Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Магазинное молоко стоит неделю и не киснет, а горчит. В НАН рассказали, почему так происходит
  2. Из Литвы выслали 22 беларуса, работавших в IT-компании, — их признали угрозой национальной безопасности
  3. Доллар обновил годовой максимум: итоги августа и прогнозы сентября
  4. Заплатили 8000 долларов за путевку — и получили кошмар. Беларусы неудачно съездили в Турцию
  5. Соучредитель архитектурной студии ZROBIM architects рассказал о четырех месяцах в СИЗО
  6. Лукашенко встретился с российским олигархом
  7. Семья школьника громко заявила о буллинге в гимназии. Подробности резонансной истории
  8. Мы и не думали, что такое бывает. Чем закончилась история с «окупасами» в минских Шабанах?
  9. Грузовой самолет КСИР третий раз за несколько недель прилетел в Минск
  10. Еще 4 млн квадратов за МКАД. Власти рассказали, где появится главный новый жилой район Минска
  11. Западный политик догоняет Лукашенко по числу упоминаний. Исследователи показали, как меняется провластная пропаганда
  12. «Реклама повсюду». Кто стоит за крупнейшими казино в Беларуси
  13. «Повернула голову — он уже лежал». Что известно про бегуна, который умер на Минском полумарафоне
  14. Экс-политзаключенный Андрей Почобут вернулся в Беларусь — Gazeta Wyborcza
  15. Эксперты установили причину смерти троих человек, чьи трупы были обнаружены в Быхове в начале августа
  16. «Вы проработали 20 лет, но столько стажа у вас нет». Беларусы обсуждают пенсионную систему


/

По «делу Гаюна» проходят более 100 фигурантов, имена 89 из них известны публично. Более 50 человек уже получили приговоры, сообщил проект dissidentby. В приговорах суда повторяются российские нарративы про демилитаризацию и денацификацию, а вторжение в Украину называется «специальной военной операцией».

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: ПЦ "Весна"
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: ПЦ «Весна»

Всех фигурантов «дела Гаюна» судят по статье 361−4 УК (Содействие экстремистской деятельности). Беларусские суды при вынесении приговоров почти буквально повторяют риторику Кремля, dissidentby приводит фрагмент из одного из документов:

«…в точно не установленный период времени, но не позднее ** ** *** 2023 г., находясь на территории Республики Беларусь и г. (более точное место не установлено), имея умысел на иное содействие экстремистской деятельности, в том числе выражающееся в несогласии с проведением Российской Федерацией специальной военной операции на территории Республики Украины по демилитаризации и денацификации с целью защиты мирного населения, являясь пользователем под учетной записью … и телеграм-бота „Дапаможа Гаюн“».

«Таким образом, на судебном уровне в Беларуси закрепляется язык кремлевской пропаганды, а несогласие с войной квалифицируется как „содействие экстремизму“», — отмечают правозащитники.

По их данным, размер наказания зависит от количества эпизодов и даже от того, что именно было на фото или видео. Есть и своеобразный «рэкет» денег.

«Во время следствия людям предлагают делать „благотворительные взносы“ в различные организации якобы как смягчающее обстоятельство. Такая практика уже существует для тех, кто преследуется за „донаты“. Тем не менее, по нашим статистическим данным, на приговор такие взносы не имеют влияния», — рассказали правозащитники.

«Дело Гаюна»

Напомним, в начале февраля стало известно, что силовики имеют доступ к базе контактов мониторингового проекта «Беларускі Гаюн» — там публиковались материалы, связанные с Беларусью и полномасштабным вторжением РФ в Украину. Руководитель проекта Антон Мотолько публично признал этот факт и через два дня заявил о прекращении работы «Гаюна». В телеграм-канале ГУБОПиК тогда заявляли, что «со 100%-ной вероятностью суды будут давать меньше срок за содействие уже закрытому экстремистскому проекту, чем за все еще действующему». Сразу же стало известно о задержаниях.

К началу лета правозащитники сообщили примерно о 20 фигурантах дела, однако действительное их количество остается неизвестным.

«Учитывая, что силовики имеют базу всех пользователей, которые слали сообщения в бот, а также многочисленные свидетельства тех, кто выходит из СИЗО или ИВС, есть действительно высокая вероятность того, что количество фигурантов может достигать даже тысячи человек», — предполагала сотрудница правозащитного центра «Вясна» Виктория Руденкова.