скорее редкость, чем распространенная практика. Здесь ты работаешь пять дней подряд по восемь часов: одну неделю у тебя утренняя смена, потом послеобеденная, потом неделю ночные смены. Это намного сложнее, чем две ночи подряд, но такова специфика пищевых производств, - отмечает она. - К тому же ночные смены хорошо оплачиваются - дополнительно тридцать процентов. А если такая смена начинается в воскресенье, то плюс сто пятьдесят процентов. В этом плане дела обстоят намного лучше, чем было на «Дариде». Там хотя и была доплата, но совсем небольшая.
Также сотрудникам завода выдают проездной на все виды транспорта в пределах федеральной земли Верхняя Австрия (административно-территориальная единица страны). На предприятии - доступ к кофе и фруктам. А еще людей обеспечивают полным комплектом форменной одежды: штанами, майками, кофтами, куртками, кепками и так далее. «У нас из своего только носки», - смеется Мила.
- Зарплата здесь гораздо больше, чем в Беларуси, но по австрийским меркам она не то чтобы очень высокая, - продолжает она. - Чистыми я сейчас получаю в восемь раз больше, но и за жилье мы платим в три раза больше. Хотя, даже если бы я была без мужа, могла бы себе позволить эту же квартиру и еще бы оставалось на скромную жизнь. Без путешествий каждый месяц, но вполне неплохую. Тем более что тут прогрессивный уровень налогообложения: чем больше ты получаешь, тем больше платишь налогов. Поэтому в принципе нет большой разницы, ты работаешь кассиром, на заводе или в офисе - все получат плюс-минус одинаковую зарплату с разницей в пару сотен евро.
Еще из отличий - тринадцатая и четырнадцатая зарплаты. Тринадцатая приходит в июне - это отпускные. Причем когда сотрудник уходит в отпуск, он все равно получает свою обычную сумму в этом месяце, и 13-й оклад становится как бы бонусом. Четырнадцатая зарплата приходит в конце ноября - это «рождественские деньги», добавляет собеседница.
«У нас в лаборатории я единственная мигрантка»
Хотя Мила выучила немецкий на B2, работать на языке, который тебе не родной, не так и просто. Тем более что австрийский вариант немецкого не похож на классический, который сдают на экзаменах.
- Здесь как бы диалект, более разговорный вариант немецкого. Из-за этого мигрантам сложно в Австрии, потому что ты не учишь на курсах «диалект» и максимум начнешь его понимать через несколько лет. Поэтому все равно есть большая дистанция между мигрантами и местными, ты никогда не будешь своим, - констатирует она. - Когда я пришла, первые дни вообще не понимала, что говорят коллеги между собой. Просто ноль процентов, не улавливала даже контекст, хотя у меня хороший уровень немецкого. Это бьет по самооценке: оказывается, все, что ты учил, было зря. Но спустя два месяца понимаю около половины (смеется). Кто-то пытается переходить на стандартный немецкий, но для них это проблематично.
Коллектив Миле нравится, коллеги к ней отнеслись доброжелательно.
- Я очень боялась, что будет надменное отношение как к мигрантке, но пока ничего плохого не было. Наоборот, все стараются помочь, поддержать, войти в положение, - отмечает она. - У нас в лаборатории я единственная мигрантка, все остальные австрийцы. В других отделах есть люди из Чехии, Болгарии, и с ними мне легко общаться, потому что они тоже мигранты и понимают, насколько это тяжело.
В целом атмосфера на предприятии довольно комфортная, добавляет беларуска.
- Нет какого-то страха и напряга, ты не боишься ошибиться. Все понимают, что ты не робот. Надо суперсерьезную ошибку допустить, чтобы получить выговор или штраф.
Тем, как сложилась жизнь в эмиграции, Мила довольна. Конечно, в Беларуси все было проще, в первую очередь из-за языка. Но сейчас, пройдя такой путь, она уверена, что и в чужой стране все возможно.
- Когда только переезжаешь, читаешь истории успеха айтишников. И думаешь, что все остальные вынуждены идти работать санитарами или полы мыть, потому что больше нигде не устроиться. Но оказалось, что если постараться, приложить усилия, то и у тебя получится. Сейчас я довольна, мне интересно, и очень все нравится. Как минимум сам факт того, что я снова работаю по специальности. Мне действительно нравится на заводе, его атмосфера, и когда ты понимаешь, что контролируешь продукт, который потом люди покупают и пьют, и ты отвечаешь за его качество, - делится Мила.