Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. Разбойники из Смоленска решили обложить данью дорогу из Беларуси. Фееричная история с рейдерством, стрельбой, пытками и судом
  2. Появились слухи о закрытии еще одного пункта пропуска на литовско-беларусской границе. Вот что «Зеркалу» ответили в правительстве Литвы
  3. «В гробу видали это Союзное государство». Большое интервью с соратником Навального Леонидом Волковым, месяц назад его избили молотком
  4. Будет ли Украина наносить удары по беларусским НПЗ и что думают в Киеве насчет предложений Лукашенко о мире? Спросили Михаила Подоляка
  5. «Не ленись и живи нормально! Не создавай сам себе проблем». Вот что узнало «Зеркало» о пилоте самолета Лукашенко
  6. В ВСУ взяли на себя ответственность за падение российского ракетоносца Ту-22М3: «Он наносил удары по Украине»
  7. В центре Днепра российская ракета попала в пятиэтажку. Есть жертвы, под завалами могут оставаться люди
  8. 18 погибших и 78 пострадавших, в том числе и дети: в Чернигове завершились поисково-спасательные работы
  9. «Довольно скоординированные и масштабные»: эксперты оценили удары, нанесенные ВСУ по целям в оккупированном Крыму и Мордовии
  10. «Могла взорваться половина города». Почти двое суток после атаки на «Гродно Азот» — что говорят «Киберпартизаны» и администрация завода
  11. Пропаганда очень любит рассказывать об иностранцах, которые переехали из ЕС в Беларусь. Посмотрели, какие ценности у этих людей
  12. В России увеличили выплаты по контрактам, чтобы набрать 300 тысяч резерва к летнему наступлению. Эксперты оценили эти планы
  13. Окно возможностей для Кремля закрывается? Разбираемся, почему россияне так торопятся захватить Часов Яр и зачем разрушают Харьков
  14. В литовском пункте пропуска «Медининкай» сгорело здание таможни. Движение было временно приостановлено
  15. «Скоропостижно скончался» на 48-м году жизни. В МВД подтвердили смерть высокопоставленного силовика


В вузы школьники теперь будут поступать по-новому. Кроме централизованного тестирования, 11-классников ждет два ЦЭ. У целевиков вместо ЦТ и вовсе будет внутренний экзамен. Да и тех, кого на бюджет начнут принимать без испытаний, станет больше. В связи с этим, считают в Министерстве образования, заинтересованность абитуриентов и их родителей в услугах репетиторов уменьшится. «Зеркало» спросило у репетиторов, не боятся ли они со временем остаться без работы.

Фото: Reuters
Снимок используется в качестве иллюстрации. Фото: Reuters

Имена собеседников изменены в целях безопасности. Их данные есть в редакции.

«Чем я занимаюсь с учениками с начала года? Доучиваю то, что они не выучили в школе»

Валерия работает репетитором русского языка около 20 лет. Все это время у нее всегда были ученики. Даже после того, как осенью школьники сходили на ЦЭ и увидели, что задания упростили, никто не перестал ходить к наставнику. Хотя парней и девушек, которые в этом году посещают педагога, меньше, чем было в 2021—2022 учебном году. Причин тут, рассуждает собеседница, две — экономическая: у людей стало меньше денег, и эмиграционная: часть семей уехала в другие страны. Кроме того, всегда есть 11-классники, которые уходят с дополнительных занятий в течение года, так как в семьях меняется финансовое положение. Например, кто-то из родителей остается без работы.

— По моему убеждению, практически каждый ребенок хотел бы заниматься с репетитором, но не всегда семья может себе это позволить, — говорит Валерия и объясняет свое мнение. — Репетитор — это тренер. Почему все спортсмены, чтобы достичь высоких результатов, идут к тренеру? Если заниматься физкультурой, то бегать по улице можно и самому, но если планируешь добиться результатов, то тебе нужен человек, который будет гонять, контролировать, подскажет, как лучше построить тренировку.

К тому же, уверена Валерия, зачастую репетитор работает качественнее, чем школьный учитель. Почему? Потому что ему не нужно отвлекаться на «кучу ненужный бумаг».

— Я и сама раньше работала в школе. И когда тебя рвут на части, ты должен тут, должен там, на сам процесс обучения остается немного времени, — вспоминает она. — Репетитор же занимается только своим предметом. Это как узкопрофильный специалист.

Валерия из тех наставников, кто ходил на репетиционный ЦЭ. Ее мнение: задания «приличного уровня» все еще остались, но в основном детям теперь предлагают «все самое легкое».

