Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. «Асфальта у нас почти нет». В российской Туве бывший депутат помогает солдатам отказаться воевать в Украине — поговорили с ним
  2. Противопехотные мины «Лепесток» и сбитые снаряды HIMARS. Главное из сводок штабов на 166-й день войны
  3. Похоже, Лукашенко национализировал частный завод в Миорах. В прошлом году чиновники взялись его «спасать» после ареста владельцев
  4. «Дело о заговоре». Зенкович признал вину по всем пунктам обвинения
  5. Польша примет закон о подсанкционных компаниях (в том числе и белорусских): их можно будет продавать или изымать
  6. «Перестаньте ссориться и объединитесь». В Вильнюсе началась конференция демократических сил «Новая Беларусь»
  7. «Светлана из 365 дней провела 180 в зарубежных поездках». Вероника Цепкало о муже, отношениях с Тихановской и ботоферме
  8. В Беларуси начали прививать от коронавируса детей от 5 лет
  9. Погода на следующую неделю: будет тепло и почти без дождей
  10. Штамп о принудительном возвращении. Кто и почему заставляет белорусов выезжать из Украины
  11. Легально, нелегально и сменив фамилию. В Украине осудили белоруса, который постоянно возвращался в страну несмотря на запреты
  12. Азаренко не попадет на турнир в Торонто — ей не дали канадскую визу
  13. Дополнительные силы в Беларуси, саботаж от российских военных. Главное из сводок штабов на 165-й день войны
  14. «Мирный протест похоронен». Артем Шрайбман подвел итоги первого дня конференции «Новая Беларусь»
  15. «Не думал, что у нас столько „ватников“». Лучший дзюдоист Беларуси последних лет — о протестах, войне, медалях и жизни вдали от дома
  16. «Теперь только война, только хардкор». На конференции демократических сил рассказали о сценариях выхода Беларуси из кризиса
  17. Сто шестьдесят шестой день войны в Украине. Рассказываем, что происходит
  18. Обвиняемый в заговоре Зенкович рассказал о плане убийства Лукашенко. Его исполнителем хотели сделать Автуховича, но тот отказался
  19. Заучивал книги наизусть. Как врач из Лунинца строит карьеру в Италии
  20. Израиль объявил о достижении целей спецоперации в секторе Газа и наступлении режима прекращения огня


Иностранный бизнес продолжает уходить из Беларуси. Спросили у эксперта по инвестициям, чем чаще всего обусловлено такое решение, а также посмотрели, теряют они или приобретают.

Снимок носит иллюстративный характер

Что происходит с иностранным бизнесом в Беларуси

В мае финско-литовская компания «Kesko Senukai» вышла из состава акционеров торговой сети ОМА и приостановила работу в Беларуси. Незадолго до этого решение перестать работать в нашей стране приняла IT-компания Hewlett Packard Enterprise. На предприятии «Штадлер Минск» рассказали о сокращении штата и переводе части работников в представительства других стран, хотя, как утверждается, полностью выводить бизнес из страны швейцарцы не собираются. В том же месяце концерн VMG остановил строительство своего предприятия в Светлогорске. Это лишь несколько примеров ухода из Беларуси представительств международного бизнеса.

После начала войны в Украине иностранный бизнес стал массово уходить с российского и белорусского рынков. В отношении нашей страны речь идет о десятках международных компаний. В России счет приближается к тысяче. Иностранцы закрывают здесь свои представительства и дочерние предприятия, останавливают инвестиции. Некоторые компании вывозят своих сотрудников, другие оставляют все белорусским партнерам, а третьи полностью закрывают белорусские проекты.

Эксперт о том, почему иностранный бизнес уходит из Беларуси

Эксперт по инвестициям Даниэль Крутцинна видит несколько причин, почему владельцы иностранных компаний принимают решение уйти или остаться в стране с высокими политическими рисками.

— Есть разные мотивации ухода или решения остаться. Для крупных компаний, которые котируются на бирже, основная причина — это репутационные риски. Они не могут рисковать всем из-за направления, которое представляет незначительный процент от их бизнеса, — говорит эксперт по инвестициям Даниэль Крутцинна. Уточним, что до 2020 года он несколько лет жил в Беларуси, консультировал иностранных инвесторов, которые интересуются нашим рынком.

По мнению Крутцинны, семейный бизнес в такой ситуации рассуждает по-другому.

— У них часто есть аргумент ответственности перед сотрудниками на представленном рынке. Для них важно быть надежным долгосрочным работодателем, поэтому они переживают, что будет с людьми, которые на них работают. Я знаю примеры, когда такие компании предлагали сотрудникам проголосовать за или против ухода с рынка. В такой ситуации оказывается, что мало кто [из сотрудников] готов из-за своих убеждений потерять материальную базу, — считает Даниэль Крутцинна.

