Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. «Обращение к Мартиросяну — это как говорить со стеной с буквой Z». Экс-резидент Comedy Club Таир Мамедов о войне, Беларуси и США
  2. «Авария — «это только вопрос времени». Совбез ООН провел экстренное заседание в связи с обстрелами Запорожской АЭС
  3. Война в Украине глазами российского солдата: бардак, бездарное командование и нежелание убивать
  4. Сто шестьдесят девятый день войны в Украине. Рассказываем, что происходит
  5. Сгоревший двигатель, учения, карма. Как объясняют взрывы на зябровском аэродроме в Беларуси и Украине (и что там могло произойти)
  6. В Беларуси с 9 августа 2020 года возбудили 11 тысяч «протестных» уголовных дел
  7. «Давайте не строить иллюзий о митингах — это невозможно». Поговорили с Павлом Латушко о созданном Объединенном кабинете
  8. Зеленский предлагает высылать всех россиян на родину. Похожее уже происходило во время Второй мировой — в лагеря попадали даже евреи
  9. Почему Россия потеряла так много самолетов на крымском аэродроме в Саках? Разбираемся (спойлер: дело не только в украинском оружии)
  10. «Кабинет делает ставку на силовое противостояние». Артем Шрайбман отвечает на вопросы читателей «Зеркала»
  11. «На меня донесли, когда мне было 10 лет». Большое интервью с одним из лучших шахматистов мира, который вырос в Минске
  12. Головченко: Вся собственность недружественных государств в Беларуси известна, она подсчитана
  13. Сто семидесятый день войны в Украине. Рассказываем, что происходит
  14. На суде по делу о «захвате власти» дал показания Роман Протасевич
  15. Лукашенко предложили поднять цены на молочку, он запретил
  16. Исчез (скорее всего, убит), понижен в звании, умер. Как сложилась судьба силовиков, бросивших вызов Лукашенко
  17. Попытки скрыть военные преступления в Буче и «огромные потери» ВСУ. Главное из сводок штабов на 170-й день войны
  18. Залечь на дно в Мексике, штурмовать границу и попасть в «обезьянник» в США. Невероятная история бегства отчаянной белоруски
  19. Белорусские грибы-убийцы. Рассказываем о пяти самых опасных, которые стоит обходить стороной
  20. Произошло возгорание. В Минобороны Беларуси прокомментировали «хлопки» на аэродроме «Зябровка»
  21. Проблемы РФ с экспортом оружия и добровольческий батальон в Орловской области. Главное из сводок штабов на 169-й день войны
  22. Лукашенко поручил наказать литовцев за «отжим» доли в порту Клайпеды
  23. В Беларуси заведения закрывают после доносов пропагандистов. Рассказываем, как сложились судьбы доносчиков и их жертв в СССР


События Второй мировой войны до сих пор находятся в центре внимания белорусской системы образования. С 1 сентября в школах и вузах даже появится новый факультатив, на котором расскажут о геноциде белорусского народа. А как события самой ужасной войны в истории человечества изучают в немецких школах? Проанализировали подходы Германии и Беларуси и делимся впечатлениями (спойлер: сравнение — не в нашу пользу).

«Некоторые из учебников могут быть признаны образцовыми»

Марш памяти. Гродно. 2019 год. Фото: TUT.BY
Марш памяти в Гродно, 2019 год. Фото: TUT.BY

Вторая мировая война завершилась в 1945-м, но понадобилось как минимум четверть века, чтобы к немцам в полной мере пришло осознание своей ответственности за случившееся.

Холодным дождливым днем ​​7 декабря 1970-го канцлер ФРГ Вилли Брандт возложил венок к мемориалу еврейского гетто в Варшаве и стал перед ним на колени. Таким образом он взял на себя ответственность за всю тяжесть преступлений нацистов (хотя сам он лично боролся с Гитлером, долгие годы проведя в эмиграции). Кстати, фотографию канцлера на коленях в Варшаве можно найти в современных немецких учебниках.