— Возьмем правописание одной и двух «н», — приводит она пример. — Это задание всегда было в части А. Ученику предлагали пять рядов по два слова в каждом. Выходит, спрашивали правописание десяти слов разных частей речи. Сейчас этот вопрос перенесли в часть В, и детям нужно правильно записать только одно слово. Одно против десяти. Что сделать проще? Кроме того, я обратила внимание на детскую формулировку некоторых заданий. Допустим, укажите слово, где пишется мягкий знак. При этом слова предлагают очевидные. Предположим, печь, где невозможно сделать ошибку.

На втором этапе репетиционного ЦЭ ученики педагога в среднем набрали примерно на 20 баллов выше, чем обычно получают школьники к этому моменту. Какие-то из заданий они выполнили методом угадывания. В тестах по языкам, отмечает педагог, это стало проще сделать после того, как увеличили часть В.

— Беда нынешних тестов в том, что условия в них настолько упростили, что теперь хорошо их может сделать и средний ученик и хороший. Хорошо — это баллов на восемьдесят, — объясняет учитель. — Получается, стирается ранжирование между уровнем знаний детей, и непонятно, в какие проходные баллы при поступлении эта ситуация в итоге выльется. Думаю, чтобы попасть на престижные специальности, потребуются очень высокие результаты — 90−100 баллов, а для этих показателей нужен репетитор.

В то же время, отмечает педагог, окончательные выводы относительно результатов ЦЭ можно будет сделать лишь после мая, когда дети сдадут итоговый централизованный экзамен. Все-таки обстановка на репетиционных испытаниях достаточно расслабленная, у Валерии в аудитории, например, даже телефоны не забирали. Это, говорит она, тоже влияет на результат.

Это если о хорошем, но есть в ситуации и более грустная сторона.

— Дело в том, что значительная часть детей не имеют даже того примитивного уровня знаний, который сейчас нужен для сдачи тестов, — делится наблюдениями педагог. — Порой, когда злилась на учеников, думала, почему они такие глупые, потом до меня дошло: нормальные они, просто в школе их не учат думать. Они не понимают, что такое доказательство, почему пишется эта буква, почему данное предложение такой структуры.

Наша система образования, говорит педагог, в основном ориентирована на пересказывание: «Выучите правило, параграф — и вам поставят хорошую отметку». Но как это правило применять по отношению к определенному явлению, считает она, детям не объясняют.

— В школьном образовании нет практической составляющей. Репетитор же нацелен именно на практику, — рассказывает собеседница. — В итоге чем я занимаюсь с учениками с начала года? Доучиваю то, что они не выучили в школе. Был случай, когда мы проходили тему, которую дети изучали пару месяцев назад на уроках. Я сказала им об этом, а они мне: «Да?» Из моих наблюдений: лишь единицы помнят то, что проходили в школе. Почему так? Для меня это загадка. Возможно, им действительно не объясняют материал. А может, дети знают: у них есть репетитор, он расскажет более доступно, зачем тогда слушать на уроке? Это как с абонементом в бассейн. Если ты его купил, то мотивация, что ты пойдешь плавать, увеличивается. К тому же, на моих занятиях интереснее, чем в школе. Хотя есть и у меня парни и девушки, которые работают не в полную меру.

По мнению Валерии, если человек хорошо знает орфографию и пунктуацию, то он и изложение хорошо напишет, и тест решит. Особой разницы в форме испытания нет. Просто к ЦТ, например, нужно набить руку на решении тестов.

— Думаю, так как раньше в школе готовились к изложению, у части учителей нет опыта работы с тестами. Как они будут готовить детей к ЦЭ, не могу ответить, — делится мнением репетитор. — Да и вообще, мне кажется, у нас осталось не так много учебных заведений, где детям действительно дают знания.

Хотя, не отрицает Валерия, есть ученики, которые могут и сами подготовиться к испытанию, и сдать его хорошо. Но их, делится наблюдениями педагог, небольшой процент.

— Чтобы заниматься самостоятельно, нужна определенная сила воли. С тренером делать это легче: есть контроль и помощь, — говорит Валерия. — Возможно, поэтому в старшей школе у учеников и их родителей срабатывает установка: в 11 классе нужно идти к репетитору. А значит, вряд ли я останусь без работы.

«Как бы грустно это не звучало, но далеко не все учителя знают свой предмет»

— Я не особо верю в перспективу остаться без работы. Так, наверно, ужасно говорить, но если посмотреть на то, как в последние годы начал ухудшаться уровень знаний детей, то становится немного спокойнее за свой доход, — шутит Артем, репетитор математики из Минска.

В профессии он пять лет.

Снимок используется в качестве иллюстрации. Фото: TUT.BY

Чаще всего старшеклассники обращаются к нему за помощью из-за пробелов в знаниях. И в этом, говорит педагог, не всегда виноват сам ученик.

