Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Замначальника погранзаставы «Мокраны» вылетел со службы из-за «проступка» и теперь немало должен. Его подвел бизнес
  2. Продавать с молотка арестованную квартиру Валерия Цепкало не будут. Вот почему
  3. Подозреваемого в изнасиловании белоруски полиция Варшавы перевозила в странном шлеме. Для чего он нужен?
  4. By_Help: Некоторых белорусов, ранее откупившихся за донаты, теперь обвиняют в «измене государству»
  5. Сейчас воспринимаются как данность, но в СССР о них не могли и мечтать. Каких привычных для Запада вещей не было в Советском Союзе
  6. В Канаде рассказали о прорывной разработке, которую в Беларуси зарубили много лет назад. Как такое происходит, объяснил автор проекта
  7. Стала известна дата похорон Алексея Навального
  8. Из свидетелей — в соучастники. Как так вышло, что три десятка советских рабочих шесть часов насиловали 19-летнюю девушку
  9. «То, что ты владелец, не дает абсолютно никаких прав». Поговорили с другом белорусов, квартиру которых в Барселоне захватили сквоттеры
  10. «Врачи говорят готовиться к летальному исходу». Поговорили с парнем белоруски, которую изнасиловали в центре Варшавы
  11. Уже через несколько дней силовики смогут мгновенно заблокировать едва ли не любой ваш денежный перевод. Рассказываем подробности
  12. Чиновники снова взялись за тех, кто выехал за границу. На этот раз — за семьи с детьми
  13. Армия РФ держит высокий темп наступления, чтобы не дать ВСУ закрепиться, Минобороны заявило о захвате еще одного села. Главное из сводок
  14. Непризнанное Приднестровье обратилось к России за помощью из-за «экономической блокады со стороны Молдовы»
  15. «Слушайте, вы такие вопросы задаете!» Интервью с Борисом Надеждиным, который хотел стать президентом России
  16. Российская армия вернула себе инициативу на всем театре военных действий — что ей это дает. Главное из сводок
  17. «Отработайте, и у вас получится». Спросили у экс-сенатора, как заработать на дом за 1,5 млн долларов (она продает такое жилье в Минске)


«Вообще, фантастическое ощущение, когда просыпаешься и засыпаешь, а вокруг только океан. Утром снова встаешь, проверяешь судовой журнал, сколько миль прошли. На яхте для меня до сих пор такой волшебный момент, когда дует ветер, мы поставили паруса, выключили мотор — и тишина, а яхта при этом идет», — рассказывает белоруска Александра Мамаева — капитан яхты, руководитель агентства «Солнечный ветер» в Словении. В детстве она очень любила повесть «Алые паруса», а теперь сама выходит в море и вяжет морские узлы. Женщина рассказала блогу «Отражение», как перевозила бизнес в европейскую страну и какая она — жизнь капитана. Мы перепечатываем этот текст.

Александра Мамаева. Фото из личного архива
Александра Мамаева. Фото из личного архива

Александра родом из Бреста. В середине нулевых, окончив университет и получив диплом педагога-историка, девушка переехала на несколько месяцев в Украину, потом — в Россию, там вышла замуж, а после с мужем решили уехать и оттуда — выбрали Словению и развивают там яхтенный бизнес. Казалось бы, эта история никак не связана с политикой: человек уехал задолго до того, как белорусам массово пришлось покидать свои дома из-за давления и угрозы преследования. Но нет. Начиная свою историю эмиграции, Александра вспоминает сначала референдум 2004 года, когда в Беларуси голосовали за поправки в Конституцию, снимающие ограничение на количество президентских сроков, потом — выборы 2006-го, когда ЦИК в третий раз объявил Лукашенко победителем.

— В студенчестве я активно занималась общественно-политической жизнью. На президентских выборах не агитировала за или против — привлекала молодежь на участки. Почему? Не хотела терять в Беларуси десять лет своей жизни: пять, если выберут Лукашенко, и еще пять, чтобы страна потом восстановилась и появились какие-то возможности, — вспоминает белоруска из Словении. — Одно дело, когда по результатам независимого наблюдения видишь, что он не набирает и половины голосов, а на референдуме их было больше. Для меня тогда стало очевидно, что бороться против большинства невозможно. В преподаватели идти не хотелось, как и жить в стране, где большую часть населения устраивает эта политическая и экономическая ситуация, отсутствие перспектив. Для себя возможностей развития я не видела.

