Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. В Минске будут судить 16 участников секты «ИВДИВО». На допросах они утверждали, что общаются со «смотрящим» за нашей планетой
  2. «Выхожу в стрим и просто рассказываю всю дичь». Тихановский представил свою версию инцидента с участием Светланы в Нью-Йорке
  3. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд
  4. Экс-политзаключенный Северинец: «Сяргей Ціханоўскі перайшоў чырвоную рысу»
  5. Си Цзиньпин на переговорах с Трампом и Путиным заявил, что страны должны преодолеть «ловушку Фукидида». Что это за концепция
  6. Протасевич отреагировал на большое интервью Сапеги «Зеркалу» — видимо, для этого ее обманули
  7. «В школе, когда привел сына, немножко напряглись». Беларус растит двоих детей с серьезными заболеваниями
  8. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса
  9. «Это такая мелкая, мерзкая месть Романа». Софья Сапега рассказала, как ее обманом сняли для передачи Протасевича
  10. «Я им жестоко ответил, просто резко». Лукашенко заявил, что США интересовались новыми задержаниями беларусов для «обменного фонда»
  11. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось
  12. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  13. «Сейчас я сдаю 41 квартиру в Минске». Беларус рассказал о бизнесе на краткосрочной аренде жилья
  14. Витеблянин, на которого пожаловались из-за «прожарки» коллеги на закрытом мероприятии, рассказал, чем закончилась история
  15. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  16. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  17. В Минске в тестовом режиме запустили оплату проезда банковскими картами. Как контролеры будут проверять билеты


/

Житель Бреста Владимир родился и вырос в частном доме, который принадлежал его бабушке. В него же спустя время привел супругу, с которой родил двоих детей. Но в 2021 году дом пришлось освободить. Вернуть его не помог даже суд. Подробности истории «Зеркало» нашло в банке судебных решений. Рассказываем, в чем было дело.

Иллюстративный снимок. Фото: pixabay.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com

Так как в решении суда скрыты личные данные, имена в тексте вымышлены.

Предыстория

В частном доме в Бресте 49-летний Владимир жил с самого рождения. На тот момент строение и участок принадлежали бабушке мужчины Елизавете. В доме жила она сама, а также ее дочь Ирина с мужем Андреем — родители Владимира. Когда мальчику было два года, его отец погиб.

Спустя какое-то время Ирина вышла замуж во второй раз за Евгения. Деталей того, как складывались отношения между мальчиком и отчимом, в документе нет. Известно только, что мужчина переехал к ним, а спустя пять лет у пары родилась дочь Соня.

В 1995 году случилась трагедия: в доме были убиты бабушка Елизавета и шестилетняя Соня. О подробностях случившегося в судебных документах ничего не сообщается. Известно лишь, что те события очень тяжело дались Ирине: потеряв мать и дочь, она долго не могла прийти в себя. Ее мужу пришлось обращаться за помощью к врачам-психиатрам. Как утверждал позже в суде сам Владимир, «после пережитого мать уже никогда не была прежней, и в ее поведении наблюдались определенные странности».

Владимир же тем временем женился. Супругу Ольгу он привел в бабушкин дом, где жили мать и отчим. У пары родилось двое детей. По словам брестчанина, все эти годы Ирина продолжала вести себя странно.

— Мать могла пойти ночью на кладбище, а днем — сидеть часами в прострации, перебирать и выдергивать свои волосы. Любые чувствительные сцены в фильмах вызывали у нее слезы, и она долго не могла отойти от переживаний за судьбу героев, — утверждал он в суде. — Она могла пройти мимо знакомого и не поздороваться, никак не отреагировать на человека. В поведении матери появилась необъяснимая и ничем не мотивированная вспыльчивость и агрессия.

В 2005 году здоровье женщины заметно ухудшилось. И в конце того же года она умерла от онкологии.

После смерти Ирины ее муж, по словам пасынка, переехал «к другой женщине». Владимир же с женой и детьми продолжили жить в бабушкином доме. Правда, никаких документов на имущество мужчина не оформлял.

Судебное разбирательство

В 2019 году умер отчим Евгений, и только тогда, по словам Владимира, он узнал, что на самом деле дом ему не принадлежит. Дело в том, что за два года до смерти Ирина завещала его своему супругу. После его кончины дом перешел по наследству Александре — дочери Евгения от первого брака.

Иллюстративный снимок. Фото: TUT.BY
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

Когда Александра заявила свои права на участок, Владимир пошел в суд. Он попытался признать завещание недействительным, обосновывая тем, что его мать в момент составления документа «не была способна понимать значения своих действий и руководить ими».

Во время судебного разбирательства выяснилось, что Александра официально вступила в наследство и в феврале 2020 года зарегистрировала свое право собственности на дом. Владимиру пришлось признать: он знал, что после смерти матери дом перешел отчиму, но тогда право собственности не оспаривал.

Чтобы решить спор, судья назначил посмертную психиатрическую экспертизу. В итоге пришли к выводу: нет никаких объективных данных, что, составляя и подписывая завещание, мать Владимира могла не понимать значения своих действий. Более того, как выяснил суд, в то время женщина была достаточно активной, самостоятельно обращалась за консультацией к адвокатам.

На суде «всплыла» еще одна деталь. Оказалось, что Владимир и Ольга нередко конфликтовали с Ириной и Евгением. Одна из свидетельниц и вовсе утверждала, что сын «обижал мать, поднимал на нее руку». Это подтвердило и заявление в милицию, которое в 2003 году подавала Ирина, прося о помощи.

И хотя Владимир и заявлял, что между ним и матерью были хорошие отношения, он не смог опровергнуть показания свидетелей и объяснить суду, почему же тогда Ирина оставила дом мужу, а не единственному сыну.

В итоге в ноябре 2020 года суд Ленинского района Бреста Владимиру отказал. Также его обязали возместить Александре 350 рублей, которые та потратила на юриста.

С принятым решением брестчанин не согласился и подал апелляцию. Он посчитал, что выводы экспертов о здоровье его матери на момент написания завещания неверные.

В январе 2021 года судебная коллегия по гражданским делам Брестского областного суда рассмотрела жалобу. Изучив материалы дела, коллегия подтверждений словам Владимира не нашла. Также учла, что у мужчины есть своя трехкомнатная квартира, которую он купил, будучи в браке с Ольгой.

В итоге Брестский областной суд признал, что Ирина во время составления завещания была дееспособной, и предыдущее решение суда оставил в силе. Дом окончательно перешел Александре.