Поддержать команду Zerkalo.io
  1. В Беларуси зафиксировали новый штамм коронавируса. Рассказываем, что о нем известно
  2. Немецкие правоохранители рассказали о схеме «белорусского транзита» мигрантов
  3. «Перекличка» тунеядцев, пересмотр пенсий и пособий, рост тарифов, дедлайн по налогам. Изменения ноября
  4. Для некоторых грибников, огородников и пчеловодов могут ввести налог
  5. Мошенники запустили от имени «Белпочты» рассылку: проводят по телефону «розыгрыши» и «акции»
  6. Belavia отправила три новейших самолета Embraer в Казахстан — для них ищут временную стоянку
  7. СК: Причина крушения самолета в Барановичах — отказ системы управления
  8. Дети ГУЛАГа подали в Верховный суд России на Госдуму. Они 70 лет не могут вернуться домой
  9. Минздрав озвучил последние данные по коронавирусу в Беларуси
  10. Поручение исполнено. В общественном транспорте Минска сняли объявления о необходимости носить маски
  11. Лукашенко: соблюдение масочного режима полезно, но культура использования защитных средств есть только у врачей
  12. О муже, детях, санкциях и переговорах. Тихановская дала часовое интервью главреду радиостанции «Эхо Москвы»
  13. Суд ЕС распорядился штрафовать Польшу на 1 миллион евро в день
  14. С 1 ноября повысят цены на сигареты, некоторые подорожают на 95 копеек
  15. «Мы не хотим быть подопытными кроликами». Читатели рассказали, как организации стимулируют их прививаться (и как это не всегда работает)
  16. Покушение на Лукашенко и первые президентские выборы: каким был 1994 год в истории Беларуси
  17. Елена Богдан возглавила систему здравоохранения Минска. До этого она была замминистра
  18. «Силовики боятся: вдруг все отмотается назад и люди снова начнут выходить». Психолог о страхах белорусов
  19. «Симптомы появлялись волнами». Истории людей, которых после COVID-19 не отпускают новые болезни
  20. Беларусь переходит на антиген-тестирование — это плохо? Подробно объясняем разницу между тестами на коронавирус
  21. Начальник ГАИ Беларуси Дмитрий Корзюк назначен заместителем министра внутренних дел


Федору 31 год (его фамилию герой просил не называть. — Прим. ред.), и он всю жизнь прожил в Минске. Кроме последних семи месяцев: в феврале 2021-го мужчина ушел с любимой работы консультантом в автосервисе и переехал в Гданьск, где сейчас трудится на заводе оператором ЧПУ-станка. Вместе с Федором переехала его жена (кстати, она тоже в процессе смены работы) и 4-летний сын. Рассказываем о том, зачем надо было менять устоявшуюся жизнь, с какими трудностями столкнулась семья, что в Польше понравилось, а что все-таки в Беларуси было лучше.


«Как там получилось?» — это проект Zerkalo.io о белорусах, которые были вынуждены уехать из страны и найти себе новую работу. Это может быть совершенно новый опыт (как у Федора), так и работа по специальности, но уже в другой стране — со своей, местной спецификой.


«По 13,5 часа уходило в день на работу, но график был удобный»

Когда Федор окончил школу в Минске, он решил поступать в БНТУ на инженера — строителя автомобильных дорог. В процессе обучения он прошел еще курсы переподготовки на логиста-экономиста, а также окончил военную кафедру со званием лейтенанта запаса.

— Собственно, после этого и начался мой трудовой стаж, — кратко рассказывает Федор. — Сначала устроился логистом в компанию, которая занималась мебельными комплектующими. Потом решил открыть ИП и работать в сфере грузоперевозок.

Свой бизнес мужчина открывал в 2018 году. Тогда на рынке появилось множество автомобилей по низким ценам. Машины продавали люди, которые воспользовались декретом 2012-го года. Согласно ему, пригнанные из других стран автомобили, использующиеся для личных целей фирмы, которая была открыта в сельской местности, не нужно было растаможивать (власти довольно быстро поняли, что в декрете «дыра», и в 2013-м эти нормы оттуда были убраны). Многие таким образом открывали юрлица, покупали машины, ждали пять лет и продавали. Федор столкнулся с жесткой конкуренцией: многие решили приобрести эти дешевые авто и заняться грузоперевозками.

