Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. ЧМТ, переломы, ушибы и рваные раны: вдвое увеличилось число пострадавших в ДТП на Смиловичском тракте в Минске
  2. В 1917-м национальным флагом беларусов мог стать совсем не БЧБ. Смотрите, как выглядел его главный конкурент
  3. В Бресте скоропостижно умер высокопоставленный силовик, который руководил разгоном протестов в Пинске. Ему было 47 лет
  4. Ответ нашелся в неожиданном месте. Рассказываем, почему Марину Василевскую нельзя называть профессиональной космонавткой
  5. Большой секрет Василевской. Власти старательно скрывают, в каком университете училась первая беларусская космонавтка, но мы это выяснили
  6. Новое российское наступление может достичь «угрожающих успехов» без помощи США Украине — эксперты
  7. «Он пошел против власти, а вы нет — вы хорошие». Монолог освободившегося из самой строгой колонии страны, где сидит Статкевич
  8. Уровень цинизма зашкаливает: власти продолжают «отжимать» недвижимость осужденных по политическим статьям. На торги попали новые объекты
  9. У Дворца независимости заметили людей в форме, скорые и МЧС. Узнали, что происходит
  10. У Лукашенко есть помощник по вопросам «от земли до неба». Похоже, он неплохо управляет жильем, судя по числу квартир в собственности
  11. «Никто не ожидал такой шторм!» Беларус рассказал, как сейчас в Дубае, где за 12 часов вылилось столько дождя, как обычно за год
  12. Жесткая авария в Минске: автобус влетел в фуру, пострадали 20 человек. СК показал видео ДТП
  13. Россия днем ударила по центру Чернигова — количество погибших и пострадавших превысило полсотни человек
  14. Депутаты решили дать силовикам очередной супердоступ к данным о населении. Согласие людей не надо будет (если документ утвердит Лукашенко)
  15. «Долгое время работал по направлениям экономики и связи». МТС в Беларуси возглавил экс‑начальник КГБ по Минску и области
  16. Комитет Сейма Литвы одобрил предложение по ограничению поездок беларусов с ВНЖ на родину
  17. Лукашенко анонсировал возможные изменения для рынка труда. Причина — «испаряющиеся» работники (за кого могут взяться на этот раз)
  18. «Пытаются всеми силами придать некую наукообразность полету». Мнение ученого о визите беларуски на МКС
  19. Беларусская гражданская авиация поразительно деградировала всего за пару лет. Рассказываем, что произошло и что к этому привело
Чытаць па-беларуску


После начала войны в Украине из Беларуси ушли или частично релоцировались многие крупные IT-компании. Часть специалистов уехала, но немало айтишников осталось, да и специальные школы продолжают набирать учеников. «Зеркало» решило узнать, а сложно ли IT-специалисту сейчас найти работу в Беларуси. Поговорили с новичком и айтишником со стажем.

Фото: TUT.BY
В здании Парка высоких технологий. Минск, 4 октября 2019 года. Фото: TUT.BY

По просьбе собеседников имена изменены. Их данные есть в редакции.

«Работодатели чувствуют: специалистов больше, чем запросов на них, — и торгуются»

За плечами Андрея более 25 лет в разработке. Свой возраст он обозначает как «45 плюс». Был тимлидом, последние два с половиной года мужчина работал в небольшой минской IT-компании. В ноябре 2022-го им объявили: заказчик на 10−15 процентов собирается сократить бюджет, который выделял на разработку софта. В связи с этим их фирма решила «сбросить балласт, который она теперь не может содержать», и поменять структуру команды.

Эта новость стала для сотрудников неожиданной. Андрей говорит, что напрямую с войной это не связано: на стороне их заказчика много выходцев из Беларуси, России, Украины. По словам мужчины, они «понимают всю ситуацию», поэтому в феврале 2022-го и позже «никакого нагнетания» по этому поводу не было. Причину же разработчик видит в другом:

— Сейчас, на волне небольшой рецессии, многие айтишные и не совсем айтишные компании в США сокращают штаты. Кто-то увольняет персонал, кто-то уменьшает бюджет на внешних субконтракторов. Это тренд.

В компании Андрея предполагалось две волны увольнений — осенью и зимой. Но, насколько известно собеседнику, должна быть и третья.

— В ноябре директор собрал руководителей проектов, сообщил о сокращениях и поручил составить рейтинг сотрудников, которые не соответствуют критериям «цена — качество» и «объем работы». Так отбирались кандидаты на выход, — описывает ситуацию мужчина. —  Потом с каждым, кто попал в список, состоялся индивидуальный разговор. Уйти должно было процентов двадцать. Я в том числе, так как у меня высокая квалификация и зарплата, но объем работ, что я выполнял, с большего могут сделать и молодые специалисты — если их поднатаскать.