По жизни Александра все время выбирала нетипичную работу: в Киеве занималась социальной рекламой, в Нижневартовске успела поработать на выборах мэра, вернулась в Беларусь на несколько месяцев и снова уехала в Россию. Там была задействована в проекте, связанном с тепловыми шарами и дирижаблями, участвовала в подготовке воздухоплавательной фиесты и чемпионата мира по воздухоплаванию среди тепловых дирижаблей в Петербурге в 2008-м. Еще занималась фото- и видеосопровождением для крупных компаний, а потом ушла в туризм, потому что любила путешествовать — выбиралась на дайвинг, в джунгли Таиланда и Малайзии, ездила в Камбоджу и страны Африки.

Фото из личного архива Александры
Фото из личного архива Александры

Но откуда в жизнь человека из страны, где нет выхода к морю, пришли яхты? В детстве, вспоминает Александра, с семьей ездила в Крым, а когда выросла и уехала, из России зимой любила сбежать от холода в теплые края. Сначала увлекалась дайвингом и однажды, выбирая маршрут, увидела объявление о путешествии на яхте. Вспомнила давнюю мечту.

— Я в детстве очень любила «Алые паруса», только никогда не хотела быть Ассоль: зачем стоять на берегу и ждать, когда принц приплывет на корабле? Я хотела быть Грэем, который сбежал из дома, устроился на корабль, обдирал руки о швартовы (тросы или канаты, которыми швартуется судно. — Прим. ред.) и стал капитаном. Он реализовал свою мечту и понял, что может помогать осуществлять мечты других людей. Видимо, такое что-то всплыло у меня в памяти.

Женщина тут же позвонила в агентство, которое организовывало путешествия на яхтах, и уже через пару месяцев поехала в тур — в составе учебного экипажа. Провела там две недели, съездила на еще одну, получила права шкипера яхты — капитана. После с партнером открыли яхтенный бизнес. Однажды Александра позвала на яхтинг своего клиента, для которого еще в турагентстве организовывала путешествие в Палау. Так завязался роман, этот мужчина стал мужем Александры. Вместе пара уже восемь лет.

«Беларусь могла бы быть как Словения, если бы там не было советской власти»

В 2013-м семья уехала из России. Как поясняет Александра, «потому что она начинала становиться похожей на Беларусь».

— Муж тогда сказал: «За тобой — куда угодно». А мне становилось тяжело жить в Москве: слишком большой город, в нем можно зарабатывать деньги, но сил и времени, чтобы их тратить, не остается. Тогда еще были события на Болотной площади, и появилось предчувствие: если такое происходит в политике, то и на экономике отразится, изменения ничего хорошего не сулят. В Беларусь с Лукашенко возвращаться не хотелось, подумали и решили, что все-таки хотим ехать дальше. Чтобы иметь возможность видеть родных, остановились на Европе. Сравнили уровень жизни, сложность получения вида на жительство, условия для ведения бизнеса, язык, экологию, наличие моря в различных странах и выбрали Словению. А когда приехали в Любляну, столицу, нам хватило 10 минут прогулки по центру, чтобы понять: точно переезжаем.

Александра с семьей. Фото из личного архива
Александра с семьей. Фото из личного архива

На подготовку документов и релокацию бизнеса ушел год. В конце 2014-го семья получила ВНЖ и переехала в Любляну. Муж еще продолжал работать вахтовым методом на Ямале. Когда у пары родилась дочь, переехал окончательно.

Мыслей «а вдруг не получится», вспоминает белоруска, не было, как и языковых проблем — из-за частых путешествий и способности легко воспринимать иностранную речь. Она старалась не использовать в быту английский, смотрела местное телевидение, пользовалась специальными программами в смартфоне и уже через три месяца заговорила по-словенски. Мужу пришлось немного сложнее, но в целом, говорит Александра, переезд получился скорее приключением, чем стрессом.

