Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Лукашенко до сих пор не улетел из Сочи. В Кремле заявили, что он продолжает общаться с Путиным
  2. Лукашенко — главе Абхазии: Вчера мы обсуждали ваши проблемы с нашим старшим братом Владимиром Владимировичем Путиным
  3. «Официально». На оккупированных территориях Украины подвели итоги «референдумов»
  4. «Уничтожили до ста военнослужащих полка специального назначения «Гепард». Главное из сводок на 216-й день войны
  5. Лукашенко приехал в Абхазию с неофициальным визитом. Спросили экспертов, зачем ему это
  6. Россия будет продолжать «специальную военную операцию», как минимум, «до освобождения всей ДНР». Бюджет «новые территории» выдержит
  7. Соцопрос: Протестно настроенные белорусы сменили мирный настрой на поддержку силового метода разрешения политического кризиса
  8. В СК рассказали, кого еще собираются судить заочно — членов Координационного совета, правозащитников, Цепкало
  9. На 69-м году жизни скончался уроженец Могилева, певец Борис Моисеев
  10. «Тестово уже начали». В ГАИ рассказали, когда по камерам фотофиксации начнут полноценно штрафовать за непройденный техосмотр
  11. «Защищал бы Путина после войны? Это очень простой моральный выбор». Интервью с российским адвокатом Ильей Новиковым
  12. Запад наконец передаст Украине зенитные комплексы NASAMS. Рассказываем, что они собой представляют и почему их важность огромна
  13. В Минске начали включать отопление в квартирах. А что в других регионах?
  14. Прибытие на фронт мобилизованных и «контртеррористическая» операция вместо «специальной». Главное из сводок на 217-й день войны
  15. В случае ядерного удара России ответ прилетит… по Беларуси? Рассказываем о ядерном оружии США и возможности его применения против РФ
  16. МИД Грузии вызвал белорусского посла в связи с визитом Лукашенко в Абхазию
  17. Против мобилизации в России сильнее всего протестует Дагестан. Разбираемся, почему заполыхал именно этот регион
  18. Минобороны Беларуси сообщило о внезапной проверке «боевой и мобилизационной готовности» войсковой части в Мачулищах
  19. Пятерых россиян из-за мобилизации сняли с поезда на границе с Беларусью
  20. Один диктатор уже пытался спасти проигранную войну с помощью мобилизации стариков и ядерного оружия. Рассказываем о нем (это не Путин)
  21. Стартуют заочные суды для уехавших? СК начал «спецпроизводство» по делу «Черной книги Беларуси». Среди фигурантов — Дмитрий Навоша


Глава НАУ Павел Латушко анонсировал создание трех подчиненных ему комитетов в Объединенном переходном кабинете. По его словам, речь идет о санкционном комитете, а также комитетах уголовного принуждения и кадровой политики. Мы спросили политика, что это за структуры, чем они будут заниматься и кто в них будет входить.

Павел Латушко на форуме демократических сил Беларуси, Вильнюс, 9 августа 2022 года. Фото: zerkalo.io
Павел Латушко на форуме демократических сил Беларуси, Вильнюс, 9 августа 2022 года. Фото: «Зеркало»

— Вы анонсировали создание трех подчиненных вам комитетов в Объединенном переходном кабинете. Расскажите подробнее, что это и чем они будут заниматься?

— Прежде всего, нужно понять, что у нас не классическая ситуация, когда существует вся структура органа исполнительной власти, когда есть аппарат, секретариат, действуют министерства, меняется только руководство, приходит в действующую систему, вносит какие-то политические смыслы и принимает управленческие решения. Мы сейчас фактически создаем систему с нуля.

Конечно, мы основываемся на структурах, на которых существуют демократические силы. Но с точки зрения исполнительного органа эта система во многом создается с нуля. Поэтому не стоит ожидать, что в течение ста дней (как в обычной классической ситуации) правительство должно будет отчитаться о результатах. Это просто невозможно — давайте будем реалистами.

Что касается создания этой системы, то сейчас это является вопросом обсуждения. Поэтому я сказал, что мы вносим предложения о том, чтобы в рамках полномочий представителя представительства, отвечающего за вопросы транзита власти, санкций, уголовного преследования, кадровой политики появилось три структурные подразделения. Это не означает, что в них сядут бюрократы — перечисленные группы просто будут отвечать за эти направления работы. В группе может быть один штатный человек, а пять человек — волонтеры из других организаций или приглашенные эксперты.

