Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. «Москвич» вместо Renault, мины на пляжах Одессы и для чего Беларусь держит силы у границ с Украиной. Восемьдесят второй день войны
  2. «Помогите „Азовстали“!» Первое место на «Евровидении» заняла Украина
  3. Удар по Львовской области, отступление россиян от Харькова. Восемьдесят первый день войны в Украине
  4. Более 250 раненых украинских военных с «Азовстали» вывезли в самопровозглашенную ДНР. Их планируют обменять на военнопленных РФ
  5. Ни дня без новшеств. Банки вводят очередные изменения (некоторые из них касаются операций в валюте)
  6. В Беларуси в двенадцатый раз за год дорожает топливо. Сколько будет стоить литр с завтрашнего дня
  7. Два года назад Тихановская внезапно (вероятно, и для самой себя) вступила в президентскую гонку — в годовщину мы поговорили с политиком
  8. Почему Минск стал столицей Беларуси? Рассказываем, какие события к этому привели
  9. «Идет корабль, и все прекрасно знают: он выйдет из бухты, отстреляется и зайдет обратно». Как живет Крым и переживает ли за украинцев
  10. Лукашенко и Путин провели «краткую беседу» в Москве. Обсудили совместное ракетостроение и строительство белорусского порта
  11. «Лукашенко пытается избежать прямого участия в войне в Украине». Главное из сводок штабов на 82-й день войны
  12. Министр ЖКХ заявил, что не будет «никаких резких повышений» коммуналки и пообещал всей стране качественную питьевую воду
  13. Головченко: Из-за санкций заблокирован практически весь экспорт Беларуси в ЕС и Северную Америку
  14. Лукашенко заявлял, что у ОДКБ нет перспектив. Что это вообще за организация и кому она должна помогать? Рассказываем
  15. Белорусский безвиз для граждан Литвы и Латвии продлили до конца года
  16. Минобороны Беларуси опасается провокаций: Украинцы минируют свою землю, ходят вооруженные


Сегодня в Стамбуле прошел очередной этап переговоров между российской и украинской делегациями. Подробнее о них мы писали здесь. При этом руководитель российской группы Владимир Мединский заявил, что встреча была «конструктивной». Кроме этого, сегодня же стало известно, что Россия выводит часть своих войск из Киевской и Черниговской областей. Но что значит это решение? И о чем говорят итоги переговоров двух сторон? Мы задали эти вопросы политическим экспертам.

Фото: Reuters
Фото: Reuters

«Представить это как победу будет сложно»

По мнению политического аналитика Артема Шрайбмана, если отвод войск все же произойдет, это будет означать, что Москва осознала невозможность достичь своих максималистских целей в первые дни войны.

— Теперь она переводит внимание на план B, план минимум — ухватить хотя бы то, что получится, на юге и востоке Украины. При этом речи о свержении украинской власти не идет. Это очевидный знак: в этой войне все идет не так, как хотела бы Россия. Приходится менять свою позицию и смягчать ее.

При этом Артем Шрайбман добавляет: комментировать сегодняшние потенциальные соглашения пока рано. Они еще не достигнуты и не подписаны.

— Однако очевидно, что осознание лимитов того, чего можно достичь на поле боя, приводит к смягчению переговорных позиций, прийти к компромиссу становится легче. Думаю, этому способствуют действительно огромные жертвы с обеих сторон, причем с российской они неожиданно колоссальные. Любая война заканчивается соглашением, и это в каком-то смысле было предсказуемо. Пока мы не в этой точке, но рано или поздно в ней окажемся. И если все будет базироваться на том, о чем сегодня заявляют стороны, то разумеется, это совершенно не тот результат, на который рассчитывали самые ультраконсервативные российские патриоты, — считает аналитик.

Шрайбман отмечает: Россия не лишила Украину государственности, не сменила в ней власть, только уничтожила какую-то часть ее военной инфраструктуры.

— В НАТО Украина не вступила бы — это подчеркивали и в самом альянсе. Поэтому представить это как победу будет сложно, но думаю, российские идеологи и пропагандисты будут стараться это сделать, — добавляет аналитик.

Фото: Reuters
Фото: Reuters

«Стороны интересует драгоценное время, которое возникнет из-за всех этих процедур»

По мнению старшего исследователя «Центра новых идей» и экс-дипломата Павла Мацукевича, пока можно говорить о «нащупывании» возможного перемирия на компромиссных условиях.

