Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Больше ничего нет». Зеленский назвал «единственное преимущество», которое осталось у Путина
  2. «Обстоятельства сложились так». В Беларуси отменили очередной крупный фестиваль
  3. Рассказывал о миллионах за диваном у Тихановского, призвал калиновцев сдаться. Что известно об одиозном силовике, который мелькает на ТВ
  4. «Два деда сошли с ума». Переехавшие в Беларусь россияне объяснили свой выбор
  5. Почему Лукашенко вдруг назначил своей помощницей мемную чиновницу Котковец? Спросили у политического аналитика
  6. «Юхууу!» Изменилась система записи на польские визы — сколько нужно теперь ждать, чтобы получить письмо с датами, и что будет дальше
  7. Зеленский сменил риторику насчет Лукашенко. Рассказываем, как он дошел от рукопожатий до «он такой же убийца»
  8. Известный беларусский бренд одежды объявил о закрытии
  9. Заработали изменения по перепланировке жилья. Есть новшества по балконам, антеннам и кондиционерам
  10. В Минске собираются судить экс-политзаключенную, которая отсидела, освободилась и уехала из страны
  11. Зеленский пошутил по поводу того, почему боится ехать в Москву на встречу к Путину
  12. «Абсолютный лютый бред». Беларуска рассказывает, что бывший муж годами пишет на нее и ее близких доносы. А у него своя правда
  13. «Это совершенно очевидные вещи». Путин объяснил цели ударов ВСУ по российским нефтяным объектам
  14. «Один, максимум два человека». Власти придумали способ втрое сократить потребность в работниках на предприятиях
  15. «Будет очень интересно». Скорее всего, вы не подозреваете, но фактически из вашего кармана тратят деньги на мерч с цитатами Лукашенко
  16. СК назвал причину пожара в доме на улице Ленина в Минске. Возбуждено уголовное дело
  17. Врач скорой удивился просьбам минчан на праздничных гуляниях. А зачем там на самом деле дежурят медики?


/

Польша продолжает по разным каналам добиваться освобождения беларусского политзаключенного Андрея Почобута, заявил в эфире TVN24 министр иностранных дел страны Радослав Сикорский.

Андрей Почобут в суде, 16 января 2023 года. Фото: ПЦ «Вясна»
Андрей Почобут в суде, 16 января 2023 года. Фото: ПЦ «Вясна»

Радослава Сикорского спросили, верит ли он в возможность освобождения в Беларуси политзаключенного Андрея Почобута.

— Мы все знаем, что это за режим. Мы пытаемся повлиять на эту ситуацию по различным каналам, как на нашем континенте, так и во взаимодействии с нашими союзниками, — ответил польский политик.

При этом он подчеркнул, что «в Беларуси политзаключенных по отношению к ее населению больше, чем в Польше во время военного положения».

— Точно так же, как в России больше политзаключенных, чем в загнивающем Советском Союзе, чем при Брежневе, — добавил Сикорский.

Военное положение в Польской Народной Республике (ПНР) было введено в ночь с 12 на 13 декабря 1981 года. Власть в стране была сконцентрирована в руках Военного совета национального спасения во главе с председателем Совета министров ПНР генералом Войцехом Ярузельским.

Официальной причиной введения военного положения было ухудшение экономического положения страны и угроза госучреждениям, реальной целью — подавление социального протеста, положившего начало движению «Солидарность».

Военное положение было отменено 22 июля 1983 года, оно длилось 586 дней. По разным оценкам, за это время в Польше было убито от нескольких десятков до сотни человек, интернировано около 10 тысяч человек.

Сикорский заявил, что в России и Беларуси «очень твердые авторитарные режимы», и хотя «все польские правительства пытались вести какую-то игру с Лукашенко», она всегда оканчивалась «одним и тем же результатом».

Напомним, экс-министр внутренних дел Польши Мариуш Каминьский 2 августа, обсуждая прошедший обмен заключенными между странами Запада, Россией и Беларусью, заявил, что главным условием Минска в переговорах по освобождению политзаключенного Андрея Почобута была выдача экс-чиновника, а ныне одного из лидеров демсил Павла Латушко.

Андрей Почобут — журналист и активист польского меньшинства. В феврале 2023-го его приговорили к восьми годам лишения свободы в колонии усиленного режима. Его судили по статьям о призывах к санкциям и разжигании розни, а также внесли в список «лиц, причастных к террористической деятельности». Правозащитники признали журналиста политическим заключенным.