Это не будет абсолютно классическая структурное подразделение вроде министерства. Пока мы условно назовем такие группы комитетами или отделами — это предстоит решить.

Первая структура — это комитет по санкциям. Она будет действовать под моим руководством. На сегодняшнем этапе мы должны проанализировать эффективность санкционной политики (прежде всего в экономической сфере) и понять, на что необходимо обратить особое внимание, как добиться того, чтобы санкции дали результат, который мы ждем.

Вторая структура может называться комитетом, который будет заниматься уголовным преследованием. Нам предстоит большой объем работы в рамках национальных юрисдикций стран, на территории которых граждане нашей страны могут подавать заявления о пытках, совершенных в отношении них в Беларуси. Речь идет и о международных правовых системах или международных конвенциях, которые могут быть задействованы. И здесь уже работает определенная команда юристов. Мы говорим даже о возможности того, чтобы нанять профессиональную юридическую компанию, которая могла бы этим заниматься. Нужно понять, что нам мешает сегодня достичь результата, чтобы быть более эффективными.

Третья структура — это кадровый комитет. Это новое направление, и оно должно быть систематизировано. С одной стороны, нам нужно делать все, чтобы дать очень четкий сигнал государственной системе, что сегодня она работает на уничтожение белорусской нации, на репрессии, прекращение существования Беларуси.

Другая часть этой задачи — сформировать систему, которая позволит нам в ближайшее время понимать, что в каждом районе, в каждой области под каждое министерство в перспективе у нас есть группа профессионалов, способных в переходный транзитный период принять ответственность за управление страной.

Сейчас нужно создать группы, которые организуют эту работу. Я бы хотел уточнить, что это не прямо бюрократические структуры. Для последнего у нас нет ни ресурсов, ни каких-то штатных должностей.

— Кто войдет в комитеты, по какому принципу туда будут отбираться люди?

— Это уже вопрос координации работы, она будет зависеть от руководителя комитета или отдела. Он должен проанализировать, кто сегодня в демократических силах Беларуси занимается этим направлением, провести коммуникацию с этими людьми. В рамках горизонтальных связей договориться об объединении ресурсов, всех знаний, опыта, возможностей каждого человека или других организаций. Мы должны объединить свой ресурс вместе с диаспорами, с неправительственными организациями, другими инициативами, чтобы достичь здесь результатов как можно быстрее.

— Вы можете назвать имена тех, кто будет возглавлять эти комитеты?

— Эти имена уже есть, но я не хочу их называть. Это решение будет обсуждаться и окончательно приниматься на заседании Кабинета и согласовываться его главой. Поэтому некорректно называть какие-то имена прямо сейчас.

— Многие могут сказать, что комитеты — это решение ради решения: создается очередная структура, которых уже много. Объясните, почему это не так? Или так?

— Сегодня стоит вопрос о существовании Республики Беларусь. Объединенный транзитный кабинет Беларуси как исполнительный орган фактически становится гарантом этого суверенитета независимости. Мы должны думать не только сегодняшним днем — мы должны думать и на перспективу. Мы видим, как работает российская пропаганда, русский мир. Во-первых, мы должны создавать те институты и органы, которые будут представлять Беларусь и белорусское общество. Второе — нам нужны структуры, которые смогут в решающий момент взять контроль и ответственность за ситуацию в стране. Надо смотреть не с сиюминутной точки зрения, нужно смотреть стратегически. И это решение носит абсолютно стратегический характер. Кто с этим не согласен и у кого еще нет понимания этого обстоятельства, тому это докажет история.

Не нужно ожидать, что завтра произойдет революция. Вы поймите: многие нас критикуют, многие нас обсуждают — и это нормально в демократии. Но вы просто попробуйте на несколько минут попасть в нашу ситуацию. Вы думаете, что здесь стоят батальоны и полки, которые всем этим занимаются? Нет, это несколько десятков человек в каждой структуре. Нас не так много, чтобы мы могли просто, за одно мгновение, перевернуть ситуацию. Но чтобы удар, давление и эффективность были сильнее, нам нужно объединиться. Так мы достигнем результата намного быстрее.