Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Чиновники готовят населению жизнь без шоков и со стабильностью. Однако есть два «но» — только в 2024-м и пока лишь на бумаге
  2. Кочанова снова наговорила ерунды о белорусах и белорусках — и пытается вернуть нас в прошлое. Но у нее не получится — вот почему
  3. Казахстан снова ввел запрет на перецепку для белорусских перевозчиков с 9 октября
  4. Крупная государственная страховая компания нанесла удар по долларизации. Что изменилось для клиентов
  5. Лукашенко назначил нового ответственного за мобилизацию в Беларуси
  6. Вагнеровцами будет командовать 25-летний сын Пригожина, россияне пытаются отбить свои окопы на окраинах Работино. Главное из сводок
  7. «Я чувствовал, что что-то не то, но верить не хотел». По БТ показали «исповедь» украинца, обвиняемого в «теракте» в Мачулищах
  8. Полина Шарендо-Панасюк на суде заявила о сильном давлении и бесчеловечных условиях содержания. Почти весь год она провела в ШИЗО
  9. В Польше прошел огромный митинг оппозиции. Там сменится власть? А что будет с политикой страны в отношении белорусов? Разбираемся
  10. «Следователю будет не до меня». Вадима Прокопьева будут снова судить заочно — ранее он получил 25 лет колонии
  11. ВСУ продвинулись на границе двух областей и удерживают захваченные в районе Работино российские позиции. Главное из сводок
  12. На валютном рынке — исторический антирекорд по курсу доллара
  13. «Я спросила: „А где вторая кровать?“» Екатерина Снытина — о любви, каминг-ауте и свободе
  14. Почему Лукашенко стал призывать одну из европейских стран возобновить сотрудничество. Похоже, на это есть как минимум две причины
  15. «Острову чистоты» пророчат банкротство (похоже, «помогли» силовики). Посмотрели, какова финансовая ситуация у «мамы» этой торговой сети
  16. Мужчин с военными билетами массово вызывают на повторные медкомиссии. Что происходит?
  17. Сколько успеют прожить на пенсии белорусские мужчины? Отвечаем на вопрос, на который постеснялись ответить чиновники трех министерств


Репрессии в отношении третьего сектора продолжаются. НГО думают о переезде, работе без регистрации и уходе в онлайн-формат. Представители общественных организаций Беларуси, которых коснулись репрессии, поделились своими оценками происходящего. Их мнения собрала онлайн-платформа freeunion.online.

22 июля по инициативе местных органов власти началась процедура ликвидации десятков общественных организаций. Это правозащитные организации, занимающиеся темами экологии и социального развития, экономики и совершенствования системы госуправления, помогающие больным детям, обучающие современным навыкам пожилых, помогающие людям без постоянного места жительства. До запуска процедуры ликвидации в офисах нескольких десятков НГО и дома у их сотрудников прошли обыски.

Представители гражданского общества — о причинах и последствиях атаки на НГО

Для организаций, направленных на социальную помощь людям и тесно сотрудничающих с государством, деятельность вне правового поля будет невозможной, говорят представители Human Constanta. «Государство рассматривало сотрудничество с социальными НГО в первую очередь как возможность привлечь зарубежную безвозмездную помощь и направить на свои нужды. После августа 2020-го большая часть такой помощи была остановлена, поэтому власти сейчас их ликвидируют как ненужные и нелояльные», — считают в организации.

С закрытием общественных организаций большой пласт людей, которым помогали НГО, потеряет эту помощь, возможность поддержки и защиты своих прав, отмечает заместитель председателя ОО «Белорусская ассоциация журналистов» Борис Горецкий.

— Не имеет значения, насколько ты выполняешь законодательство, дружествен государству и выполняешь совместные проекты. Не имеет значения, насколько чиновники тебе благодарны, а люди ценят твою работу. Машина репрессий неизбирательна. Мы понимаем, что это просто волна, которая смывает все вокруг, — говорит координатор проектов «Центра экологических решений» (ЦЭР) Мария Сума.

По ее словам, общественные организации в Беларуси всегда работали под серьезным прессом и развивались в сложных условиях. Без юридической регистрации их деятельность будет сильно ограничена. Но главной в этой ситуации остается физическая безопасность сотрудников.

Председатель движения «За свободу» Юрий Губаревич считает, что преследование представителей третьего сектора может продолжиться, особенно если они будут работать без официального оформления в стране. Не исключено возвращение статьи в Уголовный кодекс, которая предусматривает уголовное наказание за такую деятельность, говорит он. Это скажется на эффективности работы организаций.

— Выжить общественным организациям в том виде, в котором все было в начале этого года, не получится. Маховик уничтожения запущен, суды не работают. Те, кто не будет «уничтожен», изгнан из страны, будут вынуждены работать в крайне агрессивной среде с очень ограниченным пространством для маневра, — считают председатель правления центра «Трэці сектар» Витовт Рудник и директор программы «Універсітэт Залатога Веку» Лана Рудник.

В правозащитном центре Human Constanta предполагают, что власти рассчитывают, что при повторной регистрации НГО им удастся отфильтровать «неблагонадежных учредителей» и выстроить систему неформального контроля за их деятельностью.

— Это будет очередная попытка создания удобного для властей гражданского общества, которое будет решать социальные проблемы и поддерживать власть или хотя бы держаться вне политики.

Если при таком развитии событий крупные доноры, которыми часто выступают международные организации, возобновят свои программы в Беларуси на условиях властей, то это станет концом организованного независимого гражданского общества, отмечают в организации.

Что станет с белорусскими НГО?

Часть общественных организаций планирует полностью или частично выехать из страны, чтобы продолжить свою деятельность за границей. Образовательные проекты, вероятно, переведут работу в онлайн-формат. Некоторые представители третьего сектора намерены продолжить работу в Беларуси, но уже без оформления юрлица. К такой форме работы привыкли правозащитники, отношение органов власти к которым и раньше сложно было назвать дружественным.

— Мы, БАЖ, приняли решение выехать, для того чтобы иметь возможность помогать нашим коллегам, которые остались тут. Мы держались до последнего и готовы были сесть за решетку, но видим, что если это случится, то не останется совсем никого, кто сможет помогать журналистам, — делится Борис Горецкий.

После обысков члены движения «За свободу» остались без средств коммуникации. Но пока инициативу власти не ликвидируют, она продолжит работать, указывает Юрий Губаревич.

— Возможное в будущем решение о ликвидации нашей организации может ударить по планам. Это коснется мониторинга избирательных процессов: мы можем лишиться возможности выдвигать наблюдателей во время избирательных кампаний.

Белорусский ПЕН-центр планирует искать возможности и средства работать из
другой страны, но сохранить направление своей деятельности внутри страны.

—  Мы до последнего не рассматривали перспективу выезда, но сегодня для продолжения деятельности необходимо вывезти часть сотрудников из страны, чтобы они могли продолжать свою работу в безопасности, — говорит глава ПЕН-центра Татьяна Недбай.

Она считает, что ухудшение ситуации с правами человека в Беларуси будет долговременным.