— Словения — очень комфортная для жизни страна. Здесь приятные люди, спокойное отношение к мигрантам, у государства нет цели унизить, вытащить из тебя деньги, заставить нарушать закон. Здесь очень дорожат репутацией, такой клиентоориентированный сервис. К тому же, тут очень хорошее русскоязычное сообщество — украинцы, россияне (белорусы нашлись уже в 2020-м). Есть группа на Facebook, мы дружим, находим партнеров по работе, встречаемся где-нибудь за пивом, катаемся на велосипедах. Всегда, если была проблема или вопрос, там можно было получить помощь или ответ, — поясняет героиня и вспоминает, что могло быть непривычным для приезжего человека. — Многим сложно привыкнуть к медицинской системе: к педиатру, если у ребенка сопли, нет смысла идти, еще здесь не выписывают антибиотики, если нет критической ситуации, а при простуде назначат горячее питье. Для многих это странно: «Нас футболят и не лечат!» Но зачем лечить то, что в лечении не нуждается? Мне такой подход ближе. А экстренная медицина здесь очень хорошая.

Фото из личного архива Александры
Фото из личного архива Александры

Александра говорит, для нее Словения очень похожа на Беларусь.

— Я всегда говорила, что Беларусь могла бы быть такой же, если бы там не было советской власти. В Любляне живет около 270 тысяч человек — как в Бресте (по данным на 2020 год, население Бреста — около 340 тысяч человек. — Прим. ред.), как раз мой размер! — шутит собеседница. — Здесь у меня впервые с детства появился свой огород, как у бабушки: мы жили рядом с центром города, у дома был сад, где у меня росли петрушка и помидоры.

«Когда швартуешься — это, наверное, как ехать на фуре в гололед и без тормозов»

Семья все годы живет в Любляне. После переезда супруг продал квартиру в Подмосковье, на эти деньги купили яхту, потратили на нее около 50 тысяч евро. Александра осуществила мечту.

— Наверное, каждый, кто приходит на яхту, сразу мечтает купить свою! У нас она на 12 метров, там три двухместные каюты с санузлом, просторная кают-компания, полноценная кухня, большая капитанская каюта и еще один отдельный санузел. Есть, по сути, все, чтобы комфортно жить. На корме находится кокпит — там лавочки, столик, там вся жизнь, потому что не так жарко, не укачивает на ходу, а еще красивый вид, оттуда же происходит управление. Яхта куплена на компанию, мы сразу понимали, что она у нас будет работать, — говорит капитан и описывает суть семейного дела. — Мы организовываем туры на судне в Хорватию и Венецию. Как агент-брокер я занимаюсь арендой яхт по всему миру, а еще организовываю яхтенные флотилии и любительские регаты — несколько судов идут по одному маршруту с развлекательной программой.

Фото из личного архива Александры
Фото из личного архива Александры

Также свою яхту семья сдает в аренду клиентам, у которых есть права на управление. А с теми, у кого их нет, идет либо другой капитан, либо сама Александра. Она как шкипер водит судно уже 12 лет, а вот машину — всего четыре года.

— С точки зрения того, как автомобиль и яхта отзываются на какие-то действия, сложнее с яхтой, — поясняет шкипер разницу в управлении. — Когда швартуешься — это, наверное, как ехать на фуре в гололед и без тормозов: тебя сносит ветер, тормозов действительно нет — есть только ход вперед. К тому же яхта довольно крупная, медленно реагирует. Но тут, если на ходу видишь изменение цвета моря или корабль по курсу, у тебя всегда есть от 30 секунд до получаса на принятие решения. А с машиной нужно все делать быстро. Скорость и объем информации, дорожных знаков — это, конечно, большая разница.

Как водитель знает свое авто, капитан понимает устройство яхты. И здесь, говорит женщина, все сложнее: если машина — средство передвижения, то яхта еще и место для жизни.

— Если совместить дачу с авто, получится яхта. Тут нельзя просто открыть кран, чтобы из него потекла вода — сначала нужно залить в бак, затем ее качает специальная помпа. Электрика, отопление — все коммуникации скрыты [в корпусе], к ним добраться — тот еще квест. Нужно слушать звук мотора, смотреть, работает ли система охлаждения, менять масло, проверять импеллер. Это минимум, который шкипер должен делать. Но если с тем же мотором что-то будет не так, я не стану чинить его сама — дойду на парусах куда-нибудь и вызову спасателей, — говорит специалист. — Я чувствую яхту. Могут скрипеть швартовы — тогда их нужно перевязать, чтобы это не мешало гостям на борту. Бывает, стоим ночью, и ты просыпаешься от неприятного звука — возможно, ползет якорь, нужно проверить, все ли в порядке.

