Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Три вида рака, которыми чаще всего заболевают беларусы, — Минздрав
  2. ВСУ нанесли удар по Крымскому мосту. Атакованы также нефтебаза и газовая станция в Ростовской области РФ, власти сообщают о пострадавших
  3. В Минобороны рассказали, когда сбивают беспилотники, которые залетают в Беларусь «с одной противоборствующей стороны и с другой»
  4. Проблема с яйцами от комбината «Дзержинский» хуже, чем может казаться. Насколько на самом деле опасна такая плесень
  5. «В нашей деревне все знают, что мой муж — политзаключенный. Родители восприняли это как позор». Монолог жены
  6. Пели не на русском языке, на сцене был сын. Минск заполонила российская эстрада — что (не) понравилось беларусам
  7. В Литве учителя бастуют из-за зарплат. Сравнили их доходы с заработками беларусских коллег — вышло показательно
  8. Лукашенко отправил руководить проблемной Витебской областью человека «системного, с военным характером»
  9. За использование лазерной указки можно получить «вплоть до 15 лет» колонии. В МВД перечислили статьи
  10. «Для гроба такая скорость». Что известно о молодой паре, разбившейся в смертельном ДТП в Стародорожском районе
  11. «А какой реакции вы хотите от меня?». Позвонили на станцию скорой помощи, где работает врач, которая травила блогерку с инвалидностью
  12. Рекордный с начала года объем торгов по доллару: каким будет курс во второй половине ноября? Прогноз по валютам
  13. На месте престижного ЖК в Минске еще недавно была колония, а раньше — лагерь НКВД и место нацистских расстрелов. Рассказываем


Сергея (имя изменено) признали негодным к службе в армии в мирное время еще в 2020 году. Но в феврале 2023 года в Беларуси пересмотрели требования к годности призывников — и «сюрприз-сюрприз». Чуть менее полугода назад Сергей вернулся из армии. Он рассказал devby.io о своих армейских буднях.

Фото: TUT.BY
Изоюражение используется в качестве иллюстрации. Фото: TUT.BY

«В нашей части было много „хромых“. Некоторые годились только для работы за компьютером»

— Я должен был идти служить еще в 2020 году — сразу после университета: в комплекте с дипломом о высшем образовании идет повестка в военкомат.

Но меня признали негодным к службе в мирное время с переосвидетельствованием через три года.

Я собирал бумажки, подтверждая диагноз, однако в феврале 2023 года требования к состоянию здоровья изменили — и я стал ограниченно годен. Что это значит? Да ничего! Я служил наравне с теми, кто был абсолютно здоров и полностью годен к службе.

В день, когда сажали на автобус, нас собрали в одном из кабинетов военкомата и сказали, что половина сегодня никуда не уедет. Дескать, они перевыполнили план по призывникам. Оно и неудивительно — с такими требованиями к состоянию здоровья.

Род войск и место службы я оставлю обезличенными в своем рассказе, отмечу лишь, что в нашей части было много «хромых». Некоторые из них годились только для работы за компьютером. Делать документы за начальника штаба — нормальная практика, дающая возможность получить один или несколько дней плюсом к отпуску, ну или хотя бы дневное увольнение: в 09.00 вас забирает мама или папа, а уже в 17.00 вы снова в части. Это относится и к тем, кому уже за 25 лет.

«Вагнеровцы недолюбливали наших офицеров. Со срочниками были дружелюбны»

Курс молодого бойца длится месяц. На вторую или третью неделю нас отвезли на стрельбище и дали выстрелить по три патрона из АКС-74.

Регистрации попаданий не было от слова совсем — нужно просто отстреляться и сдать гильзы.

Были случаи, когда я стрелял за женщин-контрактниц, просто потому что они боялись, а патроны надо было списать. Но для меня это было счастьем, потому что в среднем раз в два месяца мы стреляли по патронов 8.

Многие офицеры из нашего подразделения ездили на занятия по огневой подготовке к вагнеровцам, потом часть этого опыта передали и нам. Некоторым сослуживцам даже удалось напрямую поучиться у них. Со слов товарища могу сказать только, что вагнеровцы недолюбливали наших офицеров. Однако со срочниками были весьма дружелюбны.

Немного о буднях: на КМБ (курс молодого бойца) нас особо физическими работами не напрягали. Сержанты проводили что-то вроде уроков по медицинской военной подготовке, разбирали с нами звания, устройство автомата и так далее. Длится это примерно неделю-две.

С приходом зимы начинается бесконечная уборка снега. Инвентаря — то есть нормальных лопат — не всем и не всегда хватало. Я был свидетелем того, как парень убирал снег ломом.

Уже на КМБ многие начали считать «дни до дома», закрашивая квадратики в блокноте или вычеркивая цифру из списка — от 365 до 1. Сержанты с этим боролись, и если обнаруживались такие записи, — наказывали, потому что по какой-то причине считали это «тюремной традицией».

После курса молодого бойца нас распределили в подразделение, где я провел большую часть своей службы. Дальше — только наряды и физическая работа, если повезет — дежурства на технике. Наряды у нас были в основном сутки через сутки. Это когда вы заступаете в 17.00 и до 17.00 следующего дня стоите, например, дневальным.

«Дурной работы выше крыши: мы выщипывали траву, „гуталинили“ колеса техники»

