Свято-Елисаветинский монастырь 9 мая отметил День Победы. В программе был крестный ход под российскими флагами с буквой Z и лозунгом «Своих не бросаем», а также с надписями «Мы русские, с нами Бог». До этого монастырь не раз собирал помощь российским солдатам, которые воюют в Украине. Почему в православных храмах все больше и больше политики? Может ли церковь в принципе быть вне ее? Об этом рассуждает священник Александр Кухта.
Александр Кухта
Белорусский православный священник, автор YouTube-канала «Batushka ответит».
Полтора года назад уехал из Беларуси из-за опасности преследования в связи с гражданской позицией. Перешел под юрисдикцию Вселенского патриархата, так как по соображениям совести не мог продолжать находиться в юрисдикции Московского патриархата.
Вообще тезис «церковь вне политики» спорный. Хоть и потертый. Потому что, ну, мы и правда не должны подстраиваться под сиюминутные веяния и идеологии. Даже если очень хочется и пахнет быстрой выгодой. Дескать, вы, церковники, на проповеди нашу повесточку продвиньте и глаза, где нужно, прикройте. А мы вам за это досок на храм подкинем. Слышали про такое?
А с другой стороны, если мы претендуем на моральный авторитет в обществе, то мы — часть политического процесса, нравится нам это или нет. Чтобы быть по-настоящему вне политики, нам нужно попрятаться в пещеры, и желательно поодиночке. Потому что если собраться вместе — уже возникает политическое пространство.
Но мы почему-то держимся за фразу «церковь вне политики», которая не работает. Посмотрите, как в последние годы официальный церковный нейтралитет все больше напоминает восточных обезьянок, которые закрывают рот, глаза и уши: не вижу пыток, не слышу мольбы о помощи и ничего не скажу в защиту тех, кому она нужна. Зато устроить селфи с чиновниками или предоставить храм для выступления Лукашенко — это всегда пожалуйста. В Беларуси этот политик каждый год на Рождество и на Пасху в каком-нибудь храме выступает. И говорит он совсем не о цветочках. Но почему-то это никого не смущает. Мы же вне политики!
А ведь настоящий «евангельский нейтралитет» — он не такой. Посмотрите на Христа! Христос не аполитичен. Конечно, Он не раздает комментарии о достоинствах современных Ему «партий» и не рассказывает, за кого голосовать на следующих выборах… Все еще хуже: Христос разрушает основы общества! Сначала Он собирает группу учеников и воспитывает в них ответственность и за самих себя, и за окружающих. А потом апостолы идут и меняют мир. Вот у меня после этого нет вопросов, почему римляне увидели в Евангелии попытку захвата власти и революцию и убили сначала Христа, а потом почти всех апостолов. Так как то, что они делали, — это политика.
А ведь за две тысячи лет ничего не изменилось. Власть — уже, правда, не римская, а белорусская — все так же хочет решать проблемы с помощью дубинки и кувалды, а Христос все так же учит любви и свободе.
Поэтому церкви должно быть без разницы, какая фамилия у правителя и в какой партии он состоит. Евангелие от этого не меняется. Вот сделал кровавый диктатор крохотное доброе дельце — отлично. Церковь радуется добру и возможному раскаянию. А если любимец публики — слуга народа — сделает гадость, правильно будет не покрывать, не подхалимствовать и не придумывать серые схемы. А сказать прямо, как есть. Назвать зло по имени. Потому что нельзя быть нейтральным ко греху, даже если грех — часть государственной системы.
Быть вне политики — это значит не смотреть на лица и звания, а следовать слову Божьему: проповедовать любовь, называть войну войной, черное черным, а белое белым. И не изменять себе. В противном случае церковь просто будут использовать — да и используют — в качестве подстилки, чтобы оправдывать государственное насилие. Дескать, раз церковники молчат (а ведь даже не молчат, а активно лезут обниматься), значит, они поддерживают то, что делает государство.
Зачем это нужно государству — удобная и карманная церковь, для которой слово «гендер» оказывается бóльшим злом, чем пытки и убийства, — это я понимаю. Но вот почему церковь играется в такую игру и предает сама себя, мне непонятно. Ведь как сказано в Евангелии, мы — соль земли. Но если соль потеряет силу, она становится ядом.
И сразу пример: 9 мая минский Свято-Елисаветинский монастырь устроил крестный ход под «Катюшу» и с российскими флагами. Посмотрите тот ролик, если не видели, потому что он — хорошая иллюстрация того, во что мутирует церковь, когда заигрывает с властью и забывает про Христа. Это уже не Церковь, а обычная гражданская религия, в которой от христианства осталась только форма.
Пока что крестный ход под «Катюшу» — это симптом. Далеко не первый, к сожалению. И если эта идеологическая зараза и дальше будет распространяться по телу Церкви, то православие в нашей стране рискует выхолоститься до уровня идеологического костыля для правящего режима.
С другой стороны, все не так плохо. Православная церковь — это очень большой и сложный организм. У нас тысячи священников и сотни тысяч прихожан. Все эти люди — белорусы. Я думаю, если мы выйдем на улицу и зададим вопросы о политике, истории, войне и событиях после 2020 года 100 случайным людям, проанализируем их ответы и сравним полученную картину с тем, как на те же самые вопросы ответят 100 случайных священников, — то мы получим примерно одинаковый результат. Потому что священники — это такие же люди. Они ходят по тем же улицам, читают те же СМИ и разговаривают те же самые разговоры на своих кухнях, что и обычные белорусы.
Просто сейчас время, когда громко слышны голоса откровенных фриков. Яркий пример — Ольга Бондарева. Кто о ней знал до 2020-го? Кто вообще ее слушал? Но сейчас по ее слову убрали памятник Ларисе Гениюш, который когда-то освящал сам митрополит Филарет. Получается, что в современной Беларуси слово Бондаревой весит больше, чем слово митрополита Филарета…
Но ведь никому не приходит в голову судить о всех белорусах на основании того, что говорит и делает Бондарева. Точно так же неправильно судить о всей Церкви, глядя на крестный ход с «Катюшей», потому что Церковь — это все мы.
Верю, что у нас достаточно сил и креатива, чтобы свидетельствовать о правде и любви и противостоять гнету государства, которому нужна карманная церковь, но не нужен Христос.
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.
