Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Лукашенко считает, что «нацист — это националист худшей закваски». Объясняем, чем на самом деле отличаются эти две идеологии
  2. ATACMS — это угроза для российской авиации и не только, успехи ВСУ южнее Работино, армия РФ пытается окружить Авдеевку. Главное из сводок
  3. «Мы под серьезной угрозой». В Польше забеспокоились из-за выданных белорусам IT-виз и возможной продажи карт поляка через Telegram
  4. В белорусских школах появится очередной факультатив (похоже, обязательный) по больной для властей теме
  5. Al Arabiya: Число погибших при ударе по больнице в секторе Газа превысило 500
  6. Уклониться от повестки или извещения больше не получится. А призывать в армию будут по СМС
  7. Израиль назвал страны, которые поддержали его в войне, осудили или остались нейтральными. Угадайте, куда попала Беларусь
  8. Срок — дольше, штрафы — больше. В Беларуси хотят ужесточить наказание за уклонение от армии
  9. В Беларуси вынесли очередной смертный приговор
  10. «Когда ваш этот… Господи, как его зовут… Александр Григорьевич». Интервью с мэром Днепра, на которого завели уголовное дело в Беларуси
  11. «Не знаю, что будет с квартирой». У некоторых политзаключенных и их родственников есть финансовая проблема, о которой редко говорят
  12. «Это унижение». Большое интервью «Зеркала» со Светланой Алексиевич
  13. Минск снова «огрызнулся» на санкции. Чиновники придумали, как отомстить «недружественным» странам и «стрясти» с них денег
  14. Что будет с визами, границей и паспортом Новой Беларуси? Поговорили с главой партии, которая будет формировать польское правительство
  15. Рейд морпехов ВСУ на оккупированный берег Днепра и продвижение вглубь, попытки россиян улучшить положение у Клещеевки. Главное из сводок
  16. СМИ сообщило о задержаниях белорусов в визовых центрах Польши. Вот что нам удалось узнать
  17. Айтишника посадили на 6 лет за донаты белорусским добровольцам в Украине. Как силовики его отследили
  18. На подмогу Украине. Компания с белорусскими корнями, создавшая World of Tanks, запустила благотворительный проект для помощи Киеву
  19. «Это хорошо, потому что в прошлом году тесты были слишком легкими». В ЦЭ и ЦТ вернут более сложные задания


В начале мая Всемирная организация здравоохранения официально отменила чрезвычайное положение, объявленное из-за пандемии COVID-19. Мир перестал носить маски и сдавать тесты, чтобы перемещаться между странами. Между тем люди, которые переболели коронавирусом несколько лет назад, сталкиваются с проблемами. Для них пропадают запахи и вкусы или искажаются до неузнаваемости. Вот две такие истории.

Фото: Reuters
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Reuters

Имена собеседников изменены в целях безопасности.

Ольга, 45 лет, Минск: «Запах продуктов — смесь кошачьих фекалий и формалина»

Я переболела ковидом в ноябре 2020 года. Болезнь протекала не очень тяжело. Была температура около 37 градусов, 10% легких было поражено. Первые несколько дней очень сильно болела голова — затылочная часть справа. Потом врач сказал, что там находится отдел мозга, который отвечает за запахи и вкус. Обоняние и вкус пропали на три месяца, затем вернулись, но в искаженном виде. Я была рада и этому.

В мае 2021 года внезапно продукты питания стали невыносимо вонять. Смесь запаха кошачьих фекалий, формалина и еще непонятно чего. Почти ничего не могла есть, только макароны и рыбу. Хуже всего пахли мясные и молочные продукты, лук и яйца.

За два года настоящие вкусы и запахи так и не вернулись. До сих пор не могу есть яйца, чеснок, лук, некоторые виды колбас. В кафе и ресторанах прошу блюда без лука. Если иду в гости к знакомым, для меня готовят отдельно. Врачи ничего сделать не могут. Сказали, что это длительный процесс. Протекает у всех по-разному. Нормальное обоняние может не вернуться никогда.

Еще я стала очень чувствительна к запаху пота. Просто невыносимо ездить в общественном транспорте. Стараюсь ходить пешком. Я работаю учителем, и физически не могу находиться в аудитории, если там есть хотя бы один нечистоплотный человек.

После ковида появилось тревожное расстройство. Пришлось обратиться к психотерапевту. Пропал и нормальный сон. Уже больше двух лет не могу выспаться, сплю в берушах и маске.

Мне 45, но я уже могу забыть какое-нибудь слово, а ведь мне постоянно надо что-то рассказывать ученикам. Думаю, моя жизнь прежней уже не будет. Болезнь повлияла на работу мозга.

Мария, 30 лет, Минск: «Для меня трагедия, если в офисе кто-то разогрел в микроволновке еду с луком — дышать становится невозможно»

Я переболела ковидом в декабре 2020 года. Болезнь протекала без осложнений, только на несколько дней пропали обоняние и вкус. Самое неприятное ждало меня впереди.

После выздоровления мне перестал нравиться запах духов, стиральных порошков, прочей химии. Еще через год буквально в один момент стали отвратительны на вкус многие продукты. Одно время я даже не могла пить чай и кофе.

Это сложно описать словами. Лук и пот теперь пахнут — вернее, воняют — одинаково. Похоже на какую-то гниль, наверное. Гнилью отдают и яйца. Запах чеснока теперь трудно с чем-то сравнить, что-то очень мерзкое. Огурцы вообще ни на что не похожи, нет таких запахов в мире. Арбуз тоже таким огуречным ароматом отдает. Почему-то манго и все продукты с манго воняют, как помет кота. Бытовая химия тоже по-другому пахнет. Бензин похож, наверное, на краску, тоже сложно описать.

Врачи выписывали препараты, витамины, но ничего не помогло. Советовали делать ароматерапию с эфирными маслами, но тоже без результата.

Как изменились мои привычки? Готовая кулинария — до свиданья. На работу приходится делать ссобойки, потому что обед из магазина всегда будет с луком или чесноком. Много раз уже бывало, что продавцы меня убеждали в обратном, и очередная котлета отправлялась в мусорку или на обед бездомным собакам.

Для меня трагедия, если в офисе кто-то разогрел в микроволновке еду с луком, — дышать становится невозможно.

В семье всегда готовим два варианта блюда — отдельно для меня и отдельно для всех остальных.

Так и живем.

Что такое постковидный синдром?

По данным ВОЗ, в 2020–2021 гг. примерно у 17 миллионов человек в Европе наблюдались долгосрочные последствия COVID-19. Даже сейчас, когда самый тяжелый этап пандемии, вероятно, уже миновал, риск развития постковидного синдрома после заражения COVID-19 остается столь же высоким (примерно 10−20% от общего числа инфицированных).
 
Поскольку это совершенно новый синдром, врачи часто не могут с уверенностью определить наиболее эффективные пути оказания помощи пациентам с длительным COVID-19. С учетом того, что у лиц с этим патологическим состоянием было зафиксировано в общей сложности более 200 различных симптомов, универсальных подходов к его лечению не существует.