Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Население установило очередной рекорд, от которого у Нацбанка «дергается глаз». Ограничения не срабатывают
  2. «Любое прекращение огня пойдет на пользу России». Главное из сводок
  3. MAYDAY: В Бресте в 44 года умер начальник милицейского управления по борьбе с киберпреступностью
  4. Армия РФ заявила о захвате еще трех населенных пунктов под Авдеевкой, от чего будут зависеть ее дальнейшие успехи. Главное из сводок
  5. Паспортистка сорвала отпуск семье минчан — МВД пришлось заплатить больше 8000 рублей. Что произошло
  6. Литва закрыла два пункта пропуска на границе с Беларусью. Что с очередями?
  7. Авдеевка пала, на очереди Нью-Йорк? Рассказываем о значении боев за украинский город и возможном ходе событий после его захвата РФ
  8. «Говорят: „Спасите“, а ты понимаешь: перед тобой труп». Поговорили с медиком из полка Калиновского о том, как на фронте спасают раненых
  9. В Москве простились с умершим оппозиционером Алексеем Навальным. Показываем фотографии с похорон политика
  10. «Нас просто списали». Поговорили с директором компании, обслуживающей экраны, на которых появилось обращение Тихановской
  11. Чиновники вводят очередные изменения по «тунеядству». Что придумали на этот раз
  12. Изнасилованная в Варшаве белоруска умерла


Белоруска Ангелина шесть лет встречается с бельгийцем. Они не женаты, и расписываться, чтобы считаться семьей, им не обязательно. Дело в том, что молодые люди официально зарегистрировались как пара в городской администрации. Такой формат отношений в переводе с бельгийского называется законным совместным проживанием. Ангелина рассказала «Зеркалу» о плюсах и минусах такой жизни и о том, хочет ли все же замуж.

Снимок носит иллюстративный характер. Фото: рexels.com, the Shaan photography
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: рexels.com, the Shaan photography

Имена героев изменены в целях безопасности.

«Так было удобно: Мартину можно было платить меньше налогов, мне упрощало легализацию»

Ангелине 28 лет. В Бельгию она переехала 10 лет назад, сразу после окончания школы, получила образование и работает медсестрой. Уже шесть с половиной лет она встречается с 33-летним бельгийцем Мартином, из них пять пара живет вместе.

— Когда мы начали жить вместе, зарегистрировали официальное сожительство — это, можно сказать, упрощенная форма брака. Здесь нет ЗАГСов, жениться или относить заявление на такую регистрацию нужно в местную коммуну — городскую администрацию, — объясняет собеседница. — Мы решили это сделать, потому что так было удобно и выгодно. На тот момент я еще была студенткой, а Мартин уже полноценно работал. Таким образом ему можно было платить меньше налогов, потому что считалось, что он — единственный работающий человек в семье. Хотя я в выходные и на праздники всегда подрабатывала в больнице, чтобы обеспечивать себя, платить свою часть расходов на аренду, питание. Но официально это считалось так. Еще это упрощало легализацию для меня: сейчас я нахожусь в стране как член семьи гражданина Бельгии и по этому поводу скоро сама смогу получить гражданство.

Для оформления совместного проживания Ангелине и ее молодому человеку нужно было жить по одному адресу (это приходил проверить участковый) и не быть в браке с другими людьми. Больше никаких условий нет.

— Это заняло буквально пару минут — мы подписали документы, и теперь все указано в наших паспортах. У нас не бумажные паспорта, а пластиковые айди-карты, поэтому данные просто внесены туда, — говорит белоруска.

«Почему я должен идти в администрацию и говорить, что хочу на тебе жениться?! Покупка дома нас больше связывает, чем какая-то свадьба»

У пары общий бюджет на жилье и бытовые нужды, общие расходы, в остальном — у каждого свои деньги. Два года назад молодые люди купили в пригороде участок с домом. Каждый вложил свою долю для первого взноса, и теперь Ангелину и Мартина на 20 лет связал совместный кредит.

— У нас есть общий счет, куда мы каждый месяц сбрасываем деньги на кредит, еду, коммуналку, дополнительно — отпуск, если едем вместе. Все остальное, что остается с зарплаты, тратим на свои нужды. Мои деньги — это мои, его — это его деньги, я на них не претендую. Никто никому ничего не должен, — описывает свой быт собеседница. — Дом принадлежит нам не 50 на 50. Мартин больше зарабатывает, на момент покупки он смог вложить больше денег, поэтому и его часть дома тоже больше. Но мы и какие-то крупные расходы, например, если сломалась батарея, тоже по-разному рассчитываем. Его доля в доме больше — он вносит сумму выше. Недавно покупали шторы, там тоже его и моя части. Мы так договорились, нам так комфортно, потому что работаем в разных сферах и у нас разный заработок. И если мы расстанемся, мы так же поделим это имущество. У нас никогда не было ссор «ой, я за это заплатил больше» или еще что-то.

Снимок носит иллюстративный характер. Фото: рexels.com, Мария Овчинникова
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: рexels.com, Мария Овчинникова

Белоруска объясняет, что в их случае, если кто-то решит продать дом, без согласия второго партнера это невозможно. Также у обоих есть обязанности — например, помогать друг другу в домашних делах. А если у кого-то из них были бы долги, второй должен был бы их выплачивать. В целом, по словам Ангелины, такое официальное сожительство дает много гарантий:

— Например, если с кем-то из нас что-то случится. Если вдруг не станет Мартина, его часть дома перейдет его семье, но я буду иметь право там жить, сколько захочу, и меня никто не сможет выгнать. Так же и в обратной ситуации. То же самое с наследством — какие-то вещи переходят мне, а мои — ему. Но когда мы покупали этот дом, то по совету нотариуса сразу составили завещания. Они хранятся в специальном онлайн-сейфе. По ним моя часть в случае чего переходит Мартину, а его — мне. Это честно: наши семьи не имеют никакого отношения к этой покупке, мы вкладывались в дом сами и хотим, чтобы он остался кому-то из нас.

Если разводится пара, которая была в браке, то, когда нет брачного договора, имущество делится пополам. В нашем случае по-другому. Дом делился бы по долям, кто сколько в него вложил, вещи, которые покупали с общего счета, тоже пополам. А если я, например, купила телевизор, он считается моим, а не общим, а Мартин покупал компьютер — это его компьютер.

По словам Ангелины, многие бельгийцы оформляют совместное проживание до свадьбы, но немало пар живет всю жизнь, не регистрируя брак. В этом белоруска видит много плюсов, хотя такой формат отношений — инициатива Мартина.

— Многие люди так никогда и не женятся. Скорее всего, такой вариант будет и у нас. Хотя мне бы очень хотелось замуж — красивая свадьба, бриллиантовое кольцо, платье, вот это вот все, — смеется собеседница. —  Мартин более практичен, считает, что свадьба нам не нужна, потому что мы и так по документам, можно сказать, в браке. Когда мы это обсуждаем, он говорит: «Мы оба застрахованы, у нас есть завещания. Почему я должен идти в администрацию города и говорить, что хочу на тебе жениться?! Покупка дома нас намного больше связывает, чем какая-то свадьба».

И я с ним согласна. Мы вместе шесть с половиной лет, у нас зарегистрированы отношения. Мне кажется, 20 лет кредита и покупка дома больше привязывает людей! (смеется) Потому что в Бельгии ты платишь столько за это, что просто ужас! Мы только за налоги и услуги нотариуса отдали 40 тысяч евро, а это даже меньше 10% стоимости дома. Если сейчас все продавать, это равно выбросить в мусорку деньги. Я даже не хочу представлять, сколько забот навалилось бы: закрыть кредит, продать дом, все поделить…

Снимок носит иллюстративный характер. Фото: рexels.com, Дмитрий Звольский
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: рexels.com, Дмитрий Звольский

«Если у нас при совместном проживании родятся дети, они не сразу будут признаны детьми Мартина»

Пара считает, технически роспись ничего не изменит в их жизни, а совместное проживание и так дает им достаточно прав. Хотя и минусы в таком формате тоже есть, говорит девушка:

— У нас все-таки есть документ, что мы пара, а не чужие люди. Если кто-то потеряет работу, второму снизят налоги, потому что ему нужно будет заботиться о своем партнере. А в жизни может случиться что угодно, и только таким образом государство поможет. Ну и еще — брак не дает гарантий, что вы не разойдетесь. При этом нужно будет разводиться, делить имущество. Это сложный процесс. В официальном сожительстве ты просто идешь в администрацию, и вас удаляют из системы. Никакой головной боли, никаких адвокатов, судов.

Единственное, почему есть смысл расписываться, — это дети. Если у вас в браке появляются дети, муж автоматически считается их отцом. Если у нас при совместном проживании родятся дети, Мартина отцом признают не сразу. Нам опять же надо будет идти в городскую коммуну, где он должен будет сказать: «Да, это мои дети». Только так их зарегистрируют на него. Поэтому, возможно, если мы захотим детей, сыграем свадьбу. Но на этом этапе мы не планируем детей. Мне 28 лет, сейчас хочется найти себя, свое хобби, призвание в жизни — у меня нет нужды стать мамочкой. У Мартина стремительно развивается карьера, иногда его работа настолько кипит, что он сидит за компьютером днями и ночами — какие дети? У него сейчас просто нет времени на какие-то серьезные заботы.

— Еще из минусов, может, что Мартин не подарил мне кольцо, когда мы шли регистрироваться (смеется). Хоть это и не такое большое событие, но на работе в таком случае дается небольшой отпуск или какой-то подарок. Мартину, помню, подарили 250 евро на праздничный ужин. На моей нынешней работе дается два или три дня отпуска, а если выходишь замуж, положена неделя.

«Мои родители хотят, чтобы мы с Мартином скорее поженились»

Ангелина и Мартин видят свое будущее друг с другом, строят планы на совместную жизнь. Пару все устраивает, только периодически девушке приходится отвечать на вопросы родителей в Беларуси, почему они не женятся и, возможно, никогда к такому шагу не придут. Для старшего поколения это неблизко.

— Моя бабушка всегда говорила: «Если вы счастливы — это самое главное». Остальное ее не волновало, — объясняет собеседница. — Так и в вопросе брака, и в вопросе детей. А вот мои родители хотят, чтобы мы с Мартином скорее поженились. Но в этом нет смысла, мы и так счастливы. Я чувствую огромную разницу в менталитете с постсоветскими странами. Там, если ты не замужем, а просто живешь вместе, — «это все фигня». Тут такого нет, люди о женитьбе думают в последнюю очередь.

Папа еще долго не мог понять, что дом у нас на самом деле общий. Все время говорил: «Вот вы не поженились, купили дом, а он — Мартина. Ты сейчас платишь деньги на ветер». Это абсолютно не так. В Бельгии, если покупаешь недвижимость, можешь регистрировать ее на нескольких человек, то есть наш дом — на мне и на Мартине. Как и кредит — он на нас обоих. Поэтому мы оба защищены. Даже если мы расстанемся, есть документы, где прописано, кто сколько заплатил. Поэтому все легко решается, никто никого не может обмануть. Это наш общий дом, у меня нет ни капельки сомнений, что моя часть куда-то пропадет.

Но в целом на меня родные не давят, тем более они знают Мартина, знают, что он хороший человек, не бросит меня просто так и всегда поможет с теми же документами, потому что он адвокат и больше в этом разбирается. Причем мы договорились, что в случае чего он поможет, даже если мы расстанемся и будем ненавидеть друг друга! (смеется) Я знаю этого человека, он очень добрый и любит меня до Луны и, как там говорят, обратно. (смеется)

Снимок носит иллюстративный характер. Фото: рexels.com, Сhermiti Мohamed
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: рexels.com, Сhermiti Мohamed

Ангелина говорит, что чувствует себя в отношениях уверенно. Так же, по ее словам, и он. И не переживает, если погулять на собственной свадьбе ей не удастся.

— Я счастлива в этих отношениях. Каждый из нас в паре защищен. Может, это звучит как-то холодно, мол, я защищаю свое имущество, он — свое. Но мы живем в таком мире, когда в жизни может случиться что угодно. Раньше жена сидела дома с детьми, а муж работал, и у нее в случае чего даже не было средств. У меня есть собственные деньги, я самостоятельна и независима, могу уйти из отношений и не остаться на улице. Я очень рада, что у нас есть и общее, и у каждого свое, чтобы быть свободными и не чувствовать себя в клетке.

Несколько моих знакомых пар долго встречались, потом поженились, а через год расстались. Поэтому я бы и хотела выйти замуж, побыть принцессой один день, но у меня нет паники, что меня бросят и наступит конец света. Если этого не случится, я не умру. Ни с сожительством, ни с завещанием у меня не было предрассудков. Может, это потому, что я в Бельгии уже десять лет и на многие вещи смотрю уже другими глазами — для меня это норма. Я себя прекрасно чувствую, Мартин ко мне хорошо относится. Самое главное — что мы счастливы, у нас есть дом, два замечательных кота, прекрасная жизнь, и больше мне ничего не надо.