Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Захват Белогоровки и Першего Травня, переполненные госпитали и отказ России от БТГ. Главное из сводок штабов на 280-й день войны
  2. Силовики объявили «облаву» на белорусов за комментарии о смерти Макея. В списке более 20 лиц внутри страны и 50 — за границей
  3. «Это чувствительная информация». Заявление главы Еврокомиссии об украинских потерях вырезали из ее выступления
  4. Экс-министру лесного хозяйства грозит до 15 лет лишения свободы
  5. Под Чаусами Audi влетела в дерево и загорелась — погибли три девушки
  6. В посольстве сообщили о госпитализированных с менингитом белорусах в Подмосковье. Один из них, возможно, скончался
  7. Белорусам стали отказывать в выдаче паспорта старого образца. Узнали, в чем дело и можно ли его получить
  8. Для чего РФ перебросила дополнительные силы в Беларусь, большие потери с обеих сторон. Главное из сводок на 279-й день войны
  9. «Собственноручно уведомляете компетентные органы о своих планах». Рассказываем, что меняет регистрация на подачу на визу через МСИ
  10. Новые правила въезда в Шенгенскую зону заработают весной 2023 года. Что изменится
  11. Верховный суд рассмотрел апелляции по делу о «захвате власти». Приговоры оставлены без изменений
  12. В Минске простились с Владимиром Макеем. Туда пришел и Александр Лукашенко
  13. Под Бахмутом солдаты воюют по колено в грязи — кадры сравнивают с битвой при Пашендейле столетней давности. Рассказываем о ней
  14. «Меня повесят первым, а тебя — вторым. И плюнут на твою могилу, как теперь плюют на могилу Макея». Смерть главы МИД как тест — мнение
  15. В сознании, но все еще в тяжелом состоянии. Что известно о госпитализации Марии Колесниковой
  16. «Не так все радужно, как показывают по телевидению». Большой репортаж «Зеркала» из освобожденного Херсона
  17. «Через три часа под дверью — дяди в форме». Минчанин утверждает, что написал на почту посольства Польши, а письмо прочли еще и силовики
  18. Задержали гендиректора «Беллесизделия». Его назвали «долларовым миллионером», обвинили в протестах и отказе пустить силовиков на объект
  19. Судить заочно будут не только оппозиционеров, но и тех, у кого «большие активы». Лукашенко согласовал новую категорию дел
  20. Лукашенко лично простился с Макеем — за 30 лет у власти он бывал на похоронах считанные разы. Вспоминаем предыдущие визиты
  21. «Самое ужасное — кто пытал белорусов? Белорусы». Интервью с руководительницей фонда «Русь Сидящая»
  22. Чиновники опубликовали проект бюджета на 2023 год. Какая «дыра» прогнозируется в госказне


Белорусы стали замечать перебои в магазинах и сокращение ассортимента продуктов. Чиновники уверяют, что это еще не свидетельствует о дефиците. Скорее всего, так и есть. Но почему так происходит и что влияет на то, что молоко, сок и другие привычные товары иногда можно не найти? Рассказываем по пунктам.

Раньше в этих холодильниках было молоко. Магазин в Минске через месяц после начала регулирования цен. Фото читателя
Раньше в этих холодильниках было молоко. Магазин в Минске через месяц после начала регулирования цен. Фото читателя

Все-таки дефицит продуктов есть или нет?

Ответ на этот вопрос зависит от того, что вкладывается в понятие дефицита. Если смотреть формально, то это нехватка, недостача. Вы пришли в магазин и не нашли там никакого молока — технически можно говорить о его дефиците в конкретном магазине. Если же посмотреть на это явление шире, да к тому же с учетом опыта многих белорусов, которые хорошо помнят плановую экономику в СССР и формирование белорусского рынка в 1990-е, то отсутствие молока на полках конкретного магазина — это цветочки по сравнению с тем, каким был дефицит в те годы. То есть дефицит в широком понимании — это глобальный недостаток товара, когда спрос на него превышает предложение. Именно в таком определении чаще всего используется это слово экономистами и чиновниками. Исходя из этого, говорить о дефиците товаров в Беларуси пока рано.

Но уже сейчас можно заметить, что ассортимент продуктов и непродовольственных товаров в магазинах стал более скудным. А торговые стеллажи нередко заставлены не привычным битком, а по несколько единиц разных товаров. Бывает и такое, что весь стеллаж заполнен только одним видом продукта, а альтернативы либо нет вообще, либо она очень скудная. Как на фото ниже.

Выбор соков с крупном супермаркете в Минске через месяц после начала регулирования цен. Фото читателя
Выбор соков с крупном супермаркете в Минске через месяц после начала регулирования цен. Фото читателя

В этом случае можно говорить о сужении ассортимента товаров в магазинах и сокращении объемов поставок в торговые объекты.