— Как бы грустно это не звучало, но далеко не все учителя знают свой предмет. Проходные баллы в педагогические вузы невысокие, вот и получаем, что детей некому учить, — считает Артем. — В результате программа и материалы упрощаются, потому что порой со сложными заданиями в учебниках не справляются не только дети, но и педагоги. Я тоже когда-то работал в школе. Помню, как в какой-то момент у меня пропала всякая мотивация. Я шел на занятия и мечтал поскорее уйти домой. Связано это было с тем, что радость от работы с подростками сменилась унынием от того, что за горой бумажек и отчетов на преподавание не хватает времени.

По словам педагога, из-за того, что в ЦЭ по математике уменьшили часть А, шанс угадать какие-то ответы по этому предмету «стал довольно низок».

— Но и обладать какими-то сверхъестественными знаниями, чтобы сдать экзамен, не нужно. В заданиях нет тем, которые изучаются на профильном уровне, — говорит он и просит обратить внимание еще и на шкалу перевода баллов за ЦЭ, которые пойдут в аттестат. — Чтобы получить «десять», достаточно набрать 77 баллов из 100. Думаю, это повысит школьные отметки, но в дальнейшем может привести к проблеме. Суть ее в том, что оценки будут расти, а уровень знаний у детей — нет. По-хорошему, с ЦТ, скажем, за 2010 год нынешние школьники вряд ли справятся с тем же успехом, что и с первым этапом централизованного экзамена.

«Думаю, то, что Минобразования рассматривает репетиторов как неких соперников, ошибка»

Матвей — преподаватель истории из Витебской области. Он уверен: «Пока есть хоть какие-то экзамены, хороший репетитор не останется без работы». На данный момент учеников у него меньше не стало, хотя он не отрицает, такое вполне возможно.

Фото: TUT.BY
Снимок используется в качестве иллюстрации. Фото: TUT.BY

— За счет целевиков, которым нужно сдавать внутренний экзамен, региональных олимпиадников, Национального детского технопарка и прочих льготников, поступающих без вступительных испытаний, некоторый отток учеников будет, — говорит собеседник.

Для репетиторов эта ситуация вряд ли станет сильно критичной, а вот для подготовки будущих специалистов, возможно, не обойдется без проблем.

— Если к одаренным ребятам вопросов в принципе нет, то уровень знаний целевиков будет ужасный, — предполагает педагог. — Раньше они хотя бы тоже с репетиторами готовились, а теперь на один устный экзамен вряд ли будут сильно заморачиваться. В итоге экономика получит карды с уровнем знаний ниже плинтуса.

ЦЭ по истории Беларуси, говорит он, действительно проще, чем ЦТ прошлых лет. Но так теперь с любым предметом, ведь даже в Минобразования заявили, что уровень заданий в тестах — базовый. Хватит ли в таком случае школьной подготовки, чтобы ученики сдали испытание на высокий балл?

— У нас есть прекрасные педагоги, которые ориентированы на ЦТ. Особенно это заметно по детям из лицеев. Однако в большинстве случаев, школа не обеспечивает должной подготовки к тестированию. Задача педагога — заинтересовать ребенка своим предметом, в итоге учитель может увлекательно рассказывать материал, но абсолютно не знать, что и как конкретно спрашивают на тестах. Это абсолютно разные задачи и разные цели. Можно их совместить, а могут они существовать и параллельно, — делится мнением репетитор. — Думаю, ориентир на ЦЭ некоторым образом смотивирует часть педагогов перестроиться, однако это не будет иметь какого-то масштабного эффекта. Кроме разнарядки сверху, к тестам нужно уметь готовить: знать, что спрашивают, понимать подводные камни, обучать логике теста. Для этого нужно учиться самому, плюс хотеть отдавать себя детям в процессе подготовки. А такая мотивация у учителей далеко не всегда присутствует.

По мнению Матвея, основная причина, почему школьники обращаются к репетиторам, — это, во-первых, слабые знания. Во-вторых, «неспособность себя организовать». К тому же, у родителей есть устоявшееся понимание, что своему ребенку нужно дать большее, а значит, его нужно отдать на дополнительные занятия.

— Разве это плохо? — задается вопросом собеседник. — Думаю, то, что Министерство образования рассматривает репетиторов как неких соперников, ошибка. Все в стране понимают важность образования для последующих поколений. И чем больше будет источников для получения этого образования, тем лучше. Школа, репетиторы, учебные пособия, книги, образовательные видео. Это все очень важно в комплексе.

Кроме того, отмечает собеседник, «абсолютно ошибочное и даже обидное заявление», что цель репетитора — лишь заработать на подготовке ученика.

— Каждый уважающий себя репетитор — это, прежде всего, педагог. Миссия которого подготовить не только к успешной сдачи ЦЭ/ЦТ, но и дать ребенку знания, опыт, уверенность в себе и своих силах, мотивировать его на жизненный успех, — перечисляет Матвей. — И здесь я говорю не только за себя, но и за других моих коллег.