Снимок носит иллюстративный характер

— Работа на себя была практически «в ноль». Зарабатывал столько же, сколько на наемной работе, но при этом постоянно нужно было заполнять бухгалтерские документы, какие-то накладные, путевые листы, счета, платить различные налоги… На самом деле всего немного, но это занимает время и заставляет постоянно чувствовать ответственность. Первое ощущение, которое у меня появилось после того, как я открыл ИП, — «я должен», — смеется мужчина.

Постепенно Федор приходил к выводу: если нет хорошего постоянного клиента, выжить в грузоперевозках сложно. Так он стал подыскивать наемную работу и устроился консультантом в автосервисе. Должность называлась «специалист по работе с клиентами».

— Я работал по схеме «2−2−3». То есть на одной неделе я работаю понедельник-вторник, затем среду-четверг отдыхаю, а затем работаю с пятницы по воскресенье. На второй — наоборот: только два рабочих дня и пять выходных, — поясняет Федор. — График очень удобный. Но при этом я работал с 8 утра до 8.30 вечера. Причем лучше было приезжать за полчаса до работы и уезжать через полчаса после ее окончания — то есть по 13,5 часа уходило в день на работу. Ну час был на обеденный перерыв.

Мужчина говорит, что хоть работа была с людьми, которые часто приезжали на нервах и раздраженными из-за поломки в машине, ему она нравилась.

— Мне нужно было встретить клиента, подготовить необходимые для приемки авто документы, выслушать человека, составить заказ, выйти на улицу и принять машину, если необходимо — сделать тестовую поездку, загнать авто в цех, узнать у механика результаты диагностики, на основании этого посчитать стоимость необходимых запчастей, рассчитать сумму ремонта, согласовать это с заказчиком. Когда автомобиль готов, нужно его снова передать клиенту вместе с документами, ключами и так далее.

«С финансами проблем не было, мы уехали начать новую жизнь»

Возможно, так бы Федор и работал до сих пор в автосервисе. Но после рождения сына в январе 2017-го уже появились первые мысли, что все же стоит пожить где-то еще.

— В марте того же года начались протесты «нетунеядцев». В интернете стало появляться много кадров, как молодых людей вытаскивают прямо из троллейбусов, бьют… У нас с супругой не было розовых очков, мы давно понимали, в какой стране живем, — признается мужчина. — Но тогда мы определенно решили: надо отсюда уезжать. Цель поставили без срока.

Фото: TUT.BY
Фото: TUT.BY

После этого начались годы откладывания и отговорок в стиле «да-да, надо заняться», но до активных действий не доходило. Максимум — участвовали в лотерее, надеясь выиграть грин-карту. Финальным толчком к переезду стали послевыборные события 2020 года.

— Четко помню: мы с женой приняли решение уезжать, причем как можно скорее, 1 сентября. За пару дней до этого стали выдавать гуманитарные визы [в Польшу]. В автосервисе я зарабатывал нормальные деньги, на достойную жизнь в Беларуси хватало. Супруга была менеджером по продаже недвижимости у застройщика — тоже имела хорошую зарплату. С финансовой стороны вопросов у нас не было. Мы уезжали не на заработки, а по сути начать новую жизнь.

Федор говорит, что он себя не обманывает и не старается оправдываться только красивыми словами, мол, «уехали ради будущего ребенка». Мужчина считает, что это его жизнь и жизнь его супруги. Значит, нужно обустраиваться там, где нравится. Сначала семья даже думала ехать в Швецию, но оказалось, там не самые подходящие для них условия легализации.

— Только после этого стали рассматривать Польшу, но от идеи получать гуманитарные визы в итоге отказались. Тогда не было толком понятно, что это за тип визы, в каком статусе будешь жить в стране, можно ли по ней работать… — перечисляет опасения мужчина. — Я попросил помочь друга, который еще в 2018 году уехал в Польшу и устроился там инженером-технологом на мебельную фирму в Гданьске. Директор даже согласился меня взять, начал делать приглашение на работу. Но все сорвалось из-за того, что я не находился в Польше, точнее уже не помню почему.

Помогла в итоге другая знакомая, которая работала в польском агентстве по трудоустройству белорусов и украинцев. Сделала приглашение на работу — и в феврале 2021-го Федор отправился прощупывать почву. Жена и ребенок пока оставались в Беларуси.

Снимок носит иллюстративный характер

— По тому приглашению работать я не поехал, условия были не очень. Я снова отправился к другу в Гданьск устраиваться на ту мебельную фирму. И уже на месте все получилось. В общем, проблем с поиском работы не было. Знал: даже если не устроюсь на фирму к товарищу, он мне поможет (я не удосужился выучить польский в Минске) и что-нибудь найдется.

