Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Вводят существенные изменения для торговли — они затрагивают цены на востребованные продукты
  2. СК назвал причину пожара в доме на улице Ленина в Минске. Возбуждено уголовное дело
  3. «Скажут: „Раньше надо было думать“». Юристка рассказала о новых требованиях военкоматов в весенний призыв — 2026
  4. «Больше ничего нет». Зеленский назвал «единственное преимущество», которое осталось у Путина
  5. «Обстоятельства сложились так». В Беларуси отменили очередной крупный фестиваль
  6. Врач скорой удивился просьбам минчан на праздничных гуляниях. А зачем там на самом деле дежурят медики?
  7. В Минске собираются судить экс-политзаключенную, которая отсидела, освободилась и уехала из страны
  8. «Два деда сошли с ума». Переехавшие в Беларусь россияне объяснили свой выбор
  9. Заработали изменения по перепланировке жилья. Есть новшества по балконам, антеннам и кондиционерам
  10. «Юхууу!» Изменилась система записи на польские визы — сколько нужно теперь ждать, чтобы получить письмо с датами, и что будет дальше
  11. «Абсолютный лютый бред». Беларуска рассказывает, что бывший муж годами пишет на нее и ее близких доносы. А у него своя правда
  12. «Один, максимум два человека». Власти придумали способ втрое сократить потребность в работниках на предприятиях
  13. «Будет очень интересно». Скорее всего, вы не подозреваете, но фактически из вашего кармана тратят деньги на мерч с цитатами Лукашенко
  14. Известный беларусский бренд одежды объявил о закрытии
  15. Рассказывал о миллионах за диваном у Тихановского, призвал калиновцев сдаться. Что известно об одиозном силовике, который мелькает на ТВ
  16. Почему Лукашенко вдруг назначил своей помощницей мемную чиновницу Котковец? Спросили у политического аналитика
  17. «Это совершенно очевидные вещи». Путин объяснил цели ударов ВСУ по российским нефтяным объектам
  18. Зеленский сменил риторику насчет Лукашенко. Рассказываем, как он дошел от рукопожатий до «он такой же убийца»
  19. Синоптики объявили оранжевый уровень опасности на субботу. Пугают не только грозой и ливнями


/

Современные модели искусственного интеллекта в ходе военных симуляций почти в каждом случае переходили к применению ядерного оружия. К такому выводу пришли исследователи из King’s College London, опубликовавшие отчет о серии геополитических военных игр с участием ведущих языковых моделей, пишет Decrypt.

Ядерный взрыв. Фото: wikipedia.org
Изображение используется в качестве иллюстраии. Фото: wikipedia.org

В исследовании анализировались три крупные системы: OpenAI GPT-5.2, Anthropic Claude Sonnet 4 и Google Gemini 3 Flash. В смоделированных кризисах между ядерными сверхдержавами эти модели принимали решение о применении ядерного оружия в 95% случаев.

Согласно описанию методологии, каждая модель сыграла шесть партий против других систем и одну — против собственной копии, всего 21 игру и более 300 ходов. ИИ выступали в роли национальных лидеров, управляющих государствами, обладающими ядерным арсеналом. Профили стран были условно вдохновлены логикой противостояния времен холодной войны.

Сценарии включали пограничные конфликты, борьбу за ограниченные ресурсы и угрозы существованию режима. Эскалационная «лестница» варьировалась от дипломатических протестов и капитуляции до полномасштабной стратегической ядерной войны. При этом ни одна из моделей ни разу не выбрала безоговорочную капитуляцию, независимо от положения на «поле боя».

В отчете говорится, что системы сгенерировали около 780 тысяч слов стратегических рассуждений — больше, чем суммарный объем «Войны и мира» и «Илиады». По подсчетам авторов, объем текста втрое превысил общий объем задокументированных обсуждений исполнительного комитета президента США во время Карибского кризиса 1962 года.

В подавляющем большинстве конфликтов использовалось как минимум одно тактическое ядерное оружие. Более того, в 86% сценариев модели в итоге эскалировали конфликт сильнее, чем предполагала их собственная логика рассуждений на предыдущих этапах. Исследователи связывают это с эффектом «тумана войны» в симуляции — неполнотой информации и ошибками интерпретации ситуации.

Однако не все эксперты согласны с выводами о «ядерной агрессивности» ИИ. Старший аналитик корпорации RAND Эдвард Гайст заявил, что высокая доля эскалации может быть следствием особенностей самой симуляции. По его мнению, структура игры могла поощрять эскалацию, а система подсчета результатов — фактически вознаграждать сторону, имеющую даже минимальное преимущество в момент начала ядерной войны. Иными словами, логика модели могла быть рациональной в рамках заданных правил.

Авторы исследования подчеркивают, что правительства вряд ли передадут полный контроль над ядерным оружием автономным системам. Тем не менее они предупреждают, что в условиях сжатых временных рамок принятия решений в будущих кризисах может усилиться давление в пользу использования рекомендаций, сгенерированных ИИ.