Андрей попал под вторую волну сокращений. В середине января мужчина ушел по соглашению сторон, но без «золотого парашюта»: ему оплатили только дни, что отработал в этом месяце, и компенсацию за неиспользованный отпуск.

— Уходил с мыслями, что ни делается, все к лучшему, но осадочек на душе остался, — рассказывает он. — Еще в декабре, когда мне только сказали о сокращении, я стал рассылать резюме. Отправил около 18 по Беларуси и примерно 10−12 за границу. В Беларуси встречал достаточно много вариантов, и с неплохой зарплатой, но они не вписываются в мой опыт и навыки. За первый месяц поисков у меня было четыре собеседования. А с одной компанией я даже подписал контракт, но из-за форс-мажора с их стороны договор остался не реализован. В остальных случаях были отказы в стиле «вы нам не подходите» или просто тишина.

В какой-то момент разработчик решил убрать из резюме указание зарплатной вилки в 40−42 тысячи долларов в год до вычета налогов (это 3,3−3,5 тысячи долларов в месяц), чтобы «работодатели не пугались» и более открыто выходили на контакт. Во время собеседований в белорусских компаниях мужчина на «процентов двадцать» занижает зарплату, за которую готов и привык работать, а в западных — «оставляет европейскую».

— Пока искал вакансии, заметил такую интересную картину: описание того, чего ждут от кандидата, не соответствует тому, что предлагается по обязанностям. Например, вакансия «джуна», то есть разработчика начального уровня, а требования — как к человеку, который уже три-четыре года в профессии. Выходит, компания занижает должность, чтобы, как я понимаю, меньше платить, — делится наблюдениями Андрей. — Думаю, это связано с переизбытком айтишников на белорусском рынке. Кроме того, обратил внимание, что вакансии, которые появляются, просматривают от трех до двадцати человек. Работодатели чувствуют: специалистов больше, чем запросов на них, и торгуются. Ну, либо это неграмотный HR-менеджер вывесил вакансии. Хотя такую нестыковку я увидел в нескольких объявлениях на сайте rabota.by.

По наблюдениям Андрея, вакансий на белорусском IT-рынке достаточно. Он говорит, что в Беларуси все еще продолжают работать «достаточно много компаний».

— Есть и иностранные фирмы, которые не ограничены санкциями в плане сотрудничества с нашей страной. Например, компании из ОАЭ, Израиля, Азии, — перечисляет Андрей. — Немало предложений из России, которая из-за оттока своих специалистов переключилась на нас. Я, например, рассматривал предложение из «Тинькофф Банка». Видел, что они активно играют на рынке. Плюс «дочки» еще нескольких российских банков — «Сбер Банк», «БелВЭБ» тоже активно ищут людей. Кстати, на вакансии в российских компаниях часто требуется не очень большой опыт работы. Могут брать и «джунов».

По словам Андрея, почти все коллеги, которых сократили с ним в одно время, уже нашли работу: кто-то в Беларуси, кто-то релоцировался. Мужчина тоже готов переехать, если этого потребуют новые работодатели. А вот уходить из IT в другую сферу не собирается:

— Лучше, как говорится, день потерять, но потом долететь за пять минут. То есть лучше я сейчас потрачу больше времени, но найду место, которое меня устраивает. Накоплений мне хватит, чтобы продержаться без напряга год-два, так что поиски на меня сильно не давят и я подбираю работу мечты. За последние две недели по результатам технических интервью я получил два оффера и могу выйти на работу хоть сейчас. Правда, в обоих случаях открылись нюансы, которые пока останавливают меня от принятия решения. В одном — крайне необычный, сдвинутый режим работы. К тому же нужен довольно быстрый релокейт, хотя компания никак не содействует в этом процессе. Плюс посчитал, что после переезда затраты на бытовые вопросы будут съедать около 30% зарплаты. Во втором, он в Беларуси, только офисный режим работы и зарплатная вилка примерно в два раза ниже ожидаемой и рыночной.

Фото: Pavel Danilyuk, Pexels.com
Фото используется в качестве иллюстрации. Фото: Pavel Danilyuk, Pexels.com

«На одну из этих вакансий кроме меня уже откликнулось около тысячи человек»

Дмитрию 25 лет, и он не работал в IT ни дня. Три года он трудился в сфере общепита и пришел к тому, что хочет профессионально расти и развиваться в другой сфере. Осенью 2021-го молодой человек записался на курсы в одну из IT-школ. В апреле 2022-го ее закончил, получил «корочку» Java-разработчика, с тех пор в поиске подходящей вакансии.

— Раньше, кого ни послушаешь, люди, которые заканчивали курсы, быстро находили работу. Многие мои приятели устраивались сразу. Я тоже думал, все будет хорошо, но затем случился февраль 2022-го — и все поменялось. Даже мои знакомые, которые изначально говорили, что готовы меня взять на работу, в итоге развели руками: «Прости, теперь мы не можем тебе ничего предложить», — описывает ситуацию Дмитрий. — После курсов я уволился из общепита. Денег, чтобы продолжать снимать жилье в Минске, не было. Возвращаться на прежнее место я не планировал: иначе застрял бы там надолго, а мне не хотелось терять полученные в IT знания. В итоге уехал в город, где живут мои родители, и уже оттуда стал искать вакансии.

С того момента молодой человек отправил около тысячи откликов. Почти 90% из них были по Беларуси. Практически на все он получил отказ еще на этапе резюме.

— Сразу решил, что оно у меня неверно составлено. Обратился в школу, где занимался, они мне сказали, какие моменты откорректировать. Я все сделал, но в поиске работы это не помогло, — продолжает Дмитрий.

По мнению молодого человека, причин у сложившейся ситуации несколько. Во-первых, после начала войны в Украине крупные компании уезжают из Беларуси, а зарубежные фирмы не хотят работать с нашей страной. Во-вторых, компании не хотят вкладывать деньги в обучение молодых специалистов.

— Насколько я знаю, раньше в крупных IT-компаниях были лаборатории, куда ты приходишь новичком. Там поднимают твои скилы, а дальше, если все хорошо, берут на работу, — отмечает молодой человек. — Но после февраля они свернули чемоданы и уехали. Теперь даже не представляю, куда можно пойти стажером.

При этом собеседник не отрицает, что в первые месяцы его поисков вакансий на рынке труда было много. В основном, отмечает он, это были предложения от небольших компаний. Возможно, он не может ничего найти из-за нехватки знаний? На это собеседник отвечает: «Вряд ли».

— IT-школа, которую я заканчивал, явно входит в топ-3 в стране. Мы прошли много всего. В чем тогда моя проблема, я не знаю. Компании, получившие мое резюме, об этом не писали, — рассуждает парень. — Раза три-четыре, когда я дошел до собеседования и общался с менеджером и техническим специалистом, их не устроило, что в некоторых областях я «плавал», но на курсах мы такого не проходили. Да и в требованиях это не прописывалось. Ребята рассказывали о ситуациях, когда, допустим, есть вакансия джуниора — Java-разработчика, а в требованиях пишут — опыт работы от трех лет, английский чуть ли не В2. Я и сам, когда читал описание большинства вакансий, думал: «Тебе бы годика три еще где-то поучиться для опыта». Но где? Где взять этот опыт? Некоторые советуют на фрилансе, но я смотрел, чтобы зарегистрироваться на сайте, который мне рекомендовали, опять же нужен опыт работы. Хотя, возможно, я не тот сайт смотрел… Но мне рекомендовали именно его.

Откликался молодой человек и на вакансии за рубежом — в России, Казахстане, Украине, Польше, Грузии. Однако компании в России и Казахстане отвечали, что готовы его принять, но с условием переезда.

— Я-то готов, но вопрос в том, что у меня нет денег на переезд. Чтобы месяца на три-четыре снять в другой стране жилье, нужен финансовый груз, а я его пока не заработал. Получается замкнутый круг, — говорит Дмитрий.

После семи месяцев неудачных поисков молодой человек устроился в такси, но продолжает смотреть вакансии в IT. Последние три месяца, говорит, специалистов с его скилами почти не ищут, в основном все предложения для уровня «сеньор» и «мидл», то есть для специалистов с опытом и стажем работы.

— За это время я высылал резюме всего раза два-три. На одну из этих вакансий кроме меня уже откликнулось около тысячи человек. Почему количество предложений настолько сократилось, я не знаю. Может, набрали ребят и больше не надо, — рассуждает собеседник. — Да и IT-школы продолжают пачками выпускать специалистов, которые готовы работать, а получается, никому не нужны.

Нашли ли работу другие ребята, которые выпустились с курсов в то же время, что и Дмитрий, он не знает. Видел лишь одного из парней, который писал в LinkedIn, что находится в поисках. На вопрос, что планирует делать дальше, собеседник отвечает так:

— Работать в такси и дальше искать вакансию в IT. Больше выбора у меня нет: работать в IT — моя мечта. Когда заканчиваю смену, приезжаю домой, читаю, смотрю обучающие ролики на YouTube. Стараюсь не терять знания, которые получил, не деградировать, а наоборот. Вдруг будет какое-то собеседование. Нужно быть готовым. Порой, конечно, руки опускаются, но я не сдаюсь.