Проблемы начались, когда после трудоустройства Федор начал подыскивать жилье. Приезжим, к тому же с ребенком, в Польше сдавать опасаются, так как выселить семью за неуплату будет почти невозможно даже через суд. Еще одной головной болью стал детский сад. Жена с сыном по плану должны были приехать в апреле, и к этому времени уже нужно было оформить от детсада приглашение, чтобы ребенку сделали учебную визу. С этим пришлось помучиться.

— Главная беда — заполненность садиков. Они не могут дать приглашение, если нет мест. Я разослал больше 100 писем в государственные садики Трехградья (речь о Гданьске, Сопоте и Гдыне. — Прим. ред.), и везде получил отказ. В итоге в одном садике мне пошли навстречу и сделали приглашение с расплывчатой формулировкой, мол, мы вас приглашаем в случае удачного прохождения набора на следующий год. Для визы этого хватило.

Можно было, конечно, пойти в частный садик. Но Федору пришлось бы заплатить около 400 злотых (255 рублей) за подписание договора и 600−800 злотых за первый месяц обучения (382−509 рублей), питание — отдельно. Пусть суммы не космические, но только ради приглашения тратиться не хотелось.

— К сожалению, с апреля по август все ближайшие садики все еще были заняты, поэтому сын был дома с женой. В августе мы походили в частный, а недавно наконец для нас нашлось место в государственном. Причем прямо возле дома, даже дорогу переходить не надо. Опыт, конечно, необычный: ребенок не говорит по-польски, да и нам еще тяжело, — описывает ситуацию Федор. — Но впечатления в целом приятные. Недавно был на родительском собрании — никто не собирает деньги на ковры и обои. А тем временем в вайбер-чате нашего минского садика в этом году собирают на стеклопакеты.

Снимок носит иллюстративный характер

По словам Федора, в Польше подобные поборы невозможны. Единственное, что семья сдала для сына в садик — небольшую сумму на раскраски, прописи, бумагу, а также на туалетную бумагу, салфетки и воду. Иногда в садике устраивают праздники или выезды в зоопарк — тогда семья доплачивает за организацию мероприятий.

— В общем, вопроса «подождите, а за что я плачу» здесь не возникает, — отмечает белорус. — Неприятно удивило только питание в частных садиках. Они маленькие и обслуживаются у кейтерингов, потому что обычно у них нет своей кухни. Питание не очень здоровое, если честно: постоянно дают бутербродики, какие-то макароны со сладким соусом. Наш новый садик же соединен со школой, и там питание получше. Но везде оно оплачивается отдельно. Мы отдаем 17 злотых в день (10,8 рубля).

«Новую работу воспринимаю как нужный этап. Главная цель — выучить польский для будущих собеседований»

Сейчас Федор трудится по обычной пятидневке, график работы — с 6 утра до 2 часов дня. Но это все условности, так как рабочие станки мужчины автономны и не связаны с другими этапами производства. При желании можно прийти в 7 и уйти в 3. Главное — отработать восемь часов.

— В нашей фирме два цеха. В первом делают недорогую мебель по стандартным шаблонам для покупателей, а во втором, где я работаю, собирают индивидуальные заказы для оформления магазинов. Допустим, если бы в Польше открывался «Остров чистоты» и им нужны были бы стеллажи и другая мебель, они бы обратились к нам, — рассказывает Федор. — Ничего сложного в работе нет, но она кардинально отличается от минской. В Беларуси я активно общался, контактировал с людьми, коллектив у нас был хороший. Если честно, даже жаль, что пришлось это все оставить. Но решение принято.

Свои плюсы в новой «ручной» работе тоже есть. Например, можно параллельно слушать образовательные курсы по языку, музыку, подкасты.

Фото из социальных сетей
Так выглядит рабочее место Федора в цехе. Фото из социальных сетей

— Я воспринимаю эту работу как нужный нам этап, чтобы легализоваться в стране, привыкнуть, обжиться. Всю жизнь на заводе я точно не проведу, — уверен белорус. — Хочу развиваться дальше. Куда? Пока не решил. Первая цель — выучить польский настолько, чтобы свободно разговаривать на будущих собеседованиях. Я понимаю, что, скорее всего, придется начать с самого нуля. Условно говоря, если пойду на СТО, то меня возьмут механиком. В том числе, чтобы я сперва выучил терминологию, понял, как что в Польше устроено… Но идти по этому пути не очень хочется. Непонятно, насколько это растянется во времени.

У Федора есть и другие идеи. Одна из них — «войти в IT». Вторая — снова попробовать себя в логистике, если изучение языка пойдет хорошо. Гданьск — портовый город, где кипит жизнь. Белорус считает, что для логиста здесь есть перспективы.

Жена Федора пока не работает. Его зарплата позволяет — и по польским законам, и на практике — содержать семью. Освободившееся время женщина тратит на образование: летом учила английский, окончила курсы тестировщика и скоро будет искать работу в IT.

— Оптимальным вариантом по деньгам для нашей семьи было время, когда я работал в автосервисе в Минске. По контракту я не могу назвать сумму, но могу сказать, что в Беларуси мы с женой работали вдвоем и благодаря этому ежемесячно нам удавалось откладывать неплохую сумму. И мне нравилось работать с машинами. Плюс, в месяц ты работаешь 15 дней, а 15 отдыхаешь. Во время коронавируса это было идеально: я все время проводил с ребенком и чувствовал себя счастливым.

Сегодня зарплата Федора такая же, как и была в Беларуси. Но теперь семья живет на нее одну. При этом приходится снимать квартиру (в Минске была своя).

Фото: unsplash.com
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: unsplash.com

— Колоссальные затраты в Польше и на топливо. Когда я пригнал себе машину и первый раз заправил бак, заплатил в районе 470 злотых (300 рублей). И это только на 2,5 недели: на работу я добираюсь на автомобиле, другого варианта нет. Переезжая, мы знали, что первые месяцы моя зарплата будет минимальной и на нее мы не выживем. Поэтому сказали себе, что можем брать по 500 долларов (1250 рублей) из наших накоплений. Так и получилось. Сейчас мы уже живем «без убытков».

Еще из местных особенностей кроме дорогого топлива Федору не понравились парикмахерские и работа бюрократической системы.

— Когда я приехал в феврале, у меня была борода. Зашел постричься в барбершоп, объяснил, как мне надо, а в итоге мастер сделал «под себя». Цена с качеством никак не соотносилась. Слышал от жены то же про стрижки, ногти: сложно найти нормального мастера. Когда в июне пригнал машину, нужно было ее зарегистрировать. Во-первых, из-за коронавируса здесь дикие очереди: я ждал три недели своей даты приема. Во-вторых, когда я пришел, мне сказали, что не хватает переводов части документов. Я все сделал, заплатил за них, а когда пришел регистрироваться снова в другой ужонд (что-то вроде наших администраций. — Прим. ред.), мне уже сказали, что переводы были не нужны. То есть из-за того, что люди не знают инструкций, как делать свою работу, я теряю время и деньги.

Конечно, есть и вещи, которые Федору давно хотелось бы видеть в Беларуси. Например, кассы самообслуживания — чтобы не ждать очередь в каждом магазине. Или онлайн-приложение для записи во все парикмахерские города. Еще белоруса удивляет отношение самих поляков к месту, где они родились. Они готовы защищать свой родной город и страну до конца. Многие местные сами уезжают в другие страны, но часто возвращаются домой с деньгами и знаниями. А если переезжают внутри Польши, то у Федора сложилось впечатление, что делают это, чтобы узнать свою страну получше, а не ради денег или работы.

Фото из соцсетей
Набережная в Сопоте. Фото из соцсетей героя

— Приятно поражает наличие исторических зданий вокруг. Даже разрушенные после Второй мировой войны города восстанавливают. Практически в каждом населенном пункте есть красивый костел или даже замок, — делится Федор. — Хотя чистота улиц оставляет желать лучшего: бывает, что очень грязно. Идеальных парков тоже нет: можно увидеть неподстриженные газоны или даже просто заброшенные территории с насаждениями.

Насчет возвращения в Беларусь пара даже не думает:

— Все-таки решение было принято еще в 2017 году. На переезд мы уже потратили много нервов, сил и средств. Пути назад, честно говоря, нет. Несмотря на то, что в Беларуси осталась большая семья и друзья, я больше не хочу ехать в эту страну. Иллюзий насчет ее будущего я не питаю. Я уехал не потому что меня кто-то ущемлял или я от кого-то бежал, — подчеркивает Федор. — Просто видел, что Беларусь сильно зависит от России и это влияние не будет ослабляться. Если в дальнейшем мы попадем под сферу влияния Запада, может и был бы смысл возвращаться. Но я этого не вижу.