Александра с семьей. Фото из личного архива
Александра с семьей. Фото из личного архива

«Папа в жизни не мог представить, что его дочь будет капитаном»

Яхтсмен и шкипер — тот, кому всегда понадобятся прогноз погоды и знания физики, рассказывает Александра. Чтобы управлять яхтой, нужно чувствовать ее, разбираться во многих деталях. Сразу приходится изучить много теории, потом приходит опыт.

— Первое — метеорология: нужно понимать ветер, знать, что значит приближающийся фронт. Если холодный — будет гроза, шквалистые ветры, а для яхты это опасно. У моего инструктора была хорошая фраза: «Что делает хороший шкипер во время шторма? — Сидит в баре и пьет пиво». Как правило, мы просто не выходим в такую погоду. Иногда нельзя предугадать ее полностью. Если ты в море и видишь грозу с молнией — включается инстинкт выживания: стараешься от нее убежать поближе к берегу, спрятаться к другим большим кораблям. В открытом море, если берег далеко, грозовую тучу хорошо видно — она сама по себе небольшая, нужно смотреть, куда она идет, и обходить ее. Часто так и получается: в километре от тебя молнии и ливень, а ты под солнышком, — делится наблюдениями женщина и переходит к другим важным правилам. — Второе — навигационные знаки. Днем мы идем по ним, а ночью (фар же нет) — в темноте. Нужно по огням определять, где маяки, где опасность, где вход в марину (это порт для парусных и моторных яхт). Ночной яхтинг — вообще особенное приключение, он опаснее. Хотя, когда выходит луна, есть отражение от воды, все прекрасно видно. Полная темнота может наступать, если есть тучи, — тогда да, может быть неприятно. Третье — это правила предупреждения столкновения судов в море, библия любого яхтсмена.

Фото из личного архива Александры
Фото из личного архива Александры

Александра рассказывает, что в работе боится только двух явлений. Это удар молнии в яхту, из-за него может сломаться электроника и пострадать люди. И шторм — однажды в Атлантическом океане команда, в которой она была, попала в девятибалльный, и больше такой опыт повторять не хочет.

— Шторм — и очень приятно, и страшно: это мощная стихия, ты не знаешь, как она себя поведет, а бороться с ней бесполезно. Нужно подготовиться — настроить команду, поесть, чтобы были силы, закрепить вещи, лишние — убрать, собрать сменную теплую одежду, термос с чаем. Дальше — выбрать комфортный курс, чтобы яхту не развернуло поперек волны, иначе ее может перевернуть. Здесь мы уже не доверяем автопилоту — нужно под углом заходить на волну и сходить с нее. И так с каждой волной, полчаса, час, потом сменяется вахта, пока выйдешь из непогоды. Очень забавное ощущение. Помню, вернулась из путешествия по Атлантике, рассказываю папе, как шли в шторм. Он подпер ладонью голову, смотрит на меня: «Никогда в жизни не мог представить, что у меня дочь будет капитаном!»

Фото из личного архива Александры
Фото из личного архива Александры

Скорее всего, у большинства людей, которые дочитали текст до этой строчки, сложилось впечатление, что у Александры работа мечты. Отчасти так и есть, говорит она, но, конечно, есть свои нюансы.

— Во-первых, пока гости отдыхают, я работаю все 24 часа. Даже если спишь, ты в пол-уха слушаешь, чтобы все было в порядке. Во-вторых, ты постоянно с людьми, а они бывают разными. Но, как я говорю, случайных людей на яхте не бывает — мне очень везло с командами, и случаи, когда были конфликты, можно пересчитать на пальцах одной руки. В-третьих, ты несешь всегда за всех ответственность. Что бы ни случилось, виноват капитан. От этого всего, конечно, очень устаешь — как правило, ходишь одними и теми же маршрутами, живешь с чужими людьми, постоянно должен их учить, отвечать на вопросы. Но мне все это нравится. Помню, у меня был период, когда я с мая по начало сентября была в море, дома провела, наверное, три-четыре ночи — очень устала. Но тут мы взлетаем на самолете, я снова вижу море, смотрю: волна улеглась, ветер 10−15 узлов, идет яхта — и понимаю, что я хочу туда, что это абсолютно мое. Хотя это я такой фанат, муж еще и чинит яхту, а там всегда есть что делать, поэтому он смотрит на яхтинг по-другому.

