Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Шрайбман — о заявлении Трампа по поводу подготовки масштабной калийной сделки с Беларусью
  2. «Первые шаги, первые ошибки». Путило рассказал, как Протасевич попал в NEXTA и мог ли он уже тогда работать на спецслужбы
  3. Беларуска собрала «корзину базовых продуктов» в «Е-доставке» и сравнила их стоимость с «Грошыком». Где дешевле
  4. Глава МИД Польши Сикорский встретился в Нью-Йорке с Рыженковым
  5. «Калийные удобрения, добываемые в Беларуси, не могут попасть на территорию ЕС». Глава МИД Литвы о сделке между США и Беларусью
  6. На продовольственный рынок выходит новый игрок — он уже набирает кадры. Посмотрели, какие зарплаты предлагают и где предстоит работать
  7. Провластные социологи спросили у беларусов, с кем нашей стране стоит дружить. Что получилось
  8. Для экспорта беларусского калия предложили новый маршрут. Рассказываем, где именно
  9. Тихановская в ООН назвала конкретные действия, которыми мир может помочь беларусам. Что она предложила
  10. «Отогнала подозрительные мысли». Минчанка записалась на массаж, но после прихода в кабинет отправилась в отделение милиции — что произошло
  11. «Смотрели мое портфолио с открытым ртом». Поговорили с беларуской, которая делала метро в Минске, а теперь отвечает за станции в Нью-Йорке
  12. На четверг объявили оранжевый уровень опасности
  13. «На заводе все стабильно». Начал работу «беларусский ответ» западным соцсетям — рассказываем, кто там зарегистрировался
  14. Сергей Тихановский: «Офис Светланы Тихановской поступил низко и подло, начав использовать моих детей в своих целях»
  15. КГК жестко раскритиковал чиновников за невыполнение поручения Лукашенко. «Зеркало» получило закрытый документ
  16. «Не нужно падать в обморок». В минской ветклинике щенка лечили за 2600 рублей в сутки — откуда такая сумма
  17. С рынка уходит крупная сеть товаров для дома — за несколько месяцев закрылись магазины по всей Беларуси
  18. «Не до всех дошло…» МАРТ заявил, что предприниматели продолжают торговать товаром, который запретили во время протестов 2020-го


/

Бывшей политзаключенной Инне (имя изменено по ее просьбе) 32 года, в заключении она пробыла 14 месяцев. Из них девять шли следствие и процедура апелляции, после чего из СИЗО ее перевели в колонию. Именно там она впервые обнаружила у себя уплотнение в груди. Но сходить к врачу на прием она смогла только на воле. Сейчас беларуска, которую освободили около полугода назад, готовится к операции по удалению опухоли в груди. Мы поговорили с Инной о ее страхах, медицине в колонии, а еще спросили у врача, правда ли, что стресс так сильно влияет на женский организм.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / cottonbro studio
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / cottonbro studio

«Раньше симптомов никогда не было»

Первые дни после задержания, вспоминает Инна, прошли в тяжелых условиях.

— Камера в ИВС была рассчитана на двух человек, а находилось там 18. Спать было негде, принимать душ тоже. Была только холодная вода. Это были условия не для людей, — рассказывает она.

Позже, в СИЗО, условия несколько улучшились: появилась горячая вода, возможность мыться и стирать вещи. Однако, по словам женщины, проблемы с медицинской помощью сохранялись. Уплотнение в груди Инна обнаружила самостоятельно весной 2025 года, незадолго до суда. Ощупывать себя она начала не просто так: появился дискомфорт в груди и, по словам женщины, прямо-таки ощущалось, «будто внутри что-то лишнее».

— При этом заболеваний или симптомов, связанных с грудью, у меня раньше никогда не было. Все было хорошо, врачи всегда проверяли молочные железы и никаких проблем не находили, — говорит собеседница.

После того как предполагаемое новообразование обнаружилось, Инна неоднократно обращалась за медицинской помощью как в СИЗО, так и позже в колонии. Однако полноценного обследования ей нигде не провели. По словам женщины, уже в колонии врачи связывали проблему с длительным отсутствием менструаций: почти все время заключения у нее не было месячных.

— Мне говорили, что это может быть связано с отсутствием менструаций и что, когда цикл восстановится, уплотнение может рассосаться. Но никаких обследований не проводили, — вспоминает она.

В груди действительно достаточно часто образуются доброкачественные новообразования вроде уплотнений, кист или опухолей, которые связаны с гормональным сбоем в организме (на эту проблему, как правило, указывает и отсутствие менструаций). Тем не менее, чтобы наверняка убедиться в том, что речь не идет о развитии рака, необходимо провести полноценный осмотр, включающий в себя метод исследования на усмотрение врача (УЗИ, маммографию или даже взятие материала из опухоли для изучения).

«Переживала в себе»

Обследование стало возможным только после того, как Инна вышла на свободу — она стала одной из тех политзаключенных, которых принудительно вывезли из Беларуси. В итоге Инне удалось обратиться к маммологу лишь спустя месяцы после того, как она впервые заподозрила у себя проблемы.

— Когда врач сказал, что это может быть серьезно и что нужна биопсия (взятие образца опухоли с помощью иглы. — Прим. ред.), анализы и, вероятно, удаление новообразования, я очень испугалась. Несколько дней просто не могла прийти в себя. Я никогда раньше не сталкивалась с таким и даже самой биопсии боялась, — рассказывает Инна.

Посочувствовать же ей было особенно некому. Во время заключения Инна сознательно не рассказывала родственникам о своем состоянии, потому что «не хотела их расстраивать» еще больше.

— Переживала в себе это все, — коротко объясняет она.

После освобождения Инна стала значительно внимательнее относиться к собственному здоровью. С того момента уже прошли месяцы, но ее цикл все еще остается нестабильным, а «гормоны пошли вразнос» — и пока в норму не вернулись.

— Мне уже назначили операцию, чтобы удалить опухоль. Врачи сказали, что она не злокачественная, но это такое дело, что в любой момент может стать иначе. Она очень быстро растет, — добавляет Инна. — Сейчас я стараюсь регулярно проходить обследования, сдавать анализы и не откладывать визиты к врачам. После всего пережитого понимаешь, насколько это важно. Мне очень страшно перед предстоящей операцией, но я стараюсь держаться.

Отметим, что некоторые типы опухолей — даже если они в итоге остаются доброкачественными — все равно повышают риск развития рака груди в дальнейшем.

Во всем виноват стресс?

Связывать появление новообразования исключительно с условиями заключения сама Инна не берется.

— Я не могу сказать наверняка, что опухоль появилась именно за решеткой. Возможно, она начала развиваться еще до моего ареста. Но недостаток питания, постоянный стресс, отсутствие сна и тяжелый физический труд, конечно, могли негативно повлиять на ее развитие и общее состояние здоровья, — рассуждает женщина.

Заключенные ИК № 4 в Гомеле. Фото: TUT.BY
Заключенные ИК № 4 в Гомеле. Фото: TUT.BY

Оценивая медицинскую помощь в местах лишения свободы, Инна отмечает, что по отдельным направлениям помощь все же была доступна. Но это лишь капля в море.

— К гинекологу записаться было возможно, отношение было нормальным. Но помимо этого врача, если говорить о системе в целом, все выглядело гораздо хуже. У меня была температура, и я два дня подряд по три-четыре часа сидела в очереди к врачу, но так и не попала на прием, — говорит она.

Особое беспокойство у Инны вызывает вопрос диагностики серьезных заболеваний вроде того же рака груди.

— Если по поводу моего уплотнения ничего не делали, то как тогда обнаруживают онкологические заболевания у других людей? Этот вопрос меня до сих пор тревожит, — отмечает собеседница.

Экс-глава медицинской роты полка имени Кастуся Калиновского Анастасия Махомет, которая до отъезда из Беларуси имела опыт работы в здравоохранении и проходила интернатуру в онкодиспансере, говорит, что прямая причинно-следственная связь между стрессом и возникновением онкологических заболеваний все же научно не доказана. Однако хронический стресс на самом деле способен серьезно влиять на состояние организма.

— Стресс в любом случае ослабляет организм и может ухудшать уже существующие состояния, обострять хронические заболевания. То, что без стресса могло проявиться через пять или десять лет, может проявиться значительно раньше, — объясняет специалистка.

По словам Махомет, особенно чувствительна к последствиям длительного стресса гормональная система. Она-то и «сломалась» у экс-политзаключенной.

— Женский организм очень зависит от гормонального баланса, а гормоны тесно связаны со стрессом. Поэтому в случае политзаключенных речь идет не столько о повышенном риске развития онкологических заболеваний, сколько вообще о способности организма выдерживать хронический стресс. У женщин [в стрессовых ситуациях], как замечают медики, быстрее возникают гормональные нарушения, дефицитные состояния и обостряются уже существующие проблемы со здоровьем, — подводит итог Махомет.