Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. В Березовском районе сгорел дом, в котором жила многодетная семья. Погибли четверо детей в возрасте от 2 месяцев до 6 лет
  2. Самая большая взятка для Лукашенко? Новое расследование BELPOL о строительстве резиденции политика на Минском море
  3. Понимал, что болезнь смертельная, но верил в жизнь. Умер экс-боец ПКК Александр Царук — он вернулся с войны и узнал, что у него рак
  4. 58 человек погибли, судьбы многих выживших оказались сломаны. Вспоминаем, как почти 40 лет назад под Минском разбился самолет
  5. Иран прокомментировал итоги атаки на Израиль и рассказал о своих дальнейших планах
  6. «Вся эта ситуация — большое горе». Поговорили с сестрой пророссийской активистки Мирсалимовой, уехавшей из-за «уголовки» за политику
  7. Лукашенко уже 17 дней не может назначить главу своей администрации. Вот почему это странно
  8. Чиновникам дали задания, как мотивировать беларусов работать дольше и не увольняться. Бюджетников и уехавших тоже касается
  9. Снарядов не хватает, украинцам приходится отбиваться стрелковым оружием. США не помогают Украине — и вот к чему это приводит
  10. «Повлиять на ситуацию не можем, поэтому готовы и ждем». Связались с беларусами в Израиле — как они провели ночь во время иранской атаки
  11. «24 часа от Минска до аэропорта в Варшаве». Автобусный коллапс на границе с Польшей продолжается


Домашнее насилие, с которым сталкиваются многие семьи в Беларуси, нередко оборачивается трагедией. Мужья убивают жен в пьяном угаре, жены при очередном избиении, боясь за свою жизнь, хватаются за нож и наносят мужьям смертельные раны. Подобные случаи занимают немалую долю в статистике убийств. Но что происходит с женщинами, которые совершили преступление в попытке защититься от атаки домашнего агрессора? Как оценивает такие дела суд и какие сроки дает белорускам? Рассказываем на реальных примерах.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Unsplash.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Unsplash.com

Кровавая драма в Озерах

Наталья и Леонид (имена вымышлены) жили вместе в агрогородке Озеры Гродненского района. Женщина воспитывала двоих детей, мужчина по большей части пил. Наталья часто жаловалась на сожителя участковому и в сельсовет, сообщала, что он устраивает дома пьяные скандалы, унижает ее и высказывает угрозы. Сельчанка просила что-нибудь сделать, заставить Леонида вернуться к себе домой в другом районе, но никто никак ей не помог.

Однажды мужчина пришел домой сильно пьяным и попросту валялся во дворе на земле. Она сделала его фотографию и переслала главе сельсовета. Та приехала с участковым и зафиксировала факт. За этим опять же ничего не последовало (впрочем, и вряд ли могло по закону).

Но спустя неделю та самая фотография сыграла злосчастную роль. Леонид опять пришел домой сильно пьяным, хотя было всего три часа дня. Он взял телефон Натальи, якобы чтобы позвонить, и нашел на нем фото себя, лежащего во дворе. Мужчина начал ругаться на сожительницу из-за того, что она сообщала о нем в сельсовет, вел себя агрессивно. Наталья в это время сидела на диване с ножницами в руках и вырезала для дочки фигурки из раскраски.

В какой-то момент Леонид разозлился настолько, что подошел к сожительнице, прижал ее к спинке дивана, схватил руками за шею и начал душить.

Женщина пыталась вырваться, отталкивала его — он зажал ей ноги и продолжал сжимать шею. Освободиться не удавалось. И она стала бить Леонида ножницами, которые были в ее руке. Наносила удары куда попало, пока он наконец ее не отпустил. Все это произошло очень быстро.

Мужчина получил не меньше восьми ударов — они пришлись в грудную клетку и руку. От повреждений сердца и легких и потери крови Леонид быстро скончался.

Наталья в шоке выбежала из дома на веранду и глотнула водки — до того, утверждает женщина, она была трезва. Позвонила в милицию и скорую помощь. Это было в 19.37, медики доехали в 20.20 и констатировали смерть мужчины.

Все показания сошлись

На суде Наталья не отрицала свою вину и сказала, что раскаивается.

Свидетели рассказали, что Леонид пил, скандалил и женщина на него жаловалась. Их показания подтвердили слова самой Натальи. Правда, брат мужчины заявил, что когда в тот вечер приехал на место, она отрицала свою причастность к убийству. В то же время главе сельсовета, которая приехала туда вместе с участковым, Наталья сразу во всем призналась.