Как раз с конца 1960-х Вторая мировая война вошла в учебные планы немецких школ как отдельная тема. С того времени учебники неоднократно менялись. К тому же ФРГ состоит из разных земель, в каждой из которых используют свои пособия — они соответствуют программам, одобренным министерством образования каждого региона. Учителя сами выбирают учебники. В 5−11 классах решение принимается коллективно на общем собрании педагогов, в следующих двух классах преподаватель может сделать это самостоятельно.

Но объединяет учебники общая черта: начиная с конца 1960-х ни в одном пособии не было ни строчки оправдания нацизма. Наоборот, в самом обществе — и, соответственно, в школьных учебниках — существует полной консенсус в вопросе о вине Германии за развязывание Второй мировой войны и за геноцид в отношении евреев.

Как отмечал в 2010-м доктор исторических наук Андрей Воссоевич (Россия), «учебникам, изданным в Германии за два последних десятилетия (речь об изданиях 1990-х и 2000-х годов. — Прим. ред.), присуща определенная доброкачественность. А некоторые из них, например изданное на исходе ХХ в. учебное пособие „Geschichte lernen. Sammelband Nationalsozialismus“ („Учи историю. Сборник национал-социализма“. — Прим. ред.), благодаря разнообразию исторического материала, просто могут быть признаны образцовыми».

В последние годы появились даже несколько учебников, авторами которых стали историки из разных стран: например, Германии и Франции или Германии и Польши. И западные, и восточные соседи немцев стали объектом агрессии нацистов. То, что авторы нашли общий язык, свидетельствует о близости их подходов.

Вместо «когда?» — «почему?»

Гражданин Канады Мордехай Ронен, выживший в Освенциме, во время посещения лагеря смерти в январе 2015 года. Фото: Reuters
Гражданин Канады Мордехай Ронен, выживший в Освенциме, во время посещения лагеря смерти в январе 2015 года. Фото: Reuters

По словам немецкого историка Фридриха Хунеке, у большинства немецких школьников в 5−11 классах (11−17 лет) на изучение истории отводится 2 часа в неделю. В 12−13 классах (в Германии 13-летняя продолжительность обучения в школах) — обычно 2 или 4 часа.

В 10 классе в течение трех месяцев изучается период нацистской диктатуры, частью которого является Вторая мировая. Например, именно так — «Национал-социализм и Вторая мировая война» — называется один из разделов учебника «Geschichte und Geschehen» («История и события», 2006). Также в старших классах (речь о 12 и 13 классах) эти темы проходят еще полгода.

Обратим внимание читателей на этот принципиальный момент: акцент делается именно на изучение нацизма в целом. Ведь речь идет об абсолютно взаимосвязанных вещах. Ученики рассматривают в комплексе основные аспекты нацистского периода: приход Адольфа Гитлера к власти, создание им и его партией НСДАП диктатуры, отмену законов, Холокост (уничтожение евреев), позицию немецких граждан (сотрудничество с режимом, пассивное молчание или сопротивление), развязывание Второй мировой войны, ход этого конфликта, поражение Германии и послевоенное разделение этого государства.

А вот в Беларуси, да и в целом на постсоветском пространстве, эти события обычно излагаются в разных темах — хоть они и идут по программе друг за другом.

Но ключевое отличие между системами исторического образования нашей страны и Германии в другом. В Беларуси акцент традиционно делают на даты и цифры. В немецких же учебниках истории не разбирают ход сражений и распределение военных сил.

«Наша цель — не в запоминании дат, фактов, событий, — говорит Ангела Зенст, преподаватель гимназии в Нижней Саксонии. — Важны конкретные примеры и выявление взаимосвязей, чтобы понять, почему произошло то или иное событие и какие это имело последствия. <…> Как страна, совершившая это преступление, мы стараемся понять, как такое стало возможным».