С чем связаны перебои в ассортименте

Тому есть целый комплекс причин. Во-первых, против Беларуси действуют несколько пакетов санкций, а порой даже без них некоторые иностранные компании не хотят работать с белорусскими, чтобы не испортить себе репутацию сотрудничеством со страной-соагрессором. Да, статус нашей страны как соучастницы военной агрессии оказывает влияние даже на уровне бизнеса и личных отношений между людьми. Именно по этой причине некоторые мировые бренды решили уйти с белорусского рынка, а часть тех, кто не находился тут физически, перестали продавать свою продукцию компаниям из нашей страны.

Усугубили ситуацию контрсанкции, введенные белорусскими властями в отношении товаров компаний из стран, которые в Минске сочли недружественными. А это практически весь развитый мир, в первую очередь США и страны Евросоюза. Что это означает на деле? Допустим, раньше вы иногда покупали французский сыр бри или литовский твердый «Джугас». А в этом году его могут ввозить из этих стран только отдельные компании и только с разрешения чиновников (точнее, по квотам). Это означает, что раньше такой товар легко было найти в любом гипермаркете, а теперь только в некоторых. Но все же товар можно было найти, пока в правительстве не решили вернуться к методу борьбы с инфляцией, который использовался в Советском Союзе, а именно — ограничению цен.

Итак, в этом году из-за санкций, усложнившейся логистики, мировой инфляции и эмбарго ввозить тот самый сыр, который вы любите, стало сложнее. Но импортеры все же могли его ввозить, правда, чтобы не работать себе в убыток, наценку на него устанавливали в размере условных 50%. В итоге товар был дороже для импортера, для магазина и, конечно, для конечного потребителя. Значит, купить его теперь могло меньшее число белорусов, но тем не менее этот товар в магазине был. А тут вдруг правительство вводит ограничение по ценам, а именно говорит, что наценку на этот сыр можно установить не больше 30%. Импортер просчитывает, что для него этот продукт продолжает дорожать, а продавать местным магазинам он сможет сыр с такой ценой, которая не покрывает все его расходы, не говоря уже о том, чтобы заработать на этом. Что логично делать в такой ситуации? Отказаться от этого продукта. В итоге вы приходите в магазин за тем самым французским сыром (или любым другим импортным товаром) и просто-напросто не находите его.

Если говорить про сами магазины, то они тоже оказались в сложной ситуации. Сначала Александр Лукашенко приказал заморозить цены, через две недели правительство приняло постановление, которое формально разрешает рост цен, но ограничивает торговые надбавки. Из-за этого ценники на многие товары пришлось переписывать в меньшую сторону. Но не успело постановление вступить в силу, как чиновники стали раз за разом вносить в него изменения и что-то уточнять.

Полки магазина в Минске через месяц после начала регулирования цен. Фото читателя
Полки магазина в Минске через месяц после начала регулирования цен. Фото читателя

В обстановке неопределенности, когда каждый день для тебя меняются правила работы, а за их нарушение ты рискуешь попасть за решетку, вполне ожидаемо, что бизнес не строит планов более длительных, чем на несколько дней. Так, торговля перестала закупать большие партии товаров, опасаясь, что власти снова введут какие-то изменения, которые поставят магазины в еще более сложное положение. Или, наоборот, что чиновники внезапно поймут, что выбрали далеко не самый оптимальный путь борьбы с инфляцией, увидят, к чему все идет, и откажутся от такой формы регулирования цен. В такой обстановке логичнее всего закупать товары небольшими партиями, чтобы до вероятных изменений успеть их распродать с наименьшими потерями и рисками. К тому же магазины тоже просчитывают рентабельность своей работы, и если им невыгодно закупать условную крупу у какого-то производителя, потому что придется продавать ее себе в убыток, то от нее отказываются. Результат такой же, что виден на фото выше: полки магазинов все чаще становятся заставленными одним товаром или остается несколько видов продукции, но в малом количестве.

В таком случае, придя в магазин через несколько дней после поставки, нужный продукт можно и не найти, ведь выбор и партия и без того были небольшими (если вообще были), а то, что попало на полку магазина, могли уже раскупить.

Но и это еще не все. Александр Лукашенко приказал, чтобы чиновники начали бороться с посредниками между производителем и магазином. «Еще раз подчеркиваю: всякие посредники на белорусскую продукцию должны быть убраны. Работа должна быть только напрямую. И в этом будет солидная экономия», — требовал он.

Как это работает? Мясокомбинат производит свою продукцию, но чтобы экономить время и ресурсы, а также, вероятно, не имея достаточных компетенций в распространении, продает ее не тысячам магазинов, а одному оптовику. Тот забирает огромные партии прямо с завода и сам договаривается с магазинами-покупателями, куда и перепродает нужное количество товара. Так на пути от производителя к потребителю появляется еще одно звено, которое, естественно, тоже сказывается на некотором удорожании товара. Но так происходит потому, что это выгодно производителям и магазинам. Иначе мясокомбинату надо было бы закупить целый автопарк, нанять десятки водителей, грузчиков, специалистов по логистике, маркетологов, торговых представителей и самому заниматься доставкой продукции в магазины. А имея оптового покупателя завод может сконцентрировать силы на производстве.

Теперь же от этих самых оптовиков, посредников хотят избавиться. Не говоря о том, что речь идет о тысячах рабочих мест, инвестициях в экономику и налоги в бюджет, это означает разрыв в поставках. Ведь при выпадении из цепочки поставок этих самых посредников производители и магазины должны чуть ли не с нуля выстроить взаимосвязь. На это требуется время и деньги. А до тех пор мы видим исчезновение некоторых продуктов с полок магазинов. Один из таких примеров — чипсы Lay’s. Читатели активно сообщают, что сталкиваются с их нехваткой в магазинах. «Это связано именно с перезаключением контрактов напрямую с производителем. Если раньше торговые сети работали через импортеров, то введение постановления № 713 четко ограничивает надбавки на потребительские товары. Поэтому торговые сети выбирают пути прямых поставок и заключают договора непосредственно с производителями», — заявляла накануне начальник отдела торговли и услуг главного управления торговли и услуг Мингорисполкома Ирина Маслакова.

Хорошо, дефицита нет. И не будет?

Ответ на этот вопрос нам даст время. Все будет зависеть от того, как станет развиваться ситуация с регулированием цен. Около 40% товаров в магазинах — импортные. В мире сейчас пусть и не такая, как в Беларуси, но тоже высокая инфляция. По прогнозу МВФ, по итогам этого года она составит 8,8%. Остановить ее белорусским чиновникам не под силу. Значит, на наш рынок товары все равно будут поступать более дорогими, чем раньше, а вместе с этим будут дорожать расходы на их ввоз, хранение, распределение и доставку в магазины. Но если максимальные торговые надбавки, установленные правительством, не будут позволять покрывать эти расходы, то бизнес все больше будет отказываться от этой продукции в пользу более дешевой. А при наличии более серьезных трудностей, компании могут менять род деятельности или закрываться. В первом случае дефицита импортных товаров не будет, просто вместо более дорогих и качественных в магазинах появятся дешевые аналоги. А во втором вполне можно ожидать дефицита каких-то видов продукции.

В продуктовом сегменте большую долю составляют белорусские товары. Их производители, как и вся экономика, тоже сталкиваются с рядом трудностей. Например, для них дорожает аренда, растут расходы на энергоносители, импортные составляющие, упаковку. Это все включается в конечную стоимость произведенного продукта. Пока ситуация выглядит так, что именно у производителей меньше ограничений по устанавливаемым размерам торговой надбавки. Значит, они могут и дальше производить привычные продукты.

А вот торговля, учитывая все перечисленные ранее условия, в которых оказался белорусский бизнес, уже начала меньше закупать этой продукции. Получается, что производители даже имея возможность обеспечить спрос, не всегда в силах это сделать, потому что торговые сети и предприниматели стали закупать партии поменьше, чем делали это раньше. В случае сохранения этой тенденции не исключены случаи дефицита отдельных товаров. Но в глобальном масштабе вряд ли до этого дойдет. Более вероятно, что видя такие риски, чиновники будут постепенно выводить отдельные товары из-под жесткого регулирования.

Когда и чем все это может закончиться

Это закончится, когда белорусские власти отменят принятые меры по сдерживанию цен. Причин, способов и последствий такого решения может быть несколько. Во-первых, в правительстве могут понять, что их уникальный путь по борьбе с инфляцией не работает. Для представителей бизнеса это очевидно уже сейчас, ведь, как мы писали выше, наши чиновники не могут повлиять на цены во всем мире, из-за чего многие товары все равно будут дорожать. То же самое с белорусскими продуктами — их производство все равно становится дороже, поэтому сколько ни ограничивай торговые надбавки, а товар все продолжает расти в цене.

Во-вторых, причиной может стать тот самый дефицит. Так было с ограничениями цен на социально значимые товары, когда МАРТ вводил их жесткое регулирование, а потом раз за разом вынужден был разрешать разово поднимать цены, чтобы продукты не пропадали из магазинов. Если будет выбран такой же механизм, то можно ожидать разовых резких скачков цен на отдельные товары.

В-третьих, даже не признавая низкую эффективность выбранного способа борьбы с инфляцией, правительство может постепенно смягчать ограничения. В этом случае цены снова будут ускорять рост, возвращаясь к своему рыночному уровню, а ассортимент товаров в магазинах — постепенно увеличиваться.

При любом способе отмены ограничения цен нас ожидает их рост. С одной стороны, по причине, указанной выше, — возврат на уровень, обоснованный рыночными отношениями. С другой стороны, бизнес начнет закладывать в ценники дополнительные риски на случай новых творческих инициатив со стороны правительства.