Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. «Это решение учредителей». Закрывается один из старейших частных вузов Беларуси — узнали подробности
  2. Власти очень хотели забрать успешное предприятие и воспользовались трагедией — тогда погибли 14 человек. Вспоминаем, как это было
  3. Лукашенко — «кукла Путина в Беларуси»: президент Польши на Глобальном саммите мира оценил «позорную роль» политика в агрессии против Украины
  4. «Изолятор захвачен боевиками „Исламского государства“». В российском СИЗО ликвидированы заключенные, взявшие в заложники двух сотрудников
  5. В эфире ОНТ назвали цифру уехавших беларусов, у которых власти собираются конфисковать квартиру или дом
  6. «Все хотят податься в первый день». В Минске выпускники выстроились в огромные очереди на апостиль
  7. Откуда в беларусской вертикали власти берутся женщины? Изучили биографии топ-чиновниц из системы Лукашенко — и вот что выяснили
  8. Итоговое коммюнике саммита мира в Швейцарии подписали 80 стран из 92. О чем идет речь в документе
  9. Эксперты рассказали, повлияют ли на Путина итоги Саммита мира и что стоит за заявлением его кума — экс-депутата Рады Медведчука
  10. Западная военная помощь начала поступать в Украину. Первый замминистра обороны этой страны объяснил, что с ней не так
  11. Прогноз по валютам: паники не случилось, но чего ждать от курсов после новых санкций
  12. Лукашенко озадачился проблемой в торговле, которая набирает обороты. Раньше чиновники говорили, что ее провоцирует население


О многих известных политзаключенных (Викторе Бабарико, Марии Колесниковой, Николае Статкевиче и других) ничего не известно уже почти год. Журналист «Зеркала» под видом неравнодушного гражданина позвонил на прямую телефонную линию замминистра внутренних дел Николая Карпенкова — и спросил, что с политзаключенными и почему нет никакой информации. Вот что нам ответили.

Рука задержанного активиста держится за решетку изнутри полицейского фургона во время акции протеста с требованием освобождения политзаключенных у здания Следственного комитета РФ в Москве 16 июня 2012 года. Фото: Reuters
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Reuters

Сам Николай Карпенков к телефону не подошел. Звонок приняла его помощница.

— Почему вы считаете, что нет информации об этих людях? Где должна быть информация? — поинтересовалась она.

— Так нигде нет! Я пробовал и письма отправлять: письма не доходят, на них никто не отвечает. В колонии на вопросы не отвечают. В публичном поле никакой информации нет.

— А какая информация вас интересует? В Беларуси есть люди, которые отбывают наказание в соответствии с Уголовным кодексом — мы же не про каждого из них говорим.

— С людьми, которые находятся в тюрьмах, обычно можно встречаться и переписываться. Например, до Бабарико и Колесниковой никакая информация не доходит. Встретиться с ними нельзя, переписываться — тоже. Уже почти год. Хотел бы узнать почему.

— Мы же не можем вам сразу сказать. Мы не знаем ситуацию. Чтобы разобраться в вашем запросе, нам необходимо время. Оставьте свой номер — вернемся к вам с результатом.

— Неужели сейчас не можете хотя бы что-то рассказать?

— Вы позвонили во внутренние войска (Николай Карпенков является замминистра внутренних дел и по совместительству возглавляет внутренние войска. — Прим. ред.). У нас другая подведомственность. Надо время, чтобы разобраться.

— И сколько времени вам потребуется, чтобы разобраться?

— Когда будет проведена всесторонняя проверка и разбирательство по вашему заявлению.

— Сколько это может продлиться?

— Так я вам сказать не могу. Смотря какие обстоятельства.

— То есть сейчас вы вообще ничего не можете сказать о людях в тюрьмах?

— Конечно, нет. Оставьте номер — командующему внутренними войсками будет доведено ваше обращение. Тогда он сможет проводить проверки и разбирательства.

— Все-таки я хотел бы прямо сейчас хоть какую-то информацию от вас получить. Куда писать, куда звонить, чтобы узнать о состоянии людей?

— Вообще колонии — это департамент исполнения наказаний. Можете обратиться туда с письменным заявлением.

— Мне кажется, ничего я не добьюсь этим заявлением.

— Попробовать же стоит.

— Да я уже пробовал — и не я один. К сожалению, никакая информация не поступает и ничего не известно о людях в тюрьмах. Мне кажется, это ненормальная ситуация для нашей страны.

— Ну, это ваше мнение.

— А вы так не считаете?

— Я так не считаю.

— То есть считаете нормальным, что в тюрьмах сидят люди, которые участвовали в политическом процессе?

— Если они отбывают наказание, значит, их вина была доказана. Это все, что я могу сказать.

Что происходит с политзаключенными

Летом текущего года родственники Виктора Бабарико смогли пообщаться с администрацией исправительной колонии номер 1 в Новополоцке, где отбывает наказание политзаключенный. Они узнали, что Виктора поместили в помещение камерного типа (ПКТ). Туда отправляют за нарушения и на определенный срок. С тех пор о нем ничего не известно. Известно, что в апреле Бабарико попал в больницу. Источник правозащитного центра «Весна» сообщал, что бывший кандидат в президенты был избит.

Связь с Марией Колесниковой прервалась в феврале 2023 года. За месяц до этого Мария тоже оказалась в больнице из-за проблем с желудком.

О Николае Статкевиче вестей нет более 300 дней. 9 декабря экс-глава Минобороны и Минздрава Литвы Юозас Олекас потребовал от белорусских властей «немедленно предоставить информацию о его местонахождении и самочувствии».

Также больше 300 дней нет информации и о Максиме Знаке.

По состоянию на 9 декабря в Беларуси признаны политическими заключенными 1484 человека.