Еще одним аргументом, который влияет на принятие решения об уходе бизнеса с рынка, эксперт называет то, что «западный бизнес в Беларуси является двигателем западных идей, другого стиля управления».

— Некоторые европейские бизнесы полагали, что их работа вносит вклад в движение к изменениям в таких странах, как Беларусь, и поэтому не спешили уходить из страны, — объясняет Даниэль Крутцинна.

— Иностранные компании, которые уходят из Беларуси, по большому счету, готовы списывать весь местный бизнес. Когда принимается такое решение, как правило, владельцы не надеются на этом что-то выручить. Наоборот, они понимают, что в силу экономических причин работа в стране будет нерентабельной. При таком раскладе свою компанию здесь легче закрыть.

По его словам, основные критерии, которые привлекали инвестиции и иностранный бизнес в Беларусь в «спокойные времена» — квалифицированные рабочие кадры, относительно недорогая рабочая сила, инфраструктура — сохраняются. Но на первый план сейчас выходят перспектива потерять лицо на других рынках, а также экономические риски от работы в стране, оказавшейся под санкционным давлением.

Но есть и другие компании, которые не спешат принимать такое решение, пытаясь понять, как будет развиваться ситуация, и надеясь на скорое завершение войны, а вместе с ней и разрешение кризиса.

Кто теряет от ухода из страны иностранных инвестиций

Уход иностранных компаний как с российского, так и с белорусского рынков, связан с финансовыми потерями. Например, платежная система Visa в первом квартале потеряла около 35 млн долларов из-за ухода из России. Энергетическая компания Shell оценивает перспективу потерь в 4 млрд долларов. Heineken, которая ушла и из Беларуси, называет потери около 400 млн долларов.

Но исследование Йельской школы менеджмента показало, что рыночная капитализация иностранных компаний, которые после начала войны в Украине ушли с российского рынка, выросла, а у оставшихся в этой стране — упала. Скорее всего, это касается и Беларуси, так как иностранный бизнес часто принимал решение по нашей стране в связке с Россией.

Эксперты Йельской школы менеджмента в апреле изучили динамику доходности акций 600 публично торгуемых компаний до 24 февраля и после начала войны в Украине. Оказалось, что рыночная стоимость бизнеса, который после вторжения России в Украину полностью ушел с российского рынка, выросла в среднем на 4%, у тех, кто приостановил операции, — на 3%. А у тех компаний, которые отказались от новых инвестиций, но сохранили свое присутствие в России, было снижение примерно на 2,2%. У тех, кто продолжил работать, как обычно, падение оказалось более заметным — на 5,5%.

Например, стоимость акций французской Societe Generale выросла на 5% после того, как она объявила об уходе из России. То есть компания осталась в плюсе даже с учетом потерь от непосредственного ухода более чем 3,4 млрд долларов. Это касается и других фирм. «Компании, ушедшие из России, не только несут значительные расходы, они также получают финансовые выгоды», — говорят авторы исследования.

Это связано с несколькими факторами. Первый из них связан с репутацией — риски присутствия на российском рынке оцениваются инвесторами и акционерами выше, чем временные трудности, связанные со сворачиванием бизнеса в этой стране. Второй — с тем, что Россия дает небольшой процент выручки большинства представленных международных компаний.

Белорусский финансовый аналитик Максим Адаскевич подтверждал такой вывод, приводя в пример Deutsche Bank, рыночная капитализация которого после заявлении об уходе из России увеличилась на 8%, то есть примерно на 1,7 млрд долларов. В своем телеграм-канале Belarus Finance аналитик назвал причины этого явления. Кроме небольшой роли российского рынка в доходах международных корпораций и отношения инвесторов к сохранению позиций на нем, это сложности работы в этой стране в условиях изоляции и падения ВВП, также возможный уход как персонала, так и клиентов или поставщиков к конкурентам, которые не работают с Россией.

— Якія могуць быць высновы для Беларусі? Калі ў будучыні наша краіна будзе мэтанакіравана працаваць на тое, каб да нас прыходзілі рэальна дыверсіфікаваныя па геаграфіі інвестыцыі — то неабходна будзе разумець, што часта істотнай для інвестара будзе далёка не толькі даходнасць, але і палітычная рызыка, і рэпутацыя краіны ў свеце, (а таксама рызыкі яе рэзкага пагаршэння), — подвел итог Максим Адаскевич.