Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Визовый центр Польши сообщил о важном нововведении для пожилых беларусов — владельцев карт поляка
  2. Россия продолжает свою кампанию по дестабилизации ситуации в странах — членах НАТО: в ISW привели свежие примеры
  3. Лукашенко подписал закон, по которому родители смогут сдать «трудных» детей в закрытые спецшколы
  4. Что будет с банками, если экономика серьезно просядет? Вот что говорит регулятор
  5. В Минске начался массовый суд за участие в акциях протеста
  6. Для тех, кто имеет доступ к гостайнам и выехал за границу без разрешения, ввели уголовную ответственность
  7. Стало известно, какую сумму государство получило за «отжатый» у частника экс-McDonald's (у ресторанов новый собственник)
  8. «Было 20 рапортов за неделю, а здесь — 200». Поговорили с экс-заключенным, которого перевели с Володарки в новое СИЗО под Минском
  9. В Могилеве бюджетников отправляют на семинар про «сильного лидера». За вход нужно еще и заплатить (угадайте сколько)
  10. В воскресенье до +38°С. Когда из Беларуси уйдет тропическая жара
  11. У бывшего ведущего ОНТ Ивана Подреза конфисковали квартиру. Его 78-летнюю мать выставили на улицу
  12. Вынесли приговор главному инженеру филиала «Миноблавтотранса» за ДТП с маршруткой с 13-ю погибшими под Смолевичами. Вину он не признал
  13. Невероятная воля Англии. На чемпионате Европы по футболу определился второй финалист
  14. «Группа Вагнера» набирает наемников для работы в Беларуси. Попытались устроиться — и вот что узнали
  15. Оперная певица Маргарита Левчук вышла замуж. Пара ждет ребенка


Вероника Безрученко все детство провела в деревне Ведрич (Гомельская область), училась в школе агрогородка Василевичи и побывала за это время в Минске только один раз — со школьной экскурсией. После школы она поступила на физфак БГУ, стала изучать оптику, получила ученую степень и оффер от бельгийского стартапа Morrow N.V. Стартап изготавливает очки с ЖК-линзой для людей с глазными заболеваниями, пишет Devby.io.

Вероника Безрученко. Фото из личного архива
Вероника Безрученко. Фото из личного архива

Между физикой и общественной жизнью (дайте две)

— Мой папа работал главным инженером, мама — учителем физики, математики и астрономии в школе в деревне Ведрич Гомельской области, — рассказывает Вероника Безрученко, кандидат физико-математических наук, инженер по материалам в стартапе Morrow N.V. — После чернобыльской катастрофы здоровье папы ухудшилось, сделали операцию на легких. Врачи посоветовали покинуть наиболее зараженную территорию — родители уехали, но после моего рождения вернулись в ту же деревню.

В школе у меня легко шла химия и математика. Всю среднюю школу думала, что буду поступать в Мозырский педагогический университет (туда поступили обе старшие сестры). Никогда не мечтала дальше. Но летом 2007 года, перед подачей документов в вуз, мама услышала по радио выступление декана физического факультета БГУ Виктора Анищика — он упомянул про недобор. И мы приняли решение.

На тот момент для меня было фантастикой поступить в главный классический вуз страны, в столицу. В Минске до этого была только один раз с экскурсией, потом с классом заходила в «МакДональдс».

Я выбрала квалификацию физика-исследователя. Учиться там было настоящим счастьем. Но я однозначно уступала другим первокурсникам. Были проблемы с производными, интегралами. Когда я что-то не понимала, подходила к преподавателям — они пытались мне объяснить все тысячу раз. Преподаватели не выделяли меня как глупую или неспособную.

Параллельно я была старостой группы, затем курса, факультета, секретарем совета старост университета. Много времени уделяла общественной деятельности, организовывала конкурсы талантов, радиоведущих, «Мисс физфак», конкурс «Сигареты на конфеты» — мы меняли шоколадные батончики, конфеты на сигареты, которые потом сжигали в железном контейнере.

Научная карьера

Я распределилась на кафедру физической оптики с 3 курса. Больше всего на это решение повлияло мнение Анатолия, моего нынешнего супруга. Он учился на той же кафедре. Сегодня мы вместе уже 15 лет.