То есть изучение носит проблемный характер. «Общественное обсуждение Второй мировой войны строится на понимании ответственности за прошлое и последствий для настоящего и будущего. Центральными вопросами являются: „Как это могло случиться?“ и „Что мы можем сделать, чтобы этого больше не произошло?», — объясняет Гудрун Вольф, сотрудник Германо-русского общества в Мюнстере.

Например, во вступительной статье к главе «Национализм и Вторая мировая война» (немецкий учебник истории «История и события», 2006) перед учащимися ставят следующие вопросы: «Как такое зло как Вторая мировая война и геноцид было возможно? Почему не удалось предотвратить эти преступления? Почему национал-социалисты нашли среди немцев так много последователей?»

Изучение «Майн Кампф» и пакта Молотова — Риббентропа

Экскурсия воспитанников Бобруйского городского Центра туризма, краеведения и экскурсий детей и молодежи по местам Холокоста. 2016 год. Фото: TUT.BY
Экскурсия воспитанников Бобруйского городского Центра туризма, краеведения и экскурсий детей и молодежи по местам Холокоста, 2016 год. Фото: TUT.BY

Материал в немецких пособиях излагается следующим образом. «У нас в учебниках есть часть, где коротко описываются факты. И потом есть часть с материалами. И в этих материалах есть оригинальные речи, источники — это разные мнения социологов, историков, которые ученики читают. Потом в учебниках есть ссылки на страницы интернета. И что для меня очень важно, есть задание — организовать самостоятельно какие-то подиумы. Так что они не только сидят на уроке. Там стоит учитель и говорит, а ученики отвечают, но чтобы они самостоятельно что-то делали, — объясняла Гудрун Вольф. — Раньше у нас писали больше о войне немцев в Польше. Этого сейчас уже нет в учебниках. Зато тема — роль вермахта. Это для нас, немцев, очень важно, чтобы они знали, что это был не только Гитлер и элита СС, но что были включены все. <…> Все люди знают, что их отцы и предки были включены в этот общественный психоз. Это возникло не сегодня. Это всегда опасно. Поэтому нужно, чтобы была такая конфронтация».

Как это происходит на практике? Например, в учебниках приводится информация о Сталинградской битве. Затем публикуется приказ Гитлера — защищаться до конца. А после него — прощальное письмо немецкого солдата своему отцу из «сталинградского котла» (окружения, в которое попали немецкие армии): «Никакого крупного сражения не будет. Не жди объяснений сложившейся ситуации от нас, требуй их от того, кто в ответе за это». Это — при помощи учителя — подводит учеников к пониманию нацистской лжи и реальной трагедии немцев, поддавшихся пропаганде и потерявших за это свои жизни.

Упомянутая Гудрун Вольф была одним из создателей выставки «Разные войны». В ней рассказывалось, как учебники шести разных стран (России, Германии, Италии, Чехии, Польши и Литвы) говорят о Второй мировой. В 2018-м TUT.BY разговаривал с ее коллегой, историком Робертом Латыповым, куратором этой выставки. По его словам, немецкие школьники детально разбирают пакт Молотова — Риббентропа, по которому Иосиф Сталин заключил договор с Гитлером. Они в обязательном порядке читают сам документ, секретные протоколы (по ним нацисты оккупировали Польшу, коммунисты — страны Балтии), а затем досконально анализируют их.

Немецкие школьники анализируют даже главы из «Майн кампф» Гитлера — хотя в Беларуси эта книга запрещена. Также они обязательно посещают как минимум одно место памяти (например, концлагерь): приезжают туда на три-четыре дня и погружаются в тему, например, обсуждая технологию террора.

Подростки изучают антидемократические законы, принятые сразу после прихода нацистов к власти, протоколы так называемой Ванзейской конференции, на которой детально планировалось «окончательное решение еврейского вопроса», списки запрещенных и сожженных книг и так далее. В одном из немецких учебников приведены фрагменты листовки группы Сопротивления и фрагмент из выступления нацистского министра пропаганды Йозефа Геббельса перед населением. Также подростки читают всемирно известный дневник Анны Франк — еврейской девочки, погибшей в конце войны в концлагере.

