Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Пропаганда пыталась очернить Польшу — но, похоже, тем самым признала, что в Беларуси есть концлагеря и «фабрика смерти». Вот в чем дело
  2. Украинские пограничники отреагировали на «предупреждение» беларусских: «Лучше бы они предупредили свою главную провокацию»
  3. «Пережиток прошлого». Президент Азербайджана предложил упразднить «бесполезное» объединение, в которое входит Беларусь
  4. Пролет Польши и еще один топ-матч. Главные события дня на чемпионате Европы по футболу
  5. Путин назвал возможное поражение России в Украине «концом государственности» и намекнул на ядерный ответ — что стоит за угрозой
  6. В Минске огласили приговор хирургу Елене Терешковой
  7. «Пугали, если много нас уедет, классному будет плохо». Беларусские абитуриенты рассказали «Зеркалу», почему решили поступать за границу
  8. Грозовые «качели» не останавливаются. Какая погода ждет беларусов в выходные
  9. Минобороны объявило внезапную проверку готовности. В Украине успокоили: «У Беларуси нет сил для вторжения»
  10. КГБ теперь требует переводить «компенсации» за донаты одному государственному центру. Рассказываем, что за он и куда идут деньги
  11. Похоже, Лукашенко уже начал свою предвыборную кампанию. Перед каждыми выборами он делает одно и то же — вспоминаем, что именно
  12. В Минобре всерьез взялись за стихийные очереди для проставления апостиля
  13. Глава Минфина так рассказал в парламенте о ситуации с госдолгом, что «возбудил» Гайдукевича — депутат придумал, как не возвращать займы
  14. Лукашенко загорелся новым спортивным мегапроектом. На этот раз поручил за пять лет построить в каждом регионе вот такой комплекс


В Гомеле 3 января огласили приговор бывшему сотруднику «Белоруснефти» Дмитрию Грищенко и программисту Станиславу Мочалову, которых обвиняли в действиях, грубо нарушающих общественный порядок, и угрозе насилия над сотрудниками милиции, сообщает белорусская служба «Радио Свобода».

Дмитрий Грищенко. Фото из семейного архива
Дмитрий Грищенко. Фото из семейного архива

Обоих признали виновными и назначили по три года колонии.

Поводом для разбирательства стали события 20 сентября 2020 года. В тот день жители Гомеля вышли на марш, который закончился разгоном и задержаниями. Когда участники марша шли по проспекту Победы и дошли до улицы Советской, дорогу им перегородил ОМОН. Люди испугались задержаний и побежали на другую сторону улицы Советской. Следствие расценило это как блокирование дороги. Хотя люди пересекали проезжую часть на зеленый сигнал светофора.

Станислав Мочалов в своем последнем слове сказал, что блокирование дороги — результат действий сотрудников милиции.

— Толпа неоднократно пересекала дорогу на зеленый сигнал светофора. Предполагать, что люди внезапно решат перекрыть улицу Советскую, не было никаких оснований, — сказал в суде обвиняемый.

Следствие описало его действия так: «стоял в боевой стойке», чем создавал «угрозу насилия в отношении сотрудников милиции».

— Раз меня называют преступником, то я скажу: когда вокруг бьют и хватают людей, человек может испугаться и стать в защитную стойку. Но никакого контакта, столкновения не было. Соответственно, не было и никакого преступления, — подчеркнул Мочалов.

Станислав Мочалов. Фото: Гомельская весна
Станислав Мочалов. Фото: Гомельская весна

Дмитрий Грищенко в своем последнем слове заявил, что не согласен с выводами следствия.

— Почему во время процесса не прозвучал ответ на вопрос, почему я вообще в тот день вышел на митинг? Почему у нас не созданы условия, когда люди могут законно высказать свою позицию? Я голосовал за Светлану Тихановскую. Был на ее разрешенном предвыборном митинге. И все было хорошо. Я не отрицаю участия еще в одном митинге. Тогда в нем участвовало не меньше 10 тысяч человек, действиям участников марша никто не мешал и был абсолютный порядок. Люди не били витрины, не мусорили, не совершали ничего противоправного, даже когда проходили мимо здания облисполкома. Зачем на следующий день выставили оцепление? Почему, когда в августе и сентябре были акции сторонников власти, их никто не разгонял? — сказал в своем последнем слове Грищенко.

Дмитрий вспомнил в своей речи дело «Союза освобождения Беларуси» 30-х годов прошлого века и то, что поэт Михась Чарот сначала написал стихотворение «Суровый приговор подписываю первым…», в котором осудил обвиняемых, а позже сам был расстрелян.

— Жаль, что теперь для кого-то Сталин, Ежов и другие фигуры той эпохи могут быть примером, — подчеркнул обвиняемый.

После оглашения приговора Дмитрий сказал:

— Время все расставит по своим местам. Жыве Беларусь!