Вероника Безрученко. Фото из личного архива
Вероника Безрученко с мужем. Фото из личного архива

На 5 курсе я выполняла дипломную работу в Институте химии новых материалов НАН Беларуси. Тематика — жидкие кристаллы и анализ фоточувствительных ориентирующих слоев — звучала очень масштабно, сильно, актуально. Меня восхищала эта работа! После защиты (на 10 баллов, очень этим гордилась) мой научный руководитель предложил пойти в магистратуру НАН.

Мне казалось перспективным работать в Академии, заниматься тем, что получается и нравится, жить в общежитии. Если выселяться из общежития, то надо снимать квартиру. Это дорого: 150−300 долларов. Зарплаты были неплохие в Академии, меня все устраивало.

После магистратуры научный руководитель предложил пойти в аспирантуру по теме «Жидкокристаллические линзы». Пока там училась, два раза брала академические отпуска и уходила в декрет. Поэтому обучение в аспирантуре растянулось до 2022 года.

— В чем значение ваших разработок для науки, если простыми словами?

— Я входила в состав группы авторов, которые создали новые полимерные фоточувствительные слои для ориентации молекул в ЖК-устройствах.

В этих слоях можно ориентировать молекулы в два этапа: натиранием тканью и последующим облучением УФ-светом с особым профилем пучка. Получается, без воздействия света ЖК ориентируются вертикально, а после воздействия — планарно (плоско). И после воздействия — облучения — облученные зоны работали как линзы, из которых, например, можно сделать 3D-дисплей.

То есть на основе этих новых слоев мы создали линзу. Таким способом до нас никто в мире не делал ЖК-линзы.

Публиковались мы (наша группа ученых) в белорусских и российских журналах, в зарубежных журналах моей научной направленности: Journal of the Society for Information Display (1, 2), Molecular Crystals and Liquid Crystals, Journal of Applied Spectroscopy.

Вероника Безрученко. Фото из личного архива
Вероника Безрученко. Фото из личного архива

Письмо от оптического стартапа из города мечты

Защита моей диссертации проходила в четыре этапа. И после второго я сама себя похвалила и решила залезть в соцсети, посмотреть, что происходит.

10 марта 2022 года открыла почту и увидела сообщение от компании Morrow N.V. Они прочитали мои статьи — и заинтересовались.

Эта бельгийская компания производит очки для людей, страдающих миопией. Такие люди нуждаются в двух парах очков — чтобы смотреть вдаль и вблизи.

Видели очки, где в нижней части встроена стеклянная увеличивающая линза? Morrow эту стеклянную нижнюю линзу заменили на управляемую ЖК-линзу Френеля. Если покупать очки со стеклянной линзой, увеличивающая линза мешает, когда человек спускается с лестницы. Изображение, которое находится «под ногами», не нужно увеличивать. Поэтому случаются падения и другие несчастные случаи. Но если линзу можно отключить, когда она не нужна, а потом включить, то очки становятся более функциональными. Такая функция есть у линз Morrow.

Morrow находится в городе Гент, работать в котором я мечтала к тому моменту уже пять лет.

— Почему мечтали именно про Гент?

— В 2017 году на конференции в Берлине я познакомилась с профессором Гентского университета Кристианом Нейтсом, руководителем группы «Жидкие кристаллы и фотоника». Долгое время после конференции мы общались по-дружески. В 2019 году он приехал в Минск, был одним из организаторов аналогичной конференции по жидким кристаллам в Беларуси.

Он рассказал, что в Генте есть университет, который готовит специалистов по жидким кристаллам. И есть предприятия, на которых можно работать после его окончания. И с 2017 года у меня появилась мечта: работать в Генте.

И вот Morrow в письме пригласили меня на собеседование.

— Почему Morrow N. V так заинтересовались, что отыскали специалиста в Беларуси и готовы были ко всем сложностям с релокейтом? И даже после 24 февраля 2022 года.

— Я кандидат физико-математических наук, десять лет работаю с ЖК, опубликовала ряд исследовательских работ высокого научного уровня. В публикациях нашей научной группы содержится редкая информация о поведении энергии сцепления. Им нужны хорошие специалисты с опытом работы в этой области.

