«Если бы не эти войны, мы бы всех вывезли уже к следующему вторнику», — заявил спецпосланник президента США Дональда Трампа Джон Коул в интервью Reuters после переговоров с Александром Лукашенко в Минске. В их результате были освобождены 25 белорусских политзаключенных, хотя накануне сам Джон Коул анонсирован освобождение нескольких сотен узников.
«Войны усложняют работу нашего правительства, они усложняют работу правительства Беларуси и всех остальных в мире прямо сейчас. Так что это важный фактор. И было бы замечательно, если бы эти войны закончились прямо сейчас или в ближайшем будущем. Но они действительно сильно осложняют международные отношения», — добавил спецпосланник Трампа.
Какие войны имел в виду Джон Коул и действительно ли они мешают освобождению белорусских политзаключенных? DW спросила у экспертов.
Прекращение войны в Украине позволило бы США и Минску быть гибче
Эксперты, опрошенные DW, сходятся во мнении, что в первую очередь Коул говорил о войне России в Украине, которая осложняет любые переговорные процессы с союзником России.
«С одной стороны, Лукашенко не так гибок, как он мог бы быть, если бы войны не было — он бы быстрее шел на уступки, не оглядываясь на Москву. С другой стороны, США были бы погибче, могли бы снимать больше санкций и не смотреть на то, помогает ли это России вести войну — все же, антироссийские санкции они пока держат нетронутыми. Я вижу такую интерпретацию. Мне кажется, Коулу нужно было показать какие-то объективные причины, почему переговоры затормозились, и он нашел такую», — считает политический аналитик Артем Шрайбман.
Американист Антон Пеньковский отмечает, что все санкции против Минска можно условно разделить на две категории — за репресии после 2020 года и за соучастие в агресии России против Украины. «Режим в Беларуси напрямую связывает экономические вопросы с гуманитарными. Но даже если бы Соединенные Штаты готовы были бы торговаться, они не могут смешать эти две категории санкций. В данном случае они очень четко разделяют эти вопросы».
Война в Украине не позволяет Европе присоединиться к разговору с Минском
Кроме того, Артем Шрайбман считает, что Джон Коул в своем интервью мог иметь в виду и позицию европейцев, которые могли бы быстрее присоединиться к переговорам, но не готовы сейчас разговаривать с Минском в том числе из-за войны.
Об этом же говорит и политический обозреватель Валерий Карбалевич. Он отмечает, что санкции, которые имеют самое отрицательное воздействие на Беларусь и отмены которых в первую очередь хотел бы Минск, — это санкции Евросоюза, которые были введены за поддержку Беларусью российской агрессии.
«И поскольку Европа не готова (снимать санкции. — Ред.), порты стран Балтии остаются заблокированными для белорусских товаров, прежде всего для белорусского калия, это стопорит процесс освобождения политзаключенных. Я так понимаю логику Коула: если бы эта война закончилась, то исчезли бы условия для санкций, и тогда, если бы эти условия исчезли, можно было бы санкции отменять и освобождать политзаключенных», — говорит Карбалевич.
На переговоры США и Минска влияет конфликт на Ближнем Востоке?
Американист Антон Пеньковский кроме войны в Украине упоминает и конфликт на Ближнем Востоке — войну США и Израиля с Ираном, ведь продолжающаяся блокада Ормузского пролива напрямую влияет на цены на топливо не только в самих США, но и по всему миру.
«Мы знаем о долгой и интенсивной дружбе режима Лукашенко с иранским режимом. О постоянном оборонно-техническом сотрудничестве, возможно, непосредственно прямой продаже вооружений и технологий Ирану, которые сейчас должен в самые краткие сроки восстановить свои возможности в сфере ПВО и ракетостроения. За последнюю неделю мы видели интенсивность военно-транспортной авиации Ирана по направлению к России и Беларуси. Это также не может не бросаться в глаза американским переговорным группам и американским аналитикам», — отмечает Пеньковский.
Эксперт считает, что режим Лукашенко не может сейчас отказаться от дружбы с Ираном, поскольку для него это один из источников заработка. «А для США это головная боль, которая оттягивает как человеческие ресурсы во внешнеполитическом ведомстве США, так и напрямую влияет на повестку международных отношений, не позволяя более проактивно действовать на том же направлении Восточной Европы».
Действительно ли войны мешают освобождению политзаключенных в Беларуси?
Артем Шрайбман считает, что на сегодняшней фазе белорусско-американский отношений конфликт в Украине — не основная проблема. «У сторон есть много того, чем можно торговаться на двустороннем уровне и без того, чтобы затрагивать антироссийские санкции и интересы России в Беларуси».
По мнению Валерия Карбалевича, то, что война и острый конфликт является большим препятствием для процесса разрядки, — это факт. «Тем более, что война идет по пути эскалации, Евросоюз считает, что Россия будет осуществлять какую-то гибридную войну против Европы. В этих условиях трудно говорить о разрядке, а если трудно говорить о разрядке — трудно говорить и об освобождении политзаключенных».
Вместе с тем, фразу Коула о влиянии войны на освобождение политзаключенных не стоит воспринимать так, будто бы до ее окончания это освобождение невозможно, считает Пеньковский. «Он ссылался на сроки освобождения. Я понимаю его заявление так, что освобождение было бы гораздо проще и быстрее, если бы этих войн не было. Господин Коул не отказывается от работы по этому направлению и не говорит, что это в принципе невозможно, он лишь упоминает эти войны как непосредственный ослабляющий фактор».
