Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Лукашенко на встрече с Лавровым: Складов с ядерным оружием в Беларуси на данный момент нет
  2. Сто двадцать девятый день войны в Украине. Рассказываем, что происходит
  3. «Жест доброй воли»? Рассказываем, почему российские войска пришли на остров Змеиный и почему теперь ушли
  4. КПП, фейерверки и более 180 мероприятий в Минске. Как в столице и областных центрах будут отмечать День независимости
  5. Выход российских войск к Лисичанску и бои за господствующие высоты. Главное из сводок штабов на 128-й день войны
  6. Жаркая погода (а вместе с ней — оранжевый уровень опасности) сохранится до конца недели
  7. Кризис-кризисом, а займ на жилье — по расписанию. В Беларуси по-прежнему растут долги по кредитам на жилье
  8. В Беларуси 1 июля выпустили в обращение новую банкноту. Как она выглядит (фотофакт)
  9. Путин: западные санкции ускоряют «объединительные процессы» Беларуси и России
  10. «Мы не убийцы». Репортаж «Зеркала» из Сувалкского коридора — места, где может начаться Третья мировая война
  11. Удар фосфорными бомбами по Змеиному, 21 убитый под Одессой и братская могила в Мариуполе. Сто двадцать восьмой день войны
  12. Гражданам Польши разрешили безвизовый въезд в Беларусь
  13. Компания А1 с 1 июля повысит цены на некоторые услуги и закроет многие тарифы (клиентов просят выбрать другие варианты)
  14. У мобильного оператора А1 перестали работать электронные сим-карты
  15. Дмитрий Рябов: В июле нас ждет идеальное белорусское лето
  16. Теперь точно. Соцподдержка в действии: для белорусов на лето (и еще несколько месяцев) «открутили» тарифы на отопление электричеством
  17. После Литвы Россия выдвинула претензии Норвегии — из-за Шпицбергена. Рассказываем, почему Кремль вновь неправ
  18. НАТО вступит в открытый конфликт с Россией? Вспоминаем, чем закончились предыдущие военные операции Альянса
  19. «Про Лукашенко все понятно, он исчерпан». Кинопродюсер Роднянский о войне, Бондарчуке и протестах в Беларуси
  20. Аннексия территорий юга Украины и бои под Лисичанском: Главное из сводок штабов на 127-й день войны
  21. «Белпочта» вводит плату (немаленькую) за выдачу международных переводов


Журналистка «Нашай Нівы» Екатерина Карпицкая рассказала в Facebook о том, что ей пришлось пережить на Окрестина, где она провела 30 суток. О том, что девушка отбывает административный арест, «в целях дополнительной безопасности» специально нигде особо не афишировалось. Как она попала в ЦИП, Екатерина в посте не рассказывает.

Фото: из соцсетей
Фото из соцсетей

«Вместе с политзаключенными по „уголовке“ наших продолжают пытать на Окрестина. 30 суток там в сегодняшних условиях мне хватило, чтобы выйти с букетом новых болезней — от фаринготрахеита до цистита и коронавируса (кстати, именно прививка помогла перенести последнее довольно легко по сравнению с сокамерниками). А люди сидят там 60 дней и больше, в зависимости от того, сколько протоколов им захотят накинуть», — так Екатерина начинает свой рассказ.

Она пишет, что люди сидят в антисанитарии: их никогда не водят в душ и не выдают даже зубную щетку из личных вещей. «Туалетную бумагу иногда приходилось выбивать по сантиметру».

«Сидят месяцами без прогулок (воздух в камеру № 15 мог поступать к нам только из коридора через „кормушку“, но она все время была специально закрыта). Сидят без матрасов (подушкой нам служил заплесневелый хлеб, а на голом полу или шконке спать было бы еще возможно, но ночи давно дико холодные: даже обнимая друг друга и зажимая между ног бутылку с горячей водой, мы не могли успокоить дрожь. Ночи превращались в цикл физических упражнений — приседать, отжиматься, постоять в планке — как-то погреться и заснуть», — продолжает она.

По словам девушки, в два и в четыре часа ночи их поднимали на переклички. Также Екатерина говорит, что там в камерах по ночам горит свет, впрочем как и всегда.

«Сидят без передач. Многих женщин забирали с работы или с дачи в юбках, платьях. Они так и лежали ночами на холодном полу, пока кто-то из тех, кто выходил на волю, не снимал с себя байку или трусы-носки. Щеткой, которая в наследство осталась мне, пользовалось еще человек пять до этого, кажется. А в майке ходила сама мать „Хлопотного дельца“)».

Катя пишет, что люди в камерах полуголодные. За месяц питания она заплатила больше 400 рублей. За эти деньги на обед она получала пустой суп — «жидкость с парой картофелин и лупин от нее, заплесневелый хлеб и две чашки чая или кисель, которым заполняли только половину кружки».

«Сидят без адекватной медицинской помощи. В пиковый момент в двухместной камере № 15 было 20 женщин — в холоде и духоте все быстро начинают болеть. Всех атаковал коронавирус, который, как и другие болезни, лечится там в большинстве случаев парацетамолом. Без возможности двигаться в комнате 3 на 4 метра, с плохим питанием все резко перестали ходить в туалет», — рассказывает подробности жизни на Окрестина девушка.

Также Катя вспоминает, как к ним в камеру подселили уже небезызвестную Аллу Ильиничну с вшами. Еще к девушкам подселяли другую женщину, у которой было расстройство желудка, язвы на теле и грибок. И жесткий абстинентный синдром. «Работники ЦИП наблюдают и ждут, что мы сорвемся. Но мы просто берем и начинаем мыть Маринку над дыркой в полу и выбиваем у медработников зеленку, чтобы обработать ее раны».

«Мне есть еще что вспомнить, но более подробно я опишу все издевательства и прямые преступления в отношении белорусов в жалобах в госучреждения», — завершает свой рассказ журналистка.