«Стало ли окончание войны структурным переломом в немецкой истории, новой точкой отсчета? Было ли оно всего лишь коротким сбоем в циклическом развитии немецкой истории, или 8 мая (День окончания войны для стран западного мира. — Прим. ред.) — начало многолетнего периода восстановления развалившейся Германии?» — спрашивают авторы одного из учебников в разделе о послевоенной Германии.

Планы союзников в отношении побежденной страны под знаком «четырех Д» — денацификация, демилитаризации, декартелизация (картель — форма монополии, объединяющая предприятия. — Прим. ред.) и демократизации — рассматриваются как возможность нового начала и в то же время как способ раздела Германии.

О нацизме — не только на уроках истории

Янина Реклайтис, выжившая в Освенциме, держит свою детскую фотографию, сделанную во время войны. Фото: Reuters
Янина Реклайтис, выжившая в Освенциме, держит свою детскую фотографию, сделанную во время войны. Фото: Reuters

Нацистское наследие изучается и на других курсах. На сайте «Уроки истории» приведены конкретные примеры освещения Холокоста вне занятий по истории:

  • На уроках граждановедения и обществознания. Во время обсуждения текущих событий — проявление антисемитизма, праворадикального экстремизма в Германии и других странах, этнических чисток в Боснии, конфликте на Ближнем Востоке и так далее — учителя подчеркивают важность терпимости и верховенства права в качестве уроков, которые можно извлечь из обсуждения опыта Холокоста.
  • На уроках этики и религии Холокост обсуждается с привязкой к проблематике вины и ответственности тех немцев, которые не рискнули своей жизнью для борьбы с национал-социализмом или для защиты этнических меньшинств.
  • На уроках немецкой литературы, где проходятся произведения, в которых осмысляется нацистская эпоха и Холокост.
  • Также посещение мемориалов или музеев Холокоста на местах бывших концентрационных лагерей является неотъемлемой частью школьных экскурсий.

Британский исследователь Хольгер Неринг, работающий в Шеффилдском университете, отмечал, что в немецких учебниках «всеми возможными способами подчеркивается мирная природа политической культуры Германии». По его мнению, эта тенденция особенно ярко проявилась после объединения страны, чтобы подчеркнуть «естественную нормальность» страны в семье европейских наций. Поэтому, по мнению ученого, немецкие учебники выдвигают на первый план очистительный характер Второй мировой. Главный акцент делается на том, как простые немцы оказались вовлечены в эту войну и как смогли преодолеть это наследие после 1945 года.

Центральная идея большинства учебников следующая: Вторая мировая война по-прежнему остается «сильным эмоциональным звеном коллективной памяти», считает Неринг. Ее уроки часто преподносятся как национальное искупление грехов. Поэтому немецкие учебники сегодня выдержаны в пацифистских и даже непатриотичных тонах.

Изучение Второй мировой войны должно способствовать формированию у школьников «зрелой рефлексии, собственного понимания демократии, особенно в контексте культурного разнообразия. Вопрос об ответственности по-прежнему сохраняет актуальность при обсуждении национал-социалистического прошлого», — утверждается в базовом учебном плане по истории земли Северный Рейн-Вестфалия.

Сработала ли такая концепция? Можно определенно сказать, что да. В Германии не случилось даже намека на повторения событий Второй мировой. Демократия в этой стране победила. Но особенно эффективность этой концепции очевидна по контрасту со школьными учебниками на постсоветском пространстве.

Народы бывшего Советского Союза победили нацизм, проявив героизм. Но на страницах учебников по истории этот опыт так и не был должным образом отрефлексирован. События Второй мировой по-прежнему излагаются с помощью дат, фактов, цифр. Учебники далеко не всегда и не во всем отвечают на вопрос «почему?» Кроме того, анализа сталинского тоталитарного эксперимента, вполне сравнимого с гитлеровским, и вовсе нет. Не будет преувеличением сказать, что в нападении России на Украину это обстоятельство также сыграло свою роль.