— В этом направлении, возможно, сделан заметный шаг. Это очень важно, потому что нужно остановить кровопролитие. С моей точки зрения, как экс-дипломата, хрупкий мир лучше любой войны. Условия и обстоятельства с течением времени могу измениться в благоприятную сторону, хотя и в худшую тоже. Но люди при этом будут живы, — отмечает Мацукевич. — О мире с моей точки зрения говорить пока очень преждевременно. Из доступной информации видно, что стороны обсуждают условия, в которых изначально заложен некий временной лаг и сохранение лица. Референдум и ратификация в Верховной раде, во-первых, требуют времени, а во-вторых, могут закончиться ничем. Например, отторжением предлагаемых условий. Стороны наверняка это понимают, но их, видимо, интересует то самое драгоценное время, которое возникнет из-за всех этих процедур. Это может означать, что и Киев, и Москва просто ищут возможность паузы, чтобы перегруппироваться и вернуться к противостоянию с новыми силами.

По мнению экс-дипломата, решение сложных вопросов разумно отложить «на потом» для достижения компромисса по принципиальным и важным темам.

— Иначе он в принципе будет невозможен. Я имею в виду переговорный процесс по Крыму в течение 15 лет, который предлагает Киев, если верить СМИ. Столько же времени, если не больше, может уйти на восстановление Украины из руин. Вопрос, конечно, в финансировании, но и не только в нем. Нет уверенности, что это восстановление будет таким же стремительным и эффективным, как в случае с Германией и Японией после войны. Зато есть сомнения, — считает аналитик. — Позицию России формулирует Путин. А вот остальным, даже самым высокопоставленным ее деятелям, иногда приходится подстраиваться под нее на ходу под аккомпанемент дрожащих пальцев (вспомним казус с Нарышкиным). В этом смысле заявления Минобороны о сокращении своей военной активности на Черниговском и Киевском направлениях может не сбыться, но и понятие «сокращение» само по себе очень растяжимое. Сократить — это все-таки не прекратить.

С более высокой долей определенности, по мнению Павла Мацукевича, можно говорить о международном позиционировании Украины и, соответственно, изменении архитектуры безопасности в Европе.

— Если говорить о перспективах НАТО для Украины, в этом смысле Россия своего добивается. Меня во всей этой истории больше интересует Беларусь, и тут как раз для нас появляется шанс сыграть доской, потому что наши фигуры уже давно биты — кончились. Считаю, что было бы очень желательно, если бы наша страна попала в этот проект на тех же условиях, что и Украина — нейтральный и безъядерный статус и только собственные вооруженные силы с гарантиями от ведущих стран региона и мира. Тут от Минска мало что зависит, но Запад может поставить такое условие России в обмен на смягчение или снятие с нее санкций.

«Нельзя исключать и новых попыток России кардинальным образом переломить ситуацию в свою пользу»

Политолог Андрей Казакевич отмечает, что сейчас общество имеет только первые, не детализированные сведения о результатах переговоров, но выглядят они как признак начала пересмотра Россией первоначально заявленных целей военной операции. При этом, отмечает Казакевич, утверждать это пока рано.

— Следует вспомнить, что ранее одна из целей, которая заявлялась Россией, звучала как «денацификация». Исходя из заявлений ее официальных лиц, это значило смену власти в Украине, установление «дружественного режима» и комплекс мер по изменению языковой политики (русский язык как государственный), политики в области культуры, истории, идентичности. Похоже, об этом на переговорах речи уже не идет, — говорит политолог. — Первоначальные цели по демилитаризации также выглядели более амбициозными, точно они не назывались, но по характеру военной операции были направлены на разгром большой части украинской армии, а также оккупацию значительной территории. Отдельные высказывания и действия также можно было интерпретировать как наличие планов разделить Украину.

Озвученные предложения в итоге переговоров, отмечает Андрей Казакевич, особенно в украинской версии, выглядят как значительное сокращение амбиций и масштабов войны. Вместо того, чтобы «окончательно решить украинский вопрос», они сводятся к значительно более узким темам — статус Крыма, Донбасса, внеблоковому статусу Украины.

— Сокращение военной активности на Черниговском и Киевском направлении, а также провозглашение Донбасса в качестве основной цели операции также вписываются в эту логику. Пока детали позиции российской стороны на переговорах остаются непубличными, также неясно, насколько эти позиции поддерживаются руководством России. Но сами заявления по результатам переговоров внушают осторожный оптимизм на деэскалацию — если речь идет не о прекращение боевых действий, то о снижении активности и масштабов войны. Позиция России может стать как минимум гораздо более реалистичной и прагматичной. А «освобождение» Донбасса будет объявлено и первоначальной целью, и «победой» России в этой войне.

При этом Андрей Казакевич считает, что мы видим только общие контуры возможного урегулирования, которое фактически будет значить создание нового замороженного конфликта.

— В настоящий момент неясно, насколько российское руководство готово отказаться от первоначального плана и масштабов операции. В то же время непонятно, как оно может подготовить общество и политический класс России к мирному соглашению, которое многие расценят как поражение, а понесенные экономические и людские потери — как чрезмерную цену за относительно локальные приобретения.

— Это значит, переговорный процесс может затянутся, а военные действия будут продолжены. При этом нельзя исключать и новых попыток России кардинальным образом переломить ситуацию в свою пользу, — заключает эксперт.