Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. На месте престижного ЖК в Минске еще недавно была колония, а раньше — лагерь НКВД и место нацистских расстрелов. Рассказываем
  2. Проблема с яйцами от комбината «Дзержинский» хуже, чем может казаться. Насколько на самом деле опасна такая плесень
  3. Лукашенко отправил руководить проблемной Витебской областью человека «системного, с военным характером»
  4. Три вида рака, которыми чаще всего заболевают беларусы, — Минздрав
  5. «А какой реакции вы хотите от меня?». Позвонили на станцию скорой помощи, где работает врач, которая травила блогерку с инвалидностью
  6. За использование лазерной указки можно получить «вплоть до 15 лет» колонии. В МВД перечислили статьи
  7. В Минобороны рассказали, когда сбивают беспилотники, которые залетают в Беларусь «с одной противоборствующей стороны и с другой»
  8. ВСУ нанесли удар по Крымскому мосту. Атакованы также нефтебаза и газовая станция в Ростовской области РФ, власти сообщают о пострадавших
  9. «Для гроба такая скорость». Что известно о молодой паре, разбившейся в смертельном ДТП в Стародорожском районе
  10. В Литве учителя бастуют из-за зарплат. Сравнили их доходы с заработками беларусских коллег — вышло показательно
  11. Пели не на русском языке, на сцене был сын. Минск заполонила российская эстрада — что (не) понравилось беларусам
  12. Рекордный с начала года объем торгов по доллару: каким будет курс во второй половине ноября? Прогноз по валютам
  13. «В нашей деревне все знают, что мой муж — политзаключенный. Родители восприняли это как позор». Монолог жены


/

Пять суток ШИЗО получил один из заключенных шкловской колонии за то, что на Пасху угостил Павла Северинца пасхальным куличом. Как рассказал экс-политзаключенный в своем телеграм-канале, история произошла в 2022 году.

Павел Севярынец, Вільня, Літва, 3 студзеня 2026 года. Фота: "Люстэрка"
Павел Северинец, Вильнюс, Литва, 3 января 2026 года. Фото: «Зеркало»

«Пасля Пасхі ў атрадзе падыходзіць да мяне сусед па кубрыку, назавем яго Сяргей:

— Паш, слухай, мой бацька, аказваецца, цябе ведае. На спатканні перадаваў прывітанне, кажа, падзяліся з Севярынцам дамашняй булкай, во перадаў…

А размова адбываецца ля нараў, пад камерай.

— Сяргей, кажу, вялізны дзякуй табе і твайму бацьку, паклон яму і віншуй са святам, але ж ты ведаеш, мяне пільнуюць, перадаваць адзін аднаму нічога нельга», — пишет Северинец.

Политик уточняет: по тюремным правилам внутреннего распорядка, строго запрещено делиться любым имуществом, даже едой и сигаретами. Нарушителей наказывают, особенно если тот, с кем ты поделился, — политзаключенный.

«Калі „палітычны“ перадае штосьці звычайнаму зэку — значыць, падкупае, каб перацягнуць на свой бок. Калі „палітычны“ „палітычнаму“ — гэта салідарнасць, канечне, трэба „пресекать“. Ну, а калі звычайны зэк „палітычнаму“ — ооо, тут пахне бунтам, выклік адміністрацыі. Гасяць за такія рэчы на Шклове будзь здароў», — объясняет Северинец.

Система слежки налажена через видеокамеры, сеть стукачей и тщательный учет вещей и продуктов с составлением описей.

Однако все эти аргументы сокамерника не убедили.

«— Ды Паш, ну ўсе ж дзеляцца, тут кавалак булкі… Як хочаш, я загарну ў пакет і пакладу каля тваёй нары, ты зойдзеш, возьмеш. Усё, са святам, а то я пакрыўджуся.

Ідзе, шуршыць у сваёй торбе, у кубрыку пара чалавек і камера. Ёлкі-палкі, думаю, і хлопец жа харошы…»

Чтобы не обижать человека, пишет Северинец, он решил съесть угощение. И через полчаса началось.

«Прылятае апераддзел:

— Что было в чёрном пакете? Кто дал Северинцу чёрный пакет?

— Які такі чорны пакет, таварыш начальнік? Ды ніхто нічога ніякага…

Прагляд камераў. Кубрык. Кухня.

— Ааа, ест булку!.. Политических подкармливаем, значит?»

Человека вычислили мгновенно и наказали пятью сутками в ШИЗО. В отряде посмеивались, что за целую булку, наверное, дали бы десять.

«Сяргей выйшаў з ШІЗА і, улучыўшы момант, падышоў да мяне.

— Усё нармальна. Халера з імі. Булка хоць смачная была?

Велікодная булка з чорнага пакету. Смачная?.. Вось дагэтуль згадваю. На языку быццам прысмак хлеба прычасця. Цела Хрыста з віном, якое ператвараецца ў кроў».

Павел Северинец вышел на свободу в декабре 2025 года, проведя за решеткой пять лет. Экс-политзаключенный был задержан 7 июня 2020 года. По статьям о «подготовке к участию в массовых беспорядках» его приговорили к семи годам в условиях строгого режима.