Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. В Латвии скандал из-за ограждения на границе с Беларусью. Несколько чиновников пойдут под суд — в чем их обвиняют
  2. В кинотеатрах сняли с показа новую часть российской комедии «О чем говорят мужчины». Рассказываем, с чем это может быть связано
  3. Выпускник БГУИР выиграл более 3 млн долларов на престижном турнире по покеру
  4. Крупный белорусский производитель яиц прекращает поставки в Россию из-за «нехватки продукции»
  5. Первое сообщение об уничтожении NASAMS, как идет наступление под Донецком, Путин снова переоценил свою армию. Главное из сводок
  6. Россия показала машины, которые должны стать «убийцами „Абрамсов“ и „Леопардов“». Рассказываем, что это за техника
  7. «Наша Ніва»: Телеграм-канал силовиков, где публикуют «покаянные» видео задержанных, случайно выдал своих админов
  8. Глубокская сгущенка скоро станет уже не та, что прежде. Что происходит и при чем тут Россия
  9. Фронтовые потери, бои под Бахмутом и планы по эвакуации коллаборантов из Луганской области. Главное из сводок
  10. Чешский был на грани исчезновения, иврит — фактически мертв. Рассказываем, как погибали языки разных народов и как их спасали
  11. В Беларуси пересмотрели «завышенные» требования к годности призывников. Теперь десантником можно стать при весе до 100 кг


В Беларуси вот уже больше трех лет программисты, которых признали годными для службы в армии, могут служить в IT-роте. Но призывников сюда набирают конкурсной основе. Один из дембелей рассказал на портале habr.com, как там проходит служба. Портал Zerkalo.io выбрал самое интересное.

IT-рота сформирована на базе Военной академии Беларуси. Среди проектов, которыми занимается учреждение, ключевое значение имеют те, что связаны с моделированием военных действий, навигационным обеспечением, разработкой автоматизированных систем управления и радиолокации.

 — Призывался я осенью 2019 года, а вернулся домой — в ноябре 2020. Об ИТ-роте я узнал из новостей. Тогда про роту много писали, говорили, что это элитное подразделение в которое очень сложно попасть. Но я решился, и когда меня вызвали на медицинскую комиссию в военкомат попросился именно туда, — рассказывает программист.

 — Военком пообещал отправить нужные документы, чтобы меня вызвали на собеседование. Прошло несколько дней, и мне позвонили из Военной академии, где происходил набор в ИТ-роту. Пригласили на собеседование, которое проводилось по каждой специальности отдельно: Java, .NET, Frontend development, Python, DevOps.

Отбором и собеседованием занимаются солдаты и офицеры-айтишники. По его итогам выносится решение — отказать, зачислить в резерв или сразу призвать в IT-роту.

 — Мне объявили, что, скорее всего, следует ожидать призыва, меня принимают. Но были люди, которым сказали сразу «нет». Это были в основном начинающие разработчики, без опыта работы на коммерческих проектах. Ну и многое зависело от собеседования. Например, отказывали соискателям, которые плохо отвечали на вопросы, — описывает собеседование айтишник.

Всего в роту набирают 40 человек. Карантин айтишники проходят вместе с другими призывниками, а потом уже идет распределение в IT-роту.

— Мне не говорили на собеседовании, чем конкретно я буду заниматься. Хотя такие люди были, им предлагали заранее подготовиться к работе, подучить определенные технологии. В первый день нас познакомили с офицерами, которые выполняли роль бизнес-аналитиков. Они, можно сказать, работали фильтром между нами и заказчиками. Именно они принимали решение о начале разработки проекта и учитывали различные технические детали, ставили дедлайны.

Что касается дедовщины, то программист рассказывает, что в роте ее не было: репутация для айтишников значит многое.

 — Когда разработчик вернется на гражданку, он может рассказать HR о том, кто над ним издевался. А HR уже по своей сети знакомых может передать эту информацию дальше по другим коммерческим компаниям. Перспективу попасть в «черный» список на гражданке все понимали.

 — Другие подразделения на нас не влияли. У нас была своя рота, свое подразделение и отдельный этаж в казарме. Обстановка была достаточно спокойной. У нас были настольные игры. Месяцев 7−8 играли каждый день в «Мафию». Приставок и компьютеров у нас не было, все это запрещено правилами.

 — До 8.00 у нас было стандартное «военное» расписание: зарядка, утренний туалет, завтрак, осмотр. Потом у всех были занятия по военной подготовке, а мы шли в класс и изучали тему № 6 «Разработка программного обеспечения». Время от времени у нас были занятия по идеологии и воспитанию, боевая подготовка с метанием имитационных гранат.

Работают военнослужащие-айтишники в классе, похожем на open-space. Правда, отдельных комнат для релакса там нет, но есть «чайная». А также есть возможность устраивать себе 10-минутные перерывы.

Зарплата у солдата в IT-роте была 33 белорусских рубля в месяц. У командира отделения чуть больше — 46 рублей. В неделю — 6 рабочих дней. Рабочий день — примерно 8 часов.

 — Иногда приходилось работать больше, были запарки по дедлайну. Из-за этого кто-то из IT-солдат сразу после подъема уходил завтракать и начинал работать в 6−7 утра над своими проектами. Работали по 9−10 часов практически непрерывно. Но нам не угрожали, не заставляли что-то делать под угрозой наказания. Все держалось на каком-то доверии. Сначала я был на одном проекте, который не сильно развивался. По том меня пересадили на другой Java web-проект. Были и интересные задачи. Например, мы по своей солдатской инициативе разработали JS-инструмент для учета личного состава, отслеживания поощрений и взысканий в IT-роте, — рассказывает бывший солдат. — В роте служили разные специалисты всех уровней и всех специализаций. Хотели еще добавить тестировщиков. Получается, что рота — это полноценная IT-компания, которая обслуживает Министерство обороны и смежные ведомства.