Российское вторжение в Украину изменило привычки украинцев в потреблении видео для взрослых. Во время периодов насилия и интенсивной угрозы, которая нависает сразу над многими, люди чаще обращаются к одиночным сексуальным практикам как к механизму преодоления стресса. Такие выводы содержит новое исследование, опубликованное в профильном издании Archives of Sexual Behavior, пишет PsyPost.
В чем смысл изучения интереса людей к порнографическим видео
Ученые и специалисты в области общественного здравоохранения признают, что крупные глобальные кризисы нарушают привычную социальную динамику. Например, пандемия COVID-19 показала: локдауны и страх заражения приводят к измеримым заметным изменениям в сексуальном поведении и использовании интернета.
При этом объективных данных о том, как влияют на эти аспекты поведения именно активные военные конфликты, недостаточно. Большинство предыдущих исследований сексуальности во время войны опираются на ретроспективные опросы (то есть такие, где люди вспоминают, как они себя чувствовали и что делали). Такие исследования часто подвержены искажениям: не всегда возможно держать в уме все детали или испытывать неловкость, раскрывая деликатную информацию.
— Наша работа появилась в связи с очевидным пробелом в литературе: хотя известно, что войны глубоко меняют социальную, эмоциональную и сексуальную жизнь, объективных крупномасштабных данных о том, как российское вторжение в Украину повлияло на сексуальное поведение, не хватало, — рассказал Иссам Нессайбиа, автор исследования из лаборатории психологии REFLETO, расположенной в Риме (Италия).
По словам Нессайбии, большинство предыдущих исследований опирались на самоотчеты, которые тоже, как и ретроспективные опросы, уязвимы к искажениям. Так что в этот раз исследователи решили использовать анонимизированные источники больших данных (Google Trends, аналитику крупного порнографического сайта и отчеты ООН о жертвах от прилетов российских ракет), чтобы зафиксировать поведенческие изменения на уровне населения во время продолжающегося конфликта.
Детали о том, какие именно данные использовались и что анализировалось
Ученые использовали данные из трех общедоступных онлайн-источников:
- извлекли еженедельные данные об относительном объеме поисковых запросов из Google Trends;
- собрали конкретную информацию о привычках просмотра с одного крупного порнографического ресурса;
- получили отчеты о жертвах от Управления Верховного комиссара ООН по правам человека.
Период исследования охватывал время с 2 января по 31 июля 2022 года, то есть в него попало самое начало полномасштабной войны (и небольшой «контрольный» отрезок времени до него).
Исследовательская группа отслеживала популярность конкретных поисковых запросов, чтобы оценить общественный интерес и настроения. Они мониторили ряд ключевых слов, которые люди вбивают в поиск, — чтобы измерить их вовлеченность в конфликт. Вдобавок ученые отслеживали такие запросы, как название крупного сайта с видео для взрослых или «порнография» — чтобы оценить интерес к сексуализированному контенту.
После проверки данных исследователи провели корреляционный анализ, чтобы выявить взаимосвязи между переменными. Они специально искали связи между числом погибших мирных жителей и объемом запросов, связанных с порнографией.
Интерес к категории «Русское» не упал: вероятно, «объект страха превращается в предмет фантазии»
Исследование выявило отчетливое изменение в онлайн-поведении с начала марта 2022 года. Этот период почти совпадает с эскалацией российского вторжения, которое началось 24 февраля. Данные показали, что поисковые запросы порнографии значительно выросли среди населения Украины в этот период. Рост объема поиска происходил одновременно с увеличением запросов о военных картах.
Также появилась сильная статистическая корреляция между тяжестью последствий войны и интернет-трафиком на сайты для взрослых. Число еженедельных жертв среди гражданского населения было прямо связано с относительным объемом поисковых запросов порнографии (больше раненых и погибших — больше интерес к сексуализированному контенту).
По мере того как насилия (и информации о нем) становилось больше и число жертв росло, частота поисковых запросов порнографических видео также увеличивалась. Кривая роста этого трафика в конечном итоге выровнялась, когда еженедельное число погибших превысило определенный порог.
Чтобы понять механизм такой связи, на первый взгляд необычной, ученые провели медиационный анализ. Этот статистический метод помогает определить, объясняет ли третья переменная взаимосвязь между двумя другими. Выяснилось, что ключевую роль играет фактор «осведомленности о социальном дистанцировании». Необходимость в нем могла расти вместе с угрозой внешней опасности от военных атак. Это обостренное чувство изоляции и опасности, по-видимому, стимулировало рост интереса к порнографии.
— Важная оговорка: данные о поиске и трафике — это показатели интереса и вовлеченности, а не прямые измерения поведения или мотивации каждого конкретного человека, и они не могут отразить индивидуальные различия, — отметил Нессайбиа.
Кроме того, исследование выявило конкретные изменения в типах контента, который потребляли люди в Украине. Страна стала единственной в топ-20 крупнейших потребителей порнографического контента, где «Реалити» (то есть запечатленный на камеру секс обычных людей — не профессиональных актеров) была самой просматриваемой категорией. Ученые также отметили, что поисковые запросы термина «stuck» (как правило, комичные сюжеты, где половой член застревает в другом человеке) выросли более чем на 500% по сравнению с 2021-м, мирным, годом.
Еще одно наблюдение: несмотря на военный конфликт, данные показали, что украинские пользователи продолжали взаимодействовать с контентом, связанным со страной-агрессором. Зрители в Украине стали смотреть видео в категории «Русское» даже чаще — по сравнению с мировыми показателями. А популярность поискового запроса «Русское домашнее» снизилась лишь незначительно по сравнению с 2021 годом. Авторы предполагают, что это может быть психологической попыткой справиться с тревогой, превращая объект страха в предмет фантазии.
Сексуализированный контент помогает пережить страшное. И подходит тем, у кого нет пары
Основной вывод исследования в том, что в периоды интенсивной коллективной угрозы и социальных потрясений люди могут обращаться к просмотру порнографии и, как следствие, к «одиночным сексуальным практикам» как к стратегии преодоления некомфортных эмоций и для саморегуляции.
— Наши результаты показывают, что повышенная осведомленность о [необходимости] социального дистанцирования и страх, вызванный жертвами среди гражданского населения, были связаны с усилением интереса к порнографии, — резюмировал Нессайбиа. — Это подчеркивает, что сексуальность часто упускается из виду как измерение общественного психического здоровья во время войны.
Ученые интерпретируют эти результаты через призму психологической теории управления страхом смерти. Согласно ей, когда людям напоминают об их собственной смертности, они меняют свое поведение, чтобы справиться с этим страхом.
В то же время участие в сексуальной активности — даже если это мастурбация в одиночестве перед экраном ноутбука — может служить инструментом управления настроением. Состояния сильного возбуждения, вызванные страхом, иногда могут быть неверно истолкованы мозгом как сексуальное влечение, что и выливается в желание посмотреть возбуждающие видео.
Напомним, ранее гендерная исследовательница Ирина Сидорская объясняла для «Зеркала» существующий парадокс, почему часть мужчин осуждает женщин, которые снимаются в порнографических видео, однако продолжают смотреть их.