«Бывало, между поездками у меня было 2-3 дня, мы на яхте семьей выходили недалеко куда-то в ближайшую бухту, в знакомые места – просто стояли там, я купалась с дочкой, учила плавать сына. В таких прогулках или с друзьями, которые ходили с нами в море много раз, удается отдохнуть». Фото из личного архива Александры
«Бывало, между поездками у меня было 2−3 дня, мы на яхте семьей выходили недалеко куда-то в ближайшую бухту, в знакомые места — просто стояли там, я купалась с дочкой, учила плавать сына. В таких прогулках или с друзьями, которые ходили с нами в море, много раз, удается отдохнуть». Фото из личного архива Александры

«Если возвращаться — заниматься чем-то важным, восстанавливать страну после ужаса, в котором она пребывает»

Александра рассказывает, что из всех яхтсменов, которых она встречала, женщин-капитанов всего около 10%. Говорит, возможно, если бы осталась дома, пошла бы в бизнес, но чем занималась бы в родной стране, даже не может предположить. Белоруска освоилась в Словении и никогда не жалела о переезде.

Фото из личного архива Александры
Фото из личного архива Александры

— Последний год муж, прочитав очередную новость из России, чуть ли не каждый день говорит: «Сашка, спасибо тебе большое, что мы переехали!» Его туда и не тянет уже.

Сама же женщина, несмотря на комфортную европейскую жизнь, море, очень скучает по дому — в Беларуси остались отец, сестра и племянница. Раньше с семьей Александра старалась видеться два-три раза в год. Последний раз приезжала к родным в феврале 2020-го, а после с отцом уже не виделись.

— Мне Беларусь снится. Всегда, когда мы приезжали, старались попутешествовать по стране, я показывала ее мужу-россиянину. Тоска ужасная. Сестра с племянницей приезжали ко мне летом, были на яхте, а отец еще не был. Я ужасно хочу к папе, очень соскучилась. Внука, которому почти год, он еще не видел. Дочь тоже скучает по дедушке. Я член диаспоры, ездила в Берлин, когда туда в 2021-м приезжала Тихановская и общалась с белорусами. Дочь спрашивала: «Мама, ты будешь встречаться с президентом?» Поездка была после того, как Светлана приезжала в Любляну, я ходила на встречу здесь и рассказывала об этом.

Александра очень хочет, чтобы дочь знала белорусский язык, — раньше ей на нем пела колыбельные, теперь читает сказки. Но дома девочка говорит по-русски, в садике — по-словенски и учит английский, поэтому мама старается ее не перегружать. Происходящее на родине от ребенка не скрывает.

— Я говорю дочери, что сейчас в Беларуси есть человек, который проиграл выборы, но не хочет уходить и всех избивает и сажает в тюрьму. У меня Беларусь украли. Не из-за ковида мы не можем ездить — есть непризнание прививок, закрытые границы, угроза уголовного преследования за несогласие с тем, что у нас украли выборы. Как только появится возможность, я бы, конечно, приехала, встретилась с папой. А потом, думаю, очень многие белорусы захотят вернуться домой, и мы поедем в Минск, а там будет дефицит шампанского и большущие пробки из ближайших аэропортов, потому что все наконец поедут праздновать победу.

У Александры нет точного ответа, переехала ли бы она в родную страну насовсем.

— Думаю, в прошлом году почти все белорусы размышляли, вернутся ли они домой, если в стране произойдут перемены. С одной стороны, хотелось бы, но непременно с условием, что там не будет Лукашенко, пройдут демократические выборы и будет нормальная власть. Если возвращаться, то заниматься чем-то важным — восстанавливать страну после ужаса, в котором она пребывает. С другой стороны, мне очень нравится Словения, здесь у меня растут дети, выдергивать их из привычной жизни я бы не хотела. Для себя я видела бы, скорее, жизнь в Словении с командировками в Беларусь, чем наоборот. Но посмотрим, как все сложится. Жизнь — очень непредсказуемая шутка, особенно у меня, — с улыбкой заключает Александра.