Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. «Если я не соглашусь на тайные похороны, они что-то сделают с телом моего сына». Матери Навального показали тело сына
  2. «Все знают, что происходит». Бывшие члены избиркомов рассказали «Зеркалу», как в Беларуси фальсифицируют выборы
  3. «Город на ушах стоит». Что будет, если через TikTok пожаловаться Лукашенко на невыплату зарплат (работники этого предприятия проверили)
  4. Угадайте, сколько зарабатывает гендиректор государственного завода. Узнали зарплаты топ-менеджеров
  5. «Пристыдил главу ПВТ за бесхребетность». Как складывается жизнь бизнесмена, который одним из первых в IT высказался после выборов 2020-го
  6. Оккупационные власти признались в насильственной депортации и намекнули на казни несогласных украинцев. Главное из сводок
  7. Боли «Баварии» и тренерская чехарда. Сыграны первые матчи 1/8 финала футбольной Лиги чемпионов — вот результаты
  8. Хренин рассказал о группировке ВСУ «численностью 112−114 тысяч человек» на границе с Беларусью и пообещал сбивать авиацию НАТО
  9. «Обещали, что если сдамся, то ограничатся штрафом». Кузьмич опять съездил в Беларусь, узнал об «уголовке» и выехал с большими сложностями
  10. «По меньшей мере 60 человек точно уже не вернутся на позиции». ВСУ вновь нанесли удар по полигону с подразделениями армии РФ
  11. «Вплоть до увольнения». Поговорили с белорусами, которых заставили проголосовать досрочно
  12. «Ублюдки! Ублюдки! Этого не должно было случиться!» Как власти убили лидера оппозиции, но его жена-домохозяйка стала президентом
  13. Как закрытие Литвой еще двух погранпунктов с Беларусью отразится на пассажирских перевозках (уже влияет). Поговорили с перевозчиками
  14. Почему Лукашенко не может вернуть людей в Беларусь через комиссию по возвращению? Рассуждает Артем Шрайбман


В Гомеле 3 января огласили приговор бывшему сотруднику «Белоруснефти» Дмитрию Грищенко и программисту Станиславу Мочалову, которых обвиняли в действиях, грубо нарушающих общественный порядок, и угрозе насилия над сотрудниками милиции, сообщает белорусская служба «Радио Свобода».

Дмитрий Грищенко. Фото из семейного архива
Дмитрий Грищенко. Фото из семейного архива

Обоих признали виновными и назначили по три года колонии.

Поводом для разбирательства стали события 20 сентября 2020 года. В тот день жители Гомеля вышли на марш, который закончился разгоном и задержаниями. Когда участники марша шли по проспекту Победы и дошли до улицы Советской, дорогу им перегородил ОМОН. Люди испугались задержаний и побежали на другую сторону улицы Советской. Следствие расценило это как блокирование дороги. Хотя люди пересекали проезжую часть на зеленый сигнал светофора.

Станислав Мочалов в своем последнем слове сказал, что блокирование дороги — результат действий сотрудников милиции.

— Толпа неоднократно пересекала дорогу на зеленый сигнал светофора. Предполагать, что люди внезапно решат перекрыть улицу Советскую, не было никаких оснований, — сказал в суде обвиняемый.

Следствие описало его действия так: «стоял в боевой стойке», чем создавал «угрозу насилия в отношении сотрудников милиции».

— Раз меня называют преступником, то я скажу: когда вокруг бьют и хватают людей, человек может испугаться и стать в защитную стойку. Но никакого контакта, столкновения не было. Соответственно, не было и никакого преступления, — подчеркнул Мочалов.

Станислав Мочалов. Фото: Гомельская весна
Станислав Мочалов. Фото: Гомельская весна

Дмитрий Грищенко в своем последнем слове заявил, что не согласен с выводами следствия.

— Почему во время процесса не прозвучал ответ на вопрос, почему я вообще в тот день вышел на митинг? Почему у нас не созданы условия, когда люди могут законно высказать свою позицию? Я голосовал за Светлану Тихановскую. Был на ее разрешенном предвыборном митинге. И все было хорошо. Я не отрицаю участия еще в одном митинге. Тогда в нем участвовало не меньше 10 тысяч человек, действиям участников марша никто не мешал и был абсолютный порядок. Люди не били витрины, не мусорили, не совершали ничего противоправного, даже когда проходили мимо здания облисполкома. Зачем на следующий день выставили оцепление? Почему, когда в августе и сентябре были акции сторонников власти, их никто не разгонял? — сказал в своем последнем слове Грищенко.

Дмитрий вспомнил в своей речи дело «Союза освобождения Беларуси» 30-х годов прошлого века и то, что поэт Михась Чарот сначала написал стихотворение «Суровый приговор подписываю первым…», в котором осудил обвиняемых, а позже сам был расстрелян.

— Жаль, что теперь для кого-то Сталин, Ежов и другие фигуры той эпохи могут быть примером, — подчеркнул обвиняемый.

После оглашения приговора Дмитрий сказал:

— Время все расставит по своим местам. Жыве Беларусь!