Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось
  2. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  3. «Под конвоем вывезли нас с границы». Российская блогерка рассказала, как ее мужа задержали на въезде в Беларусь из-за подписки
  4. «Двухметровый стокилограммовый мужчина-клинер». Беларус променял работу менеджера на уборку — и его все устраивает
  5. «У нас новые правила перевозки пассажиров?» Беларуска заказала «Яндекс Go», а водитель потребовал от нее «ехать в определенной позе»
  6. В Минске в тестовом режиме запустили оплату проезда банковскими картами. Как контролеры будут проверять билеты
  7. «Одно слово на польском — пять суток ШИЗО. Рискнешь?» Экс-политзаключенный рассказал о самом «удивительном» запрете в колонии
  8. «Сейчас я сдаю 41 квартиру в Минске». Беларус рассказал о бизнесе на краткосрочной аренде жилья
  9. Россия готовила на границе с Польшей провокацию с большим количеством жертв — Rzeczpospolita
  10. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  11. «Я им жестоко ответил, просто резко». Лукашенко заявил, что США интересовались новыми задержаниями беларусов для «обменного фонда»
  12. «Хочу мужика!» Блогерка-миллионница из Минска запустила наш ответ «Сердцу ангела» и ищет парня на шоу
  13. Си Цзиньпин на переговорах с Трампом и Путиным заявил, что страны должны преодолеть «ловушку Фукидида». Что это за концепция
  14. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд
  15. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  16. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса


/

После помилования бывшие политзаключенные в Беларуси продолжают сталкиваться с серьезными ограничениями, затрагивающими их повседневную жизнь. Аннулированные паспорта, профилактический учет, риск нового уголовного преследования и препятствия для трудоустройства — о такой практике «Вясне» рассказал бывший политзаключенный. Это сокращенный текст, полную версию материала можно прочесть по ссылке.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: shutterstock.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: shutterstock.com

Бывший политзаключенный Антон (имя изменено в целях безопасности), которого помиловали в этом году и он остался в Беларуси, рассказал что при освобождении мужчина получил свидетельство об освобождении и паспорт. Но через несколько дней он узнал, что его паспорт аннулирован. При этом в паспортном столе заменить документ ему отказались.

Правозащитник «Вясны» Владимир Лабкович отметил, что такое ограничение в правах не соответствует ни беларусскому законодательству, ни международным стандартам.

«Без паспорта ты даже не имеешь возможности формально подтвердить свою личность при открытии счета, в больнице, тебе не могут оказывать медицинскую помощь, ты даже не можешь распоряжаться своей недвижимостью. Человек абсолютно выпадает из социума. Люди, не имеющие паспорт, фактически приравниваются к людям, находящимся в стране нелегально», — пояснил Лабкович.

По словам Антона, на свидетельстве об освобождении указано, что его выпустили на свободу с «возможностью остаться в Беларуси».

«Меня сразу предупредили, что судимость с меня не сняли, так как это не предусмотрено указом президента. На моем удостоверении только написано об освобождении с возможностью остаться в Республике Беларусь. То есть они якобы позволяют мне жить в Беларуси», — рассказал мужчина.

Лабкович объясняет, что помилование может предусматривать различные формы смягчения наказания.

«Например, может быть полное помилование со снятием судимости и различных ограничений. Может быть неполное: когда, например, человек освобождается от отбывания уголовного наказания в виде лишения свободы, но другие ограничения, как штраф и судимость, остаются. И это соответствует беларусскому законодательству», — рассказал правозащитник.

Антон отмечает, что после освобождения политзаключенных сразу поставили на профилактический учет. Их предупредили, что им запрещено посещать массовые мероприятия, включая городские праздники, а также собираться компанией более двух человек.

«Сами инспекторы постоянно угрожали административным преследованием. Говорили, что на праздники будут „закрывать“ в ИВС», — рассказал Антон.

Также, по словам экс-политзаключенного, сотрудники милиции требуют от освобожденных политзаключенных трудоустроиться в течение 14 дней. Но бывшие узники постоянно сталкиваются с отказами в трудоустройстве из-за судимости или из-за включения человека в списки «экстремистов» и «террористов», которые ведут МВД и КГБ. Кроме того, бывшие политзаключенные, внесенные в «террористический список», не могут свободно распоряжаться своими деньгами.

Если человек не может трудоустроиться самостоятельно, сотрудники милиции, по словам Антона, угрожают принудительно направить его на работу на мусорный полигон. Заработок в таком случае перечисляется на отдельный счет, а чтобы получить эти деньги, человек должен подать соответствующее заявление, рассмотрение которого может затягиваться.

По словам Владимира Лабковича, такая практика противоречит международным обязательствам Беларуси.

«Включением человека в „террористический список“ государство фактически ограничивает все права человека как гражданина страны. Он не может пользоваться элементарными вещами, которые в обществе просто необходимы для жизнедеятельности: такие как наличие счета, мобильной связи. Это полная дискриминация и социальная изоляция. Поэтому мы требуем, чтобы те люди, которые вышли на свободу по помилованию или по отбытию срока, были восстановлены в своих гражданских правах», — отмечает Лабкович.