Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Одно слово на польском — пять суток ШИЗО. Рискнешь?» Экс-политзаключенный рассказал о самом «удивительном» запрете в колонии
  2. Турецкий миллиардер заметил 17-летнюю беларуску и женился на ней. Рассказываем, как сложилась их история и что было после его смерти
  3. Силовики начали приходить к беларусам за жалобы в TikTok, у некоторых забирают телефоны — СМИ
  4. «Двухметровый стокилограммовый мужчина-клинер». Беларус променял работу менеджера на уборку — и его все устраивает
  5. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  6. «Под конвоем вывезли нас с границы». Российская блогерка рассказала, как ее мужа задержали на въезде в Беларусь из-за подписки
  7. В Китае прошла трехсторонняя встреча Трампа, Си Цзиньпина и Путина
  8. «У нас новые правила перевозки пассажиров?» Беларуска заказала «Яндекс Go», а водитель потребовал от нее «ехать в определенной позе»
  9. Минчанин случайно заметил на своей карте недостачу 85 долларов. После жалобы сумма вернулась на счет — в банке объяснили, что произошло
  10. «Сейчас я сдаю 41 квартиру в Минске». Беларус рассказал о бизнесе на краткосрочной аренде жилья
  11. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  12. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд
  13. «Подругу за пять смен оштрафовали на 140 рублей». Беларусы рассказали, сколько на самом деле зарабатывают на складе Wildberries
  14. «Когда приобретали квартиру, говорили, что это все включено». Жители ЖК «Северный берег» жалуются на платную подписку
  15. Россия готовила на границе с Польшей провокацию с большим количеством жертв — Rzeczpospolita
  16. «Хочу мужика!» Блогерка-миллионница из Минска запустила наш ответ «Сердцу ангела» и ищет парня на шоу
  17. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось


Алесь Ярошевич /

Жан-Поль Макнамара пять лет назад окончил БГУИР. Он живет в самом большом городе Южно-Африканской Республики Йоханнесбурге и работает как миддл-разработчик в небольшой местной компании, которая занимается кибербезопасностью. Devby попросил Жан-Поля рассказать о том, как молодого человека из далекой ЮАР занесло в Минск, чем ему запомнилась Беларусь и что сейчас происходит с южноафриканской айтишкой.

Жан-Поль. Фото из личного архива

«В лучший айтишный вуз перспективной европейской страны с развитыми технологиями»

— Я из небольшого городка в провинции Фри-Стейт. В Гаутенг [самую экономически развитую провинцию ЮАР с центром в Йоханнесбурге] я переехал уже после учебы в Беларуси в поисках работы в ИТ. По происхождению я ирландец в четвертом поколении: дедушка моего отца приехал в Южную Африку из Европы и поселился здесь в XIX веке.

Еще до поступления в вуз, с 18 лет, я начал работать фешен-моделью на подиуме. Кстати, и в Беларуси я участвовал во многих фотосессиях, потому что начинающим беларусским фотографам были нужны модели для создания портфолио. В период поиска работы в ИТ, когда я вернулся из Минска, я работал моделью для крупнейшего африканского люксового бренда Maxhosa Africa.

На учебу в Беларусь я попал по государственной стипендиальной программе. Наши страны поддерживают дипломатические отношения еще с 1993 года, в ЮАР Беларусь считается перспективной европейской страной с развитыми технологиями. Поэтому меня, как хорошего ученика, отправили туда учиться в лучший айтишный вуз.

Жан-Поль в Минске в марте 2021 года. Фото из личного архива

Беларусь меня очень заинтересовала, ведь это была моя первая поездка в европейскую страну. Мне понравилось необычное сочетание архитектуры в Минске, где современные, новые здания соседствуют со старинными.

«До сих пор слушаю русский рэп»

В ЮАР 12 официальных языков, и я говорю на пяти из них. Мой родной язык — английский, еще я знаю африкаанс, а также языки зулу, сесото и коса. К слову, основные рабочие языки в нашем ИТ — это английский и африкаанс.

В БГУИРе я учился в основном на английском языке. Тем не менее все пять лет, что я прожил в Беларуси, я посещал уроки русского. Это очень сложный язык для изучения.

В Минске у меня был беларусский друг, который помогал найти в городе все, что нужно. Я познакомился с ним через своего африканского приятеля, и он мне действительно очень помог. Но в основном я общался с африканскими студентами, главным образом с южноафриканцами и нигерийцами. Также в моем кругу общения были южноафриканцы из сельскохозяйственного университета [БГАТУ].

После возвращения в ЮАР я поддерживаю связь со многими друзьями, которых встретил в Минске, — в том числе из Афганистана, Узбекистана и Нигерии.

Жан-Поль в Минске в марте 2021 года. Фото из личного архива

С какими-то проявлениями ксенофобии в Беларуси мне сталкиваться не приходилось. Беларусы — очень терпеливые люди. Это особенно хорошо видно, когда вы пытаетесь говорить с ними по-русски, у вас плохо получается, но они очень стараются понять, что же вы сказали, и пытаются помочь.

Самым ярким воспоминанием о моей жизни в Минске остались, пожалуй, долгие зимы и снег, который лежал на улицах по шесть месяцев в году. Для меня это был уникальный опыт.

Еще мне запомнился высокий патриотический дух беларусского народа. На самом деле сейчас мне даже не хватает возможности иногда поговорить на вашем языке. Это такой прекрасный язык! Мне так понравилось изучать его и говорить на нем, что я до сих пор у себя, в Южной Африке, слушаю русский рэп.

Нужны ли в ЮАР айтишники?

Образование, которое я получил в Минске, котируется у нас выше, чем обычные южноафриканские дипломы. По нашим стандартам это Honours degree, степень, которая находится выше бакалавриата, между ним и магистратурой.

Жан-Поль в Йоханнесбурге в июле 2022 года. Фото из личного архива

Если бы молодые люди из ЮАР спросили у меня, стоит ли поступать в БГУИР, я бы, конечно, рекомендовал это место. Математику там преподают на очень высоком уровне, мои знания и понимание этого предмета очень сильно улучшились.

ИТ в ЮАР — это быстро развивающаяся, процветающая отрасль. Программисты, специалисты в областях облачных технологий и ИИ нужны многим компаниям. На старте зарплата айтишника в ЮАР составляет около 1200 долларов. Но это, конечно, зависит от размера компании и от направления, в котором она работает.

Читайте также на devby.io:

«Вышвырнула меня, как грязную собаку». Как студент БГУИР из Камеруна полюбил Беларусь, но не смог доучиться

«Компании чувствуют уверенность и видят перспективы». ПВТ нарастил экспорт — впервые за четыре года

«Для моих коллег Беларусь — это Россия в 2019-м». Как работается в российских ИТ-компаниях без нормального интернета