На суде опросили даже малолетнюю дочь женщины. Той дома в момент случившегося не было. Но девочка сказала, что раньше видела у матери следы избиений.

Картина на месте происшествия и улики соответствовали рассказу обвиняемой. Была изъята и раскраска с надрезами.

Экспертиза также подтвердила, что Наталья говорит правду: у нее были выявлены телесные повреждения — следы удушения на шее. А у Леонида — алкоголь в крови в количестве, достаточном для тяжелого отравления.

Фото: TUT.BY
Иллюстративный снимок. Фото: TUT.BY

Убийство или самооборона?

В итоге сложилась следующая картина. Наталья жила в состоянии постоянного стресса из-за семейного агрессора. В этот раз он снова сам начал ссору, напал, душил — она не могла знать, сможет он остановиться или же убьет ее. Мужчина был гораздо сильнее нее. Обратиться за помощью было не к кому. Лишь после неудачных попыток вырваться она нанесла удары единственным инструментом, который был под рукой, — ножницами. Все произошло очень быстро, между нападением мужчины и реакцией женщины не было временного разрыва, когда она могла бы обдумать свои действия.

Таким образом, Леонид совершил против женщины общественно опасное посягательство. И она находилась в ситуации необходимой самообороны, защищала свою жизнь и здоровье, умысла на убийство у нее не было.

Но самый главный вопрос здесь — не превысила ли Наталья пределов необходимой самообороны. И суд решил, что она выбрала способ защиты, несоразмерный опасности, ведь у Леонида не было никакого оружия и опасных предметов. А еще без необходимости нанесла слишком много ударов ножницами по жизненно важным органам, понимая, что может его убить. (Каким образом женщина могла голыми руками отбиться от гораздо более сильного мужчины — на этот вопрос суд не отвечает).

Суд пришел к выводу, что Наталья виновна в убийстве, совершенном при превышении пределов необходимой обороны (ст. 143 УК).

«Посредственная характеристика личности»

По этой статье могут дать до 2 лет исправительных работ, ограничения или лишения свободы. Выбирая наказание, суд учел, что женщина совершила убийство под влиянием противоправных действий самой жертвы, созналась, у нее двое малолетних детей.

Но учли и другие обстоятельства: большое количество ударов, то, что она сразу после убийства «пыталась скрыть» свою причастность (так, напомним, заявил брат убитого), мнение потерпевшего — этого же брата, — что она не заслуживает снисхождения. Также указали «в целом посредственную характеристику личности обвиняемой» и то, что раньше ее не раз вызывали в сельсовет «на перевоспитание» в вместе с другими злоупотребляющими алкоголем и из-за признания дочери находящейся в социально опасном положении.

Учитывая такой «набор», суд решил, что без колонии женщину не исправить. И приговорил ее к 1,5 года лишения свободы. Также ее обязали выплатить брату сожителя 4000 рублей компенсации морального вреда. Вдобавок с женщины взыскали 111 рублей госпошлины и целых 512 рублей за расходники для экспертиз и «текущий ремонт экспертного оборудования».

Приговор вынесли 8 августа 2023 года.

По справедливости

Наталья решила не принимать такой исход, она не хотела оставаться в колонии и подала апелляцию. Ее рассмотрение состоялось 27 октября в Гродненском областном суде. Женщина заявила, что считает приговор излишне строгим. Она указала, что суд не учел ряд важных факторов: ее законопослушность, наличие двух малолетних детей и так далее, а также то, что она раскаялась и сама тяжело переживала случившееся, лежала на лечении в психоневрологическом стационаре. Наталья просила изменить ей наказание на «домашнюю химию».

Фото: ПЦ "Весна"
Гродненский областной суд. Фото: ПЦ «Весна»

И внезапно судебная коллегия обнаружила, что суд первой инстанции действительно неправильно оценил обстоятельства и несправедливо выбрал самый жесткий вид наказания по статье — лишение свободы. Вот почему:

  • при определении наказания суд учел большое количество ударов, которые Наталья нанесла Леониду. Это было необоснованно, потому что «именно это обстоятельство, наряду с другими, было основанием признания пределов самообороны превышенными, то есть входит в объективную сторону преступления», к тому же один фактор не может влиять на приговор дважды;
  • слова брата погибшего о том, что Наталья первоначально пыталась скрыть свою причастность, не должны были учитываться, поскольку она не оставалась на этой позиции, а сразу признала вину. А его мнение о том, что она не заслуживает снисхождения, также не могло быть учтено, потому что это не суд по частному обвинению и мнение потерпевшего значения не имеет;
  • неправдой оказалось, что у Натальи «посредственные характеристики личности». На самом деле на местах работы женщину характеризовали положительно, по месту жительства — удовлетворительно;
  • выяснилось, что вызовы в сельсовет из-за злоупотребления алкоголем и из-за постановки дочери в СОП были давно, несколько лет назад, а затем эти обстоятельства полностью отпали, женщина родила еще одного ребенка и претензий к ней больше не было;
  • действительно не было в полной мере учтено, что Наталья никогда не нарушала закон и не состоит ни на каких учетах, имеет место жительства и постоянную работу на сельхозпредприятии.

В итоге областной суд постановил смягчить наказание и назначить женщине только 1,5 года «домашней химии» — ограничения свободы без направления в исправительное учреждение. Значительную часть срока она уже отбыла, пока находилась в СИЗО, куда ее поместили сразу после задержания. Наталью освободили из-под стражи в зале суда.

А как в других случаях?

Подобное дело имело место в Витебске в 2021 году. Уборщица жила с неработающим сожителем, ранее судимым за нанесение тяжких телесных повреждений. Однажды вечером оба были пьяны и поругались, это закончилось трагедией. Мужчина несколько раз ударил сожительницу по голове, она ушла в другую комнату, а когда вернулась на кухню, мужчина ранил ее большим кухонным ножом в правое бедро выше колена, при этом кричал, ругался, угрожал убить и продолжал махать ножом, не давал уйти из кухни.

Женщине как-то удалось выхватить нож. Мужчина продолжал оскорблять ее и угрожать. Боясь, что он все равно убьет ее, сожительница стала бить его ножом, пока он не упал. Она увидела, что из его ноги хлещет кровь, и только тогда поняла, что сделала.

В квартире в это время находился родной брат витеблянки, но он не вышел из комнаты и не вмешался в конфликт.

Сама женщина не помнила, как и куда наносила удары. Экспертиза потом выявила у мужчины семь легких порезов и четыре тяжелых колото-резаных раны: на шее, предплечье, кисти и голени, где была повреждена большеберцовая артерия.

Витеблянка позвонила своей взрослой дочери и рассказала о случившемся, попросила вызвать скорую и милицию. Медики приехали и пытались реанимировать мужчину, но он скончался от потери крови. Раненую женщину забрали в больницу.

На суде она признала вину. Свидетели, в том числе ее дочь, рассказали, что убитый постоянно пил и избивал сожительницу, его не раз забирали в ЛТП.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Ben White, unsplash.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Ben White, unsplash.com

Суд пришел к выводу, что женщина, столкнувшись с агрессивным нападением сильно пьяного сожителя, находилась в состоянии необходимой самообороны, но превысила ее пределы, так как била мужчину ножом, когда он был уже безоружен. По мнению суда, она убила его без необходимости и умышленно. Сама женщина признала: нанося удары ножом, понимала, что сожитель может умереть.

Учитывая раскаяние обвиняемой, ее удовлетворительные характеристики, наличие постоянной работы и малолетнего ребенка, лишать женщину свободы не стали. Ее приговорили к 2 годам исправительных работ с удержанием 10% заработка (не менее 1 базовой величины) в доход государства. Также она должна возместить 223 рубля процессуальных издержек и 2047 рублей за расходники для экспертиз и текущий ремонт экспертного оборудования. Кроме того, витеблянке назначили принудительное лечение от алкоголизма.

О еще одном подобном случае мы писали ранее: по ст. 143 УК об убийстве при превышении необходимой самообороны осудили сельчанку из Горецкого района, которая заколола пьяного мужа, пытавшегося убить ее молотком. Ее приговорили к 2 годам «домашней химии» и по амнистии уменьшили наказание на год.

Но таких мягких вердиктов довольно мало — в банке судебных решений нашлись за последние три года лишь единичные случаи. Далеко не всегда женщинам, убившим мужа-агрессора в ответ на насилие с его стороны, удается доказать, что у них не было умысла на лишение жизни и они только защищались. Тогда их судят за убийство или нанесение тяжких телесных повреждений, повлекшее смерть, и они получают сроки не менее 5−6 лет колонии.