Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. «Обращение к Мартиросяну — это как говорить со стеной с буквой Z». Экс-резидент Comedy Club Таир Мамедов о войне, Беларуси и США
  2. Сгоревший двигатель, учения, карма. Как объясняют взрывы на зябровском аэродроме в Беларуси и Украине (и что там могло произойти)
  3. Залечь на дно в Мексике, штурмовать границу и попасть в «обезьянник» в США. Невероятная история бегства отчаянной белоруски
  4. Лукашенко предложили поднять цены на молочку, он запретил
  5. Головченко: Вся собственность недружественных государств в Беларуси известна, она подсчитана
  6. На суде по делу о «захвате власти» дал показания Роман Протасевич
  7. Сто шестьдесят девятый день войны в Украине. Рассказываем, что происходит
  8. От бывших соратников до новых политиков. Собрали список (очень длинный) людей, которых Зенон Позняк считает агентами спецслужб
  9. Проблемы РФ с экспортом оружия и добровольческий батальон в Орловской области. Главное из сводок штабов на 169-й день войны
  10. «Кабинет делает ставку на силовое противостояние». Артем Шрайбман отвечает на вопросы читателей «Зеркала»
  11. Почему Россия потеряла так много самолетов на крымском аэродроме в Саках? Разбираемся (спойлер: дело не только в украинском оружии)
  12. Произошло возгорание. В Минобороны Беларуси прокомментировали «хлопки» на аэродроме «Зябровка»
  13. Белорусские грибы-убийцы. Рассказываем о пяти самых опасных, которые стоит обходить стороной
  14. В Беларуси с 9 августа 2020 года возбудили 11 тысяч «протестных» уголовных дел
  15. В каких белорусских водоемах не стоит купаться? Публикуем список таких мест — их уже 35
  16. В Минске ГУБОПиК задержал маму певицы Риты Дакоты. Сама артистка это не комментирует
  17. Лукашенко поручил наказать литовцев за «отжим» доли в порту Клайпеды
  18. Сто семидесятый день войны в Украине. Рассказываем, что происходит
  19. «Авария — «это только вопрос времени». Совбез ООН провел экстренное заседание в связи с обстрелами Запорожской АЭС
  20. Попытки скрыть военные преступления в Буче и «огромные потери» ВСУ. Главное из сводок штабов на 170-й день войны
  21. В Беларуси заведения закрывают после доносов пропагандистов. Рассказываем, как сложились судьбы доносчиков и их жертв в СССР
  22. Воздушные массы «черноморского происхождения» придержат жару на пару дней. Все о погоде в Беларуси в выходные
  23. «Они хотят крови». В Минобороны эмоционально прокомментировали неофициальные версии инцидента на аэродроме «Зябровка»
  24. Зеленский предлагает высылать всех россиян на родину. Похожее уже происходило во время Второй мировой — в лагеря попадали даже евреи


Многие ИТ-компании получили письмо от Академии ШАГ, в котором айтишников приглашали стать преподавателями. В школе говорят, часть преподавателей (они же работают в ИТ-компаниях) уехали и больше не могут совмещать работу и преподавание. О том, что происходит сейчас в школе и в ИТ, dev.by поговорил с замруководителя по учебной работе Марией Бельтюковой и руководителем отдела развития Анатолием Микишовым.

Фото использовано в качестве иллюстрации
Фото использовано в качестве иллюстрации

«Некоторые группы внезапно лишились своих преподавателей»

— С точки зрения влияния на ИТ-школу, чем выделяется волна отъезда ИТ-специалистов в 2022?

Мария Бельтюкова: В 2022 году для нас действительно был уже не новый опыт. Явных волн релокейта с резким началом было две, но между ними люди тоже уезжали. Правда, до февраля 2022 решения о релокейте принимали не так остро и быстро. В 2020 году релокейт многих айтишников совпал с началом учебного года — и это для нас было крайне больно. Еще в начале августа мы думали, что у нас полностью укомплектован штат, но перед самым началом учебного были вынуждены искать преподавателей. Я не готова сказать, сколько сотрудников тогда уехали. Но нам жаль было терять преподавателей, это были ребята с хорошим опытом — мидлы и сеньоры, которые работали в Академии не один год. Но на их место пришли другие ребята. И вот в 2022 случилась вторая волна.

Теперь нам было понятнее, как с этим работать. Хотя, конечно, к тому, что произошло в конце февраля, никто не был готов. Ребята принимали решение об отъезде буквально за пару дней. Некоторые группы внезапно лишились своих преподавателей. Это было болезненно для студентов, которые за время учебы привыкли к своим менторам. Их согласились подхватить оставшиеся педагоги. В итоге не нашли замену только в одной группе и пришлось приостановить обучение, остальные продолжили учиться. Но это все равно не снимает остроту проблемы: новые преподаватели нам нужны.

Анатолий Микишов: В первую волну уезжали люди, которые сами не хотели или не могли оставаться. А вторая волна — это уже вынужденное решение и желание компаний. Вторая волна мне кажется более сложной, потому что часть айтишников уехали еще до нее, и квалифицированных специалистов, которые могли бы преподавать, становится все меньше.

Теперь гораздо сложнее найти преподавателя, который работает в компании в Беларуси на достаточно высокой должности, обладает соответствующей квалификацией.

Мария Бельтюкова: До ситуации с релокейтом я справлялась сама с поиском преподавателей. Сейчас для этого нужен HR. Важно, что раньше у нас был выбор. Каждый наш преподаватель проходит предварительно техническое собеседование, а также проводит пробный урок — чтобы методисты посмотрели, способен ли человек передавать свои знания и опыт другим людям. Далеко не каждый опытный ИТ-специалист способен быть педагогом.

— Приходится занижать требования к преподавателям?

Мария Бельтюкова: Пока мы этого избежали. Надеемся, что удастся избежать и дальше. Кроме того, занижать требования нам не позволят наши слушатели. К частному ИТ-образованию высокие требования. Многие студенты, записываясь к нам на обучение, буквально требуют от нас информацию о преподавателе — какой у него опыт, стаж работы в ИТ. Просят ссылки на профили преподавателей в LinkedIn. Так что вряд ли у нас есть возможность понизить планку.

Анатолий Микишов: Если раньше, рассматривая потенциальных преподавателей, мы считали, что они должны быть не только отличными айтишниками, но и с талантом или опытом педагога, то сейчас готовы педагогическую часть взять на себя и обучить. Ну и формируем кадровый резерв: через год-два человек, который нам не подходит сегодня, может стать прекрасным вариантом.

Фото использовано в качестве иллюстрации. Фото: pixabay.com
Фото использовано в качестве иллюстрации. Фото: pixabay.com

«Это фундаментальные преподаватели по основным дисциплинам. Например, Java»

— Релокейт приостановился?

Мария Бельтюкова: Сложно четко ответить на этот вопрос. 24-го числа все проснулись и прочитали одни и те же новости. ИТ-компании начали релокацию сотрудников. Сначала это был сильный виток, теперь ситуация успокаивается.

Кто-то решил переждать. Кого-то не устраивают условия релокейта — Армения, Узбекистан или Грузия. Кто-то может позволить себе перерыв в несколько месяцев на основной работе, чтобы понаблюдать, как будут развиваться события и ситуация в мире и на рынке труда. Есть те, кто еще в раздумьях. Но есть и ребята, которые решили расторгнуть договор с основным работодателем и остаться в Беларуси.

— Когда штат укомплектован, сколько преподавателей работает в Академии?

Анатолий Микишов: 120−140 человек.

— Сколько из них уехали в 2022?

Мария Бельтюкова: Если брать и взрослую, и детскую Академии, то около 15−20%. Кстати, уже есть преподаватели, которые возвращаются. Я вижу ребят, которые не хотят уезжать: у многих здесь родители, семьи, дети-школьники. Некоторым пришлось разорвать контракт с основным работодателем, и они рассматривают преподавание у нас как основную занятость в этот переходный период.

— Но в этом случае они серьезно теряют в заработке.

Мария Бельтюкова: Когда они принимали решение остаться в стране и отказывались от релокации, конечно же, взвешивали все «за» и «против».

Анатолий Микишов: Кстати, если в процентном соотношении уехали 15−20%, то по факту ситуация оказалась сложна тем, что переезжали фундаментальные преподаватели по основным дисциплинам. Например, Java.

Фото использовано в качестве иллюстрации. Фото с сайта pixabay.com
Фото использовано в качестве иллюстрации. Фото с сайта pixabay.com

Как преподавателя Java «увезли» прямо с инструктажа в ИТ-школе

— Почему именно Java пострадала сильнее?

Мария Бельтюкова: Уехали сразу несколько преподавателей-разработчиков. Одна группа, к сожалению, в разгар релокейта у нас была на стадии проекта, и это осложняло поиск. Мы искали человека с отличным коммерческим опытом разработки.

Расскажу историю, как мы практически закрыли вакансию. Оформили договор, сказали группе, что через три дня к ним придет классный, молодой, энергичный преподаватель. Выдохнули. Приступили к его инструктажу, показывали как работать с нашими электронными ресурсами, журналом.

И вот он уже общается с методистом, а у него постоянно звонит телефон — он сбрасывает. И все-таки извиняется: «Надо ответить». Снимает трубку, по телефону его HR: «Мы закупили чартер, улетаем. Тебе на сборы 7 дней».

Для него самого это стало неожиданностью, он был абсолютно растерян, а мы возобновили поиск. Но через какое-то время нашли преподавателя по Java.

— Сейчас кого-то еще ищете?

Мария Бельтюкова: Мы заинтересованы в UI/UX дизайнерах — видим увеличение спроса на эти направления. Ждем в нашей команде дата-аналитиков, разработчиков Python, front-end-разработчиков.

Анатолий Микишов: Мы готовы рассмотреть всех специалистов. По отдельным направлениям у нас запускаются дополнительные группы.

— А есть специальности, которые не пострадали?

Мария Бельтюкова: Практически нет. Разработчики уехали, тестировщики, девопсы. Если какое-то направление пострадало меньше, то это только доля везения. Первыми в 2020-м уезжали девопсы. Вы помните, как в августе три дня мы жили без интернета. Тогда многие компании были вынуждены командировать девопсов в любую страну, чтобы поддерживать жизнедеятельность проектов.

«Хотим, чтобы учиться дистанционно приходили те, кто готов к этому, а не поставлен перед фактом»

— Вы не рассматривали возможность онлайн-обучения — с теми же преподавателями, которые уехали?

Анатолий Микишов: Мы сейчас как раз создали филиал дистанционного обучения в Академии и думали пригласить релоцировавшихся преподавателей. Но для них это тоже непростое событие, нужно время обустроиться и привыкнуть к новой жизни, поэтому пока нужные нам преподаватели попросили паузу и для ближайших дистанционных групп мы подбираем новых специалистов.

— А почему у вас «онлайн» появился только сейчас, а не в разгар пандемии, например, как у многих?

Анатолий Микишов: Во время пандемии это было бы реализовано наспех и не факт, что обучающий процесс остался бы на уровне. Сейчас мы готовы: проанализировали свой опыт и опыт наших коллег и понимаем, как организовать и техническую, и образовательную стороны так, чтобы студенты могли получить тот же уровень знаний, что и при очном обучении.

Мы хотим, чтобы учиться дистанционно приходили те студенты, которые готовы к этому формату, а не поставлены перед фактом, как это было в пандемию. Сегодня рынок онлайн-образования уже научил людей обучаться самостоятельно и брать на себя ответственность за результат. Это тоже нам на руку.

— Думаете, офлайн и дальше будет существовать?

Анатолий Микишов: Онлайн и офлайн — две совершенно разных системы обучения. Если онлайновое обучение подразумевает высокую степень личной мотивации, то в офлайновом человек отдает свое обучение на усмотрение организации, в которую он пришел учиться. С моей точки зрения, будут существовать обе системы. Конечно, онлайн будет развиваться быстрее: экономически это выгоднее и финансово более перспективная модель.

Мария Бельтюкова: А рассудит нас работодатель.

— Куда ваши студенты идут работать?

Анатолий Микишов: У нас есть два уровня трудоустройства. Первый — это партнерские компании, с которыми заключены договоры. Среди них Syberry, SolbegSoft, Andersen, ScienceSoft, ActiveCloud, iTechArt, Itransition и десятки других. И второй уровень — это все ИТ-компании. У нас есть Центр карьеры, который мониторит вакансии на рынке и предлагает варианты нашим студентам. Конечно, ситуация с релокейтом компаний для нас тревожна: меньше компаний в Беларуси — меньше возможности трудоустройства для студентов.

Но в то же время мы видим, что спрос на выпускников есть, и я бы не сказал, что он ниже того, что был прошлой весной.

— На письмо о поиске айтишников-преподавателей, которое вы отправляли в ИТ-компании, кто-то откликнулся?

Мария Бельтюкова: Был единичный отклик. Но мы понимаем, что ИТ-компании в сложной ситуации. И когда мы связывались с HR-ми лично, чаще всего слышали: «Простите, дорогие. Сейчас заняты, перевозим своих сотрудников. Как только освободимся — свяжемся». Понятно, что все сейчас переживаем одинаковые события.

Читайте также на dev.by:

«Информатика — хайп математика и физика важнее». Вузы про ИТ-образование

ИТ-преподаватель не смог войти в айти. Пробовал самообучение бесплатные и платные курсы

Войти в айти 2022: джунам предлагают стажировки, за которые платит… стажер. Как это?