В середине марта я прошла интервью в Morrow N. V, и мы договорились, что поговорим еще раз после защиты диссертации.

Релокейт — но не в город мечты, а в Германию с компанией мужа

Тогда как раз началась война.

Муж работал на немецкую компанию (PAUL Tech, специализируется на экономии энергоресурсов в частных домах и квартирах), и ему предложили релоцироваться. Было страшно и непонятно, будут ли мобилизовывать в нашей стране или не будут. К тому же компания сворачивала бизнес в Беларуси, поэтому особого выбора не было.

Я успела защитить диссертацию 13 мая, и нас ничего не держало. Не было квартиры, которую было бы очень жалко оставлять. Это была возможность выучить языки, поработать на зарубежную компанию, посмотреть на быт и культуру другой страны.

В Германии мы живем в Манхайме, недалеко от Франкфурта. Квартира — в километре от старого города, площадь около 100 кв. м., 1100 евро в месяц. Когда заселялись, в квартире была электроплита, навесные шкафчики и небольшая полочка Ikea — и все.

— Что нравится и не нравится в новой стране?

— Очень нравится инфраструктура, как обустроены парки, бассейны. Тут много красивых зданий с лепниной и ажурными балконами. Нравится, что в небольших поселениях тоже все условия созданы для жизни, есть такие же супермаркеты, как в крупных городах, обилие продуктов. Хорошие дороги везде, ухоженные территории и аллеи, хорошее сообщение с городами, много трамваев, скоростные поезда. Нравятся мероприятия, которые проходят в городе, концерты, выставки.

Непривычно после Беларуси ходить в «практики» вместо поликлиник, записываться к врачам на прием и ждать в очереди месяц. Непривычно, когда поезда опаздывают на час и больше. Непривычно получить место в саду для ребенка только на столько времени, сколько длится твоя работа. Причем школы и сады работают только до 16.30−17.00, а работа до 17.30−18.00. Непривычно, что в воскресенье все магазины закрыты.

Как жить в Германии, а работать в Бельгии — причем в офисе

Вероятно, Morrow N. V ждали, пока мы комфортно устроимся в Германии, пока шок релокации пройдет. И 11 июля пригласили на собеседовании в Гент.

По дороге туда мой поезд сломался — дорога заняла 4 часа вместо двух. Это было странно, казалось, что судьба говорит туда не ехать. Но я предпочитаю воспользоваться всеми возможностями, поэтому доехала.

Я успешно прошла собеседование с учредителями, и мне предложили парт-тайм контракт на три дня в неделю (они знают, что у меня маленькие дети). В ноябре мы получили вид на жительство в Германии — с этого момента можно было работать на территории ЕС. В декабре я наконец вышла на работу.

Каждую неделю я в Генте с понедельника по среду. В середине недели приезжаю домой, и у меня еще четыре дня выходных.

Никогда не думала, что буду вот так жить на две страны.

— А почему нельзя работать удаленно из Германии?

— Удаленной работы как таковой у них нет: нужно работать на устройствах, которые находятся в исследовательской лаборатории компании. Плюс могут возникнуть вопросы с налогами.

— Семья не возражала?

— Муж пошел мне навстречу, дал возможность поработать там, где я хочу. И в этом есть плюсы. Если жена работает, у нее меньше депрессий, ее мысли заняты, она счастлива. И обстановка в семье от этого только лучше.

Вероника Безрученко. Фото из личного архива
Вероника Безрученко с детьми. Фото из личного архива

— Расскажите про условия работы.

— Условия хорошие. Никогда еще не встречала компании, которая бы так финансово поддерживала своих сотрудников. Оплачивают аренду квартиры в Генте (30 «квадратов», например, стоит 610 евро), билеты в Гент и обратно, курсы английского языка. Моя преподаватель оценила мой английский как уровень A2. Сейчас мы на B1. Через пару месяцев начнем B2.

— А зарплата?

— Не могу назвать из-за NDA. Но если в семье четыре человека и нужно снимать квартиру, хорошо одеваться, питаться, покупать мебель, то доход в Германии должен быть не меньше четырех тысяч евро в месяц.

Почему Вероника считает, что «очень отстает от хорошего работника в Европе»

— Как устроена работа?

— Команда многонациональная, процессы на мировом уровне. Я работаю инженером по материалам — по сути, рядовой инженер с исследовательским уклоном. Тут много работы исследовательского характера. Эта работа позволяет применять мои знания и получать новые в моей области. Остального сказать не могу из-за NDA.

Я вижу, что моих умений для этой работы недостаточно. Нужно много работать, чтобы добраться до тех навыков, которых они от меня ждут. Как и в момент поступления в БГУ, я была очень слабой.

Здесь недостаточно просто писать статьи и исследовать. Нужно уметь коммуницировать с другими компаниями, находить устройства, которые необходимы для твоей работы, делать хорошие презентации, чтобы доходчиво и быстро предоставить информацию об идее или о том, что сделано. Нужно уметь программировать, в частности Python, чтобы автоматизировать работу.

Пока же я очень отстаю от хорошего классического работника в Европе. Тут нужно быть самостоятельной единицей и абсолютным экспертом в своей области, принимать решения, брать ответственность. Немножко по-другому тут работает система трудоустройства, чем у нас.

Вероника Безрученко. Фото из личного архива
Вероника Безрученко. Фото из личного архива

Не скажу, что мне этот переход дается легко. Но я наслаждаюсь возможностью работать с крутыми людьми. Впитываю информацию как губка, не упускаю возможности изучить все, что нужно для моей дальнейшей карьеры. Да, это очень сложно, но я не жалуюсь и рада этому.

Очень хочу начать программировать, чтобы быть более привлекательной на рынке труда в Европе.

Я не хочу стать программистом как таковым — хочу быть оптиком-жидкокристальщиком с умением программировать.

— Как успевать жить и работать на две страны, заниматься наукой, осваивать программирование, стремиться быть «классическим работником в Европе», растить двоих детей?

— Если хочешь многое успеть, приходится много работать, иногда в ущерб сну и даже питанию. В моем случае, когда дети были маленькие, а эксперименты на работе к диссертации делать нужно, то приходила мама и помогала с малышами. А черновик диссертации писался по ночам, как и у всех женщин-аспиранток с детьми.

В Германию, к счастью, мы с моей родной сестрой Маргаритой переехали вместе. Когда я вышла на работу, первые несколько месяцев присматривала за моей дочерью она, пока город не выделил няню. Но и сейчас иногда нуждаюсь в ее поддержке и помощи.

— Город выделил няню? Как это?

— Организация «Югендамт» — управление по делам молодежи — предоставила няню бесплатно. По закону тут положен уход детям, родители которых работают и не могут самостоятельно присматривать за ними в рабочее время. Обычно детей принимают в сады, но в нашем городе свободных мест в садах не оказалось. И город нашел для нас другое решение. Няне мы оплачиваем только питание (это около 80 евро в месяц).

Что изменила война

 — Как исследователь и специалист с белорусским паспортом — вы почувствовали, что отношение научного сообщества или коммерческих компаний изменилось?

— К войне я отношусь негативно. Я мать двоих детей и знаю, как тяжело рожать, растить и учить. Мы в XXI веке — веке технологий, мощной науки и образования. Больно смотреть на захватнические войны.

Да, на паспорт и гражданство, безусловно, смотрят и не хотят взаимодействовать с Беларусью. Однако не против, чтобы специалист к ним релоцировался. Выходит, что знания и опыт важнее гражданства.

У меня редкая специальность, хороших специалистов в области жидких кристаллов не так много в Европе, потому что основная масса ЖК-предприятий находятся в Китае, Корее, на Тайване. Соответственно, и большинство специалистов находятся там.

— Скучаете по дому? Допускаете, что вернетесь?

— По дому, конечно, скучаю, и по деревне, и по Минску. В каждом уголке, где я находилась, остался кусочек моей души. Не знаю, как жизнь повернется, не заглядываю далеко. Но знаю, если так будет нужно, вернусь с огромным удовольствием.

Читайте также на Devby.io:

Как минчанка попала на работу в NASA и изучает космическую погоду

Как белорусские выпускники поступают в Польшу и Россию — и повлияла ли война. 4 истории

EnCata будет штамповать заводы, которые штампуют дома