Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. EPAM думал, что ИИ — это редкий шанс. Оказалось, все сложнее
  2. Проверка лица и 72 часа на выбор слота. Соседняя страна ЕС усложнила запись на визы в Беларуси
  3. Министр образования дал большое интервью, где много наговорил о репетиторах, родителях и буллинге в школе. Беларусы высказались в ответ
  4. Однажды Лукашенко возмутился, что везде звучат песни беларусской поп-группы. Вот что стало потом с этими суперзвездами 2000-х
  5. «Мы пробили дно». Беларусов в Threads возмутило объявление о сдаче квартиры в аренду — что в нем такого
  6. Пропал с радаров. «Зеркало» узнало, что МВД разыскивает депутата могилевского горсовета и автора провластных проектов
  7. В МИД объяснили, почему Беларусь не «притягивает огромного потока» мигрантов
  8. Для школьников введут три новых факультатива
  9. Налоговики рассказали, кто может попасть под «административку» из-за новшества, которое заработало этим летом
  10. «Сейчас я должна буду раздеться». Беларуска рассказала о новой практике допросов на границе
  11. «Мне и с температурой не открыли». Разбираемся, что за проблема с больничными в Беларуси и что говорит Минздрав
  12. «Мне не послышалось?» Жительница Лунинца хотела срочно сделать паспорт, но, услышав цену, передумала. В МВД объяснили, откуда такие цифры
  13. «Я так понимаю, WB можно удалять?» Беларусы жалуются, что ждут заказы с Wildberries неделями
  14. Минприроды объяснило, будут ли штрафовать беларусов за дождевую воду с крыш
  15. Экс-вратаря футбольной сборной Беларуси Тумиловича объявили в розыск
  16. Беларусская милиция разыскивает «по уголовной статье» выдворенного из страны лауреата Нобелевской премии мира Алеся Беляцкого
  17. Часы — как 37 средних беларусских зарплат и брендовые украшения. «Бюро» получило доступ к личному фотоархиву докторки Лукашенко
  18. Фотографии Припяти пугают. А что, если бы вдруг так обмелели и другие водоемы Беларуси — представили, как бы это могло быть


24-летняя Ниам О’Коннор из Великобритании уже семь лет борется с анорексией, и ее путь к выздоровлению не закончен. Проблема стала развиваться еще в раннем подростком возрасте, но долгое время на это не обращали внимания ни родители, ни друзья. Историю девушки рассказал журнал People.

Ниам О'Коннор в 2016 году (слева) и после лечения от анорексии. Фото: tiktok.com/@harry.s.housewife
Ниам О’Коннор в 2016 году (слева) и после лечения от анорексии. Фото: tiktok.com/@harry.s.housewife

Британка Ниам О’Коннор еще в 12 лет заметила, что у нее появилось нездоровое отношение к еде и своему телу. Диагноз «анорексия» ей поставили только в 17, когда та «полностью завладела ее жизнью». Сейчас О’Коннор 24 года — последние семь лет она борется с болезнью, а также решает другие проблемы со здоровьем, которые уже появились.

Анорексия — расстройство пищевого поведения, при котором у человека не ослабевает стремление к худобе, есть страх ожирения, образ своего тела искажен, а потребление пищи ограничивается. Как правило, все это приводит к низкой массе тела и сопутствующим проблемам со здоровьем. В случае такого диагноза лечение в основном заключается в психотерапии. Обычно анорексия развивается у девочек и молодых женщин: после 40 лет это расстройство очень редко диагностируется.

— Я всегда была отличницей и перфекционисткой. И, когда я начала худеть, пытаясь быть как можно более здоровой, я поняла, что это то, в чем я могу преуспеть, — говорит О’Коннор. — Я быстро стала зависима от уменьшения цифр на весах. Это было похоже на достижение: независимо от того, сколько килограммов я уже потеряла, я все равно хотела продолжать худеть.

Однако вскоре, по словам девушки, она наоборот стала чувствовать отчаяние и безысходность. Стало понятно, что конечной точки у ее пути нет: как только она достигала желаемого веса, у нее сразу появлялась новая цель — сбросить еще.

— Я ни с кем не обсуждала это, потому что не думала, что это такая большая проблема. О том, что у меня расстройство пищевого поведения, не подозревала, потому что в моих глазах все не было настолько плохо. Тем более я старалась поддерживать иллюзию нормальной жизни, — вспоминает собеседница People. По ее словам, она продолжала заниматься спортом, волонтерством и думать о колледже.

@harry.s.housewife Kind of a different vibe from what this trend is but it works #happyforme ♬ happy for me — kenzie

Когда О’Коннор сбросила половину от своего обычного веса, ее семья стала выражать опасения по поводу ее здоровья.

— В какой-то момент дошло до того, что им пришлось вмешаться. Родители были в ужасе от происходящего, а учителя угрожали обратиться в социальные службы. Даже двое моих самых близких друзей однажды заставили меня обсудить мои проблемы, — рассказывает девушка. — Не думаю, что я обратилась бы за помощью по собственному желанию. Согласилась на это, чтобы близкие люди успокоились.

О’Коннор ожидала, что лечение займет несколько месяцев, но в итоге затянулось на годы — и не закончилось до сих пор. Сначала девушка отказывалась от терапии, потому что боялась набрать вес. В больницах она провела практически четыре года: больше чем на три месяца О’Коннор не выписывали, так как без присмотра врачей она снова худела. И только когда ей исполнился 21 год, начались улучшения.

— Каждый раз, когда меня госпитализировали, мне было хуже, чем в прошлый раз. Я понимала, что так тело не выдержит долго. И я уже видела, как эта болезнь уносила жизни, поэтому заставила себя хотя бы попробовать [вылечиться], — говорит девушка.

Сейчас О’Коннор чувствует себя лучше: она перестала читать СМИ и блогеров, которые пропагандируют худобу, и занимается с тренером в спортзале. Но проблемы со здоровьем напоминают девушке о ее прошлом: она пьет лекарства, укрепляющие здоровье, каждый день.

— У меня повреждены почки и сердце, нарушена фертильность. А последнее исследование костей, которое я делала, по сути, показало, что у меня позвоночник 80-летней женщины. Но мне в то время был 21 год! — говорила О' Коннор в своем TikTok-видео. — Кожа, волосы и зубы тоже пострадали, как и вся иммунная система. У меня хронические проблемы с пищеварительной системой, синдром хронической усталости и фибромиалгия (заболевание опорно-двигательного аппарата, вызывающее мышечно-скелетные боли. — Прим. ред.).

При этом О’Коннор признает, что не до конца поборола свои установки о худобе и теле, и бывают дни, когда ей снова кажется, что она толстая. Правда, по утверждению девушки, она уже знает, как бороться с такими мыслями. Сейчас она учится на медсестру и надеется, что ее честный рассказ о своей проблеме поможет другим девушкам с такой же болезнью справиться с ней.