Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. EPAM думал, что ИИ — это редкий шанс. Оказалось, все сложнее
  2. Однажды Лукашенко возмутился, что везде звучат песни беларусской поп-группы. Вот что стало потом с этими суперзвездами 2000-х
  3. Проверка лица и 72 часа на выбор слота. Соседняя страна ЕС усложнила запись на визы в Беларуси
  4. Пропал с радаров. «Зеркало» узнало, что МВД разыскивает депутата могилевского горсовета и автора провластных проектов
  5. Чиновница из Мингорисполкома рассказала о задаче «раньше возвращать матерей в экономику». В комментариях ей ответили — не без эмоций
  6. «Мне не послышалось?» Жительница Лунинца хотела срочно сделать паспорт, но, услышав цену, передумала. В МВД объяснили, откуда такие цифры
  7. «Я так понимаю, WB можно удалять?» Беларусы жалуются, что ждут заказы с Wildberries неделями
  8. Беларусская милиция разыскивает «по уголовной статье» выдворенного из страны лауреата Нобелевской премии мира Алеся Беляцкого
  9. Для школьников введут три новых факультатива
  10. В МИД объяснили, почему Беларусь не «притягивает огромного потока» мигрантов
  11. «Мне и с температурой не открыли». Разбираемся, что за проблема с больничными в Беларуси и что говорит Минздрав
  12. Часы — как 37 средних беларусских зарплат и брендовые украшения. «Бюро» получило доступ к личному фотоархиву докторки Лукашенко
  13. Фотографии Припяти пугают. А что, если бы вдруг так обмелели и другие водоемы Беларуси — представили, как бы это могло быть
  14. «РОВД совместно со Следственным комитетом работают». В Жлобине возле БМЗ упал беспилотник? Вот что узнало «Зеркало»
  15. «Мы пробили дно». Беларусов в Threads возмутило объявление о сдаче квартиры в аренду — что в нем такого
  16. Минприроды объяснило, будут ли штрафовать беларусов за дождевую воду с крыш


Польша впервые отказала в международной защите беларусскому активисту, который прилетел в страну без визы. Несмотря на то, что на родине мужчину арестовывали по «политической» статье, миграционный орган счел, что в Беларуси ему больше ничего не угрожает. Юристы опасаются, что такой подход к делу может создать опасный прецедент и для других беларусов, пишет MOST.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com

Ивана (имя изменено) задержали в 2022 году по политически мотивированному обвинению. Он отбыл административный арест и спустя несколько месяцев покинул Беларусь. Мужчина сменил несколько стран, куда беларусы могут въезжать без визы: был в Грузии, Армении, Турции, Кыргызстане. Наиболее лояльно к беларусским политэмигрантам относится Польша, но получить польскую визу Иван не смог.

В таких случаях беларусы прибегают порой к практике «транзитного рейса». Беженец покупает билет на самолет из какой-либо безвизовой страны (обычно Грузии) в другую, тоже безвизовую — например, Сербию. Но выбирает не прямой перелет, а билет с пересадкой в Варшаве. Поскольку при стыковочных рейсах путешественник остается в транзитной зоне, виза страны, где запланирована пересадка, ему не нужна.

Однако, прилетев в Варшаву, на самолет до страны назначения пассажир не садится. Вместо этого в транзитной зоне он находит польских пограничников и просит у них международную защиту.

Нелегально въехал — значит, не заслуживаешь доверия

Как правило, такие сложные кейсы сопровождают юристы. Но у Ивана не было надлежащей юридической поддержки, как и информации о том, что такие случаи могут создавать проблемы с пограничниками. Это осложнило дело с самого начала.

Заявление на международную защиту у мужчины приняли. Но поскольку въезд без визы в последнее время в Польше квалифицируют как угрозу побега, на время рассмотрения дела его поместили в закрытый центр содержания иностранцев — фактически миграционную тюрьму. Там ограничены контакты с внешним миром, интернет доступен лимитированное время, пользоваться можно только кнопочным телефоном. Связь с родственниками и даже юристами в таких условиях осложнена.

Отметим, что раньше беларусов, летевших таким «транзитом», как правило, не задерживали. Но с конца 2024 года практика Погранслужбы изменилась.

В международной защите Ивану отказали. Причем транзит сыграл в этом не последнюю роль. Руководительница инициативы Partyzanka Анна Матиевская, оказывавшая беларусу помощь pro bono при обжаловании решения о мере пресечения, с тревогой отмечает логику миграции. Орган счел, что раз беларус въехал в страну без визы и его поместили в закрытый лагерь, то и его показания по существу дела подлежат сомнению. Она отмечает, что дело его рассмотрели в кратчайшие сроки — всего за два месяца, тогда как средний срок рассмотрения дел сейчас составляет около года.

Почему Ивану отказали в защите

Доказательство репрессий со стороны беларусского режима у Ивана есть: протокол задержания, обвинительное заключение.

Но орган, который рассматривал дело, акцентировал внимание на других деталях. Во-первых, в решении отмечено, что беларус уже отбыл наказание на родине и был отпущен — таким образом, больше угрозы для него там нет. Анна Матиевская отмечает, что в действительности это не так: правозащитники не раз фиксировали случаи, когда, единожды попав под репрессии, беларусы потом периодически подвергались произвольным арестам.

Во-вторых, миграционный орган заключил, что раз Иван так много путешествовал по безвизовым странам и за три года не столкнулся с риском экстрадиции, значит, ему ничего не грозит.

— Отсутствие риска транснациональных репрессий не означает безопасного возвращения в Беларусь, — парирует этот довод Анна Матиевская.

Кроме того, польский суд — еще на этапе решения о размещении в лагере закрытого типа два месяца назад — счел подозрительным, что беларус не просил международную защиту в иных странах, куда он въезжал. Однако и это объяснимо, считает юристка. Другие государства просто не погружены так сильно в беларусский контекст. MOST писал, к примеру, о сложившейся практике, когда Грузия отказывает беларусам в международной защите.

Еще один нюанс, который весьма спорно трактовала польская миграция, связан с ходом дела, по которому Ивана задерживали в Беларуси. В 2021 году суд действительно признал, что в одном из протоколов правоохранительных органов содержались ошибки, и направил дело на новое рассмотрение. Польский госорган трактовал это как доказательство, что у Ивана была возможность защищать свои интересы в Беларуси. Вместе с тем сложившаяся в Беларуси практика показывает, что простое соблюдение отдельных формальностей не меняет исход политически мотивированных дел.

Почему случай Ивана — плохой знак для всех беларусских политэмигрантов

Принимая во внимание все это, Иван намерен оспорить решение органа первой инстанции. Но все то время, что дело будет рассматриваться, беларус должен будет провести в центре закрытого типа.

— Это печальная и неприятная практика, — говорит Анна Матиевская о вынесенном отказе. Она полагает, что это дело потенциально создает тревожный прецедент для активистов, которые все еще находятся в третьих странах и ищут пути в Польшу.