Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. СК начал спецпроизводство в отношении девяти белорусов. Их хотят заочно судить по «народной статье»
  2. «Все знают, что происходит». Бывшие члены избиркомов рассказали «Зеркалу», как в Беларуси фальсифицируют выборы
  3. Оккупационные власти признались в насильственной депортации и намекнули на казни несогласных украинцев. Главное из сводок
  4. «Город на ушах стоит». Что будет, если через TikTok пожаловаться Лукашенко на невыплату зарплат (работники этого предприятия проверили)
  5. Как закрытие Литвой еще двух погранпунктов с Беларусью отразится на пассажирских перевозках (уже влияет). Поговорили с перевозчиками
  6. «С Днем защитника отечества!» ВСУ опять сбили российский А-50
  7. «Пристыдил главу ПВТ за бесхребетность». Как складывается жизнь бизнесмена, который одним из первых в IT высказался после выборов 2020-го
  8. Угадайте, сколько зарабатывает гендиректор государственного завода. Узнали зарплаты топ-менеджеров
  9. Лукашенко усилил агрессивную военную риторику. Спросили у экспертов, действительно ли ему нужна война
  10. Хренин рассказал о группировке ВСУ «численностью 112−114 тысяч человек» на границе с Беларусью и пообещал сбивать авиацию НАТО
  11. «Ублюдки! Ублюдки! Этого не должно было случиться!» Как власти убили лидера оппозиции, но его жена-домохозяйка стала президентом
  12. «По меньшей мере 60 человек точно уже не вернутся на позиции». ВСУ вновь нанесли удар по полигону с подразделениями армии РФ
  13. «Вплоть до увольнения». Поговорили с белорусами, которых заставили проголосовать досрочно
  14. Боли «Баварии» и тренерская чехарда. Сыграны первые матчи 1/8 финала футбольной Лиги чемпионов — вот результаты
  15. Как связаны заявление Медведева о «русской» Одессе и угроза аннексии Приднестровья, армия РФ продвигается под Авдеевкой. Главное из сводок
  16. «Если я не соглашусь на тайные похороны, они что-то сделают с телом моего сына». Матери Навального показали тело сына
Чытаць па-беларуску


Год назад в Гомеле судья Николай Доля приговорил Сергея Тихановского к 18 годам колонии усиленного режима. Как его семья провела этот год? Как дети относятся к заключению отца? И есть ли у близких надежда, что он не проведет за решеткой весь срок? Об этом и многом другом «Зеркало» поговорило с супругой политзаключенного и лидером демсил Беларуси Светланой Тихановской.

Светлана и Сергей Тихановские. Фото: официальный телеграм-канал Светланы Тихановской
Светлана и Сергей Тихановские. Фото: официальный телеграм-канал Светланы Тихановской

В счет ущерба у семьи хотят забрать квартиру, где прописаны дети

Связь с мужем Светлана Тихановская до последнего держала через его адвоката Виктора Мацкевича. Однако недавно его лишили лицензии. Из сообщений адвоката Светлана знает, что Сергей держится.

— Там очень тяжело, особенно в период, когда было очень холодно в ШИЗО. Настолько холодно, что там невозможно находиться, невозможно даже спать. Но Сергей — борец. Он все равно не сдается, он не сломлен. Но это все тяжело. Мы знаем, как глумятся, издеваются над политзаключенными в тюрьмах. Сергей, конечно же, не исключение, — объясняет Тихановская.

Все это время ее муж пытается добиться соблюдения своих прав, как через обращения в инстанции Беларуси, так и в международные структуры.

— В сентябре от имени Сергея было направлено сообщение в Комитет по правам человека ООН о нарушении его прав на свободу, справедливый суд, свободу выражения мнений, собрания, участия в государственных делах, право не подвергаться дискриминации и так далее, — рассказывает Светлана. — Сейчас в суде Центрального района Гомеля рассматривается жалоба на выставление квартиры на продажу в счет «ущерба», якобы нанесенного Сергеем, а в этой квартире зарегистрированны дети.

Изначально с шести фигурантов дела взыскивали 2,5 млн рублей. А в ноябре этого года стало известно, что суд увеличил эту сумму до 22 млн рублей для компенсации милиционерам, которые участвовали в разгонах послевыборных акций протеста. Хотя всех шестерых арестовали еще до выборов.

«Дочка сама читает письма и плачет навзрыд»

Старший сын Корней и дочка Агния знают, что папа за решеткой, а также о том, почему он там вот уже 2,5 года. Светлана рассказала им о том, что произошло.

— Думаю, пора знать, чтобы они понимали, что папа не где-то там, — объясняет принятое решение политик. — Что они знают тюрьме? Может, по картинкам в интернете. Им же ужасы, которые там происходят, никто никогда не рассказывал. Но я решилась на это, чтобы они понимали, как это тяжело.

Письма от Светланы мужу не доходят, только письма от детей и мамы.

— Знаете, иногда сыну, когда мы в выходной день садимся писать письма, хочется отдохнуть и он папе пишет пару строчек. А я говорю: «Знаешь, как папе важно знать, как вы растете, что нового вы узнаете?» Рассказала, как важно писать подробные письма, чтобы папа участвовал в их жизни. Сейчас они более ответственно описывают каждый день в своих письмах.

Рисунок Агнии Тихановской. Фото из личного архива Светланы Тихановской
Рисунок дочки Агнии для Сергея Тихановского. Фото из личного архива Светланы Тихановской

— Однажды был такой момент, когда мы сели писать. Дочка нарисовала ручкой картинку. Тогда я рассказала, что папа там один, у него нет доступа к ярким цветам, он не видит небо, у него все серое вокруг, поэтому ему важно, чтобы рисунки от нее были красочными, — вспоминает Светлана Тихановская. — Это вызвало бурю эмоций у дочки, она расплакалась и сразу разложила все карандаши и села рисовать. А обратные письма Сергей пишет обычным почерком. Однажды сын написал ему: «Папа, а ты можешь Агнии писать печатными буквами, а то она еще твой почерк не понимает». Сейчас папа так и пишет, и она сама читает письма и плачет навзрыд каждый раз. Такова их реальность. Это часть их жизни, их детства.

Письмо сына Корнея Сергею Тихановскому. Фото из личного архива Светланы Тихановской
Письмо Корнея Тихановского папе. Фото: из личного архива Светланы Тихановской

— Может быть, неправильно их от этого ограждать, потому что они должны понимать, что папа у них герой (и они об этом знают), что несмотря на такие тяжелые условия, он о них заботится. Присылает подарки. Вот уже готовы подарки от него на Новый год. И для Сергея это очень важно — понимать, что дети постоянно чувствуют его присутствие, — продолжает политик.

Когда Сергея Тихановского арестовали, его младшей дочери было пять лет. Воспоминаний об отце у нее меньше, чем у старшего брата, поэтому Светлана часто показывает ей фото и видео, вспоминает совместные моменты, чтобы «папа был в их жизни каждый день».

— Сын очень интересуется историей, понимает, что такое демократия, автократия. Он следит за новостями, понимает, что произошло в 2020 году на более глубоком уровне. А дочка в минуты откровений говорит: «Ну, почему злой Лукашенко папу не может отпустить? Когда уже он уйдет? Когда уже папу выпустят?» На таком примитивном уровне она понимает, что папа боролся за свободу (у нее есть в лексиконе это слово), а его за это посадили, — делится политик. — Рассказываю им, что у меня сейчас такая работа, а им нужно учиться, делать уроки, чтобы понимать, как этот мир устроен, чтобы не допустить больше таких ситуаций в Беларуси, когда они вырастут, что кто-то будет сажать людей в тюрьмы за то, что у них другое мнение. Дети учатся жить в правильном мире на примере своих родителей.

Письмо сына Корнея Сергею Тихановскому. Фото из личного архива Светланы Тихановской
Письмо с кроссвордом сына Корнея Сергею Тихановскому. Фото из личного архива Светланы Тихановской

— Как вы сами пережили очередной год без него?

— Мне его не хватает как человека, который умеет мотивировать людей. Мне не хватает его харизмы. Он же такой, что из него энергия прямо прет, а я более спокойная. Он умеет с людьми так разговаривать, что ему верят. Справиться с детьми, жизненными трудностями — с этим проще. Мы же женщины такие, что на нас обычно и семья, дети, и работа. Но, конечно, без него тяжело. Сергей — хороший партнер, любящий отец. Тяжело без его силы. На протяжении нашей жизни он был двигателем нашей семьи, деятельным, а я — рядышком. Я у него многому научилась.

Я-то справлюсь, у меня и белорусы вокруг, и злость, которая превращается в энергию, чтобы работать не покладая рук. Мне больше всего жаль, что у Сергея и остальных жизнь проходит в застенках. Они теряют годы. Мы понимаем, что все они — наши герои. Но как представишь себя на месте человека, который сейчас в тюрьме…

У нас тоже жизнь проходит мимо. Твоя жизнь — борьба. Знаете, как говорят наслаждаться каждым моментом, ценить то, что у тебя есть. Но ты не можешь, потому что каждый раз возвращаешься мыслями к нашим любимым, которые в заточении. Ты не можешь жить полноценно, пока им плохо. Ты не можешь позволить себе радоваться чему-то, потому что не можешь разделить эту радость с любимым человеком.

— Год назад после вынесения приговора вы сказали, что не верите, что Сергей все эти 18 лет будет сидеть. С тех пор произошло немало жутких событий, в связи с которыми Беларуси оказалась в еще более тяжелом положении. Как вы смотрите на этот вопрос сейчас?

— Точно так, как год назад. Ситуация сейчас тяжелая, даже тяжелее, чем год назад. Но в нынешнем положении другая динамика. Сейчас больше шансов на новую, вторую волну сопротивления. Потому что сейчас под угрозой не только жизни и судьбы людей, а само существование Беларуси: мы видим крадущуюся оккупацию России.

Думаю, что все больше людей задумываются о судьбе нашей страны. Мне хочется верить, что люди не продолжают жить жизнью «моя хата с краю». Что все больше людей, даже те, кто, может быть, не был вовлечен в 2020 году в протестную деятельность, задумываются о нашей судьбе. О том, кто — самая большая угроза нашей независимости. О том, что в тот момент, когда откроется окно возможностей, больше белорусов будет вовлечено в освободительное движение, если мы можем его так назвать.

Нам всем очень хочется, чтобы людей освободили. У меня вопрос: хотели бы люди, которые будут освобождены, вернуться в ту же самую диктаторскую Беларусь? Или их жертва не напрасна и они вернутся в Беларусь, в которой происходят перемены, ради которых они пострадали и ради которых мы продолжаем бороться.