Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Беларусская милиция разыскивает «по уголовной статье» выдворенного из страны лауреата Нобелевской премии мира Алеся Беляцкого
  2. EPAM думал, что ИИ — это редкий шанс. Оказалось, все сложнее
  3. «Мне не послышалось?» Жительница Лунинца хотела срочно сделать паспорт, но, услышав цену, передумала. В МВД объяснили, откуда такие цифры
  4. Пропал с радаров. «Зеркало» узнало, что МВД разыскивает депутата могилевского горсовета и автора провластных проектов
  5. Чиновница из Мингорисполкома рассказала о задаче «раньше возвращать матерей в экономику». В комментариях ей ответили — не без эмоций
  6. У девочки из Гродно обнаружили редчайшую болезнь, о которой беларусские врачи раньше только читали в учебниках
  7. «Всех найдем». Пропагандист объяснил проверки квизов в Беларуси борьбой с «затаившимися» несогласными
  8. «Я так понимаю, WB можно удалять?» Беларусы жалуются, что ждут заказы с Wildberries неделями
  9. В МИД объяснили, почему Беларусь не «притягивает огромного потока» мигрантов
  10. Для школьников введут три новых факультатива
  11. «РОВД совместно со Следственным комитетом работают». В Жлобине возле БМЗ упал беспилотник? Вот что узнало «Зеркало»
  12. «Белоруссия, но никак не Беларусь». Российский блогер Артемий Лебедев заявил, что не готов «коверкать родной язык ради соседа»
  13. Часы — как 37 средних беларусских зарплат и брендовые украшения. «Бюро» получило доступ к личному фотоархиву докторки Лукашенко
  14. Минприроды объяснило, будут ли штрафовать беларусов за дождевую воду с крыш
  15. В Беларуси по-новому будут считать налог на имущество супругов. Что изменилось
  16. «Мы пробили дно». Беларусов в Threads возмутило объявление о сдаче квартиры в аренду — что в нем такого
  17. Фотографии Припяти пугают. А что, если бы вдруг так обмелели и другие водоемы Беларуси — представили, как бы это могло быть


В Беларуси с недавних пор банки могут не раскрывать информацию о собственниках, составе наблюдательных советов, исполнительных органов, примечания к годовой отчетности, отдельные показатели нормативов безопасного функционирования, пишет Office Life. Издание поговорило с экспертом о том, чем снижение прозрачности банковского сектора может обернуться для финансового рынка.

Фото использовано в качестве иллюстрации. Фото: TUT.BY
Фото использовано в качестве иллюстрации. Фото: TUT.BY

По мнению исполнительного директора BIK Ratings Андрея Усачева, говоря о стабильности банковской системы, необходимо отслеживать показатели безопасного функционирования банков, по которым они отчитываются перед Нацбанком и которые публикуются ежемесячно.

Несмотря на то что постановлением Нацбанка № 118 банкам предоставлено право не размещать на своих сайтах показатели, характеризующие выполнение нормативов ликвидности, это не освобождает кредитные учреждения от обязанности соблюдать их. И это контролируется регулятором.

«Правом не раскрывать показатели ликвидности воспользовались только некоторые банки („Белагропромбанк“, „Белинвестбанк“, Банк „БелВЭБ“, „МТБанк“), в то время как остальные, в том числе банки, находящиеся под санкциями (такие как Банк „Дабрабыт“, „Банк ВТБ (Беларусь)“, „Сбер Банк“), продолжают раскрывать эту информацию», — говорит эксперт.

Нормативы безопасного функционирования для белорусских банков разработаны в соответствии со стандартом «Базель III», который усиливает требования к капиталу банка и вводит новые нормативные требования по ликвидности. Национальный банк оперативно отслеживает пруденциальную отчетность банковского сектора, регулярно проверяет банки и, в случае необходимости, принимает меры по защите клиентов.

«Тщательность финансового надзора усилилась после банкротства в 2015 году „Дельта Банка“. Примером реакции регулятора может служить отзыв в 2017 году у „БСБ Банка“ лицензии на отдельные операции с физическими лицами в связи с выявленными в ходе проверки банка нарушениями и недостатками в его деятельности», — вспоминает эксперт.

Поэтому тенденция на снижение прозрачности банковского сектора сама по себе не несет угрозы утраты финансовой стабильности банков, уверяет Андрей Усачев.

«Однако она, безусловно, негативно влияет на доверие к банковской системе, прежде всего у иностранных партнеров (банков-корреспондентов, кредиторов и др.), снижает инвестиционную привлекательность финансового-банковского сектора, ухудшает бизнес-климат, а также в некоторой степени ограничивает возможности развития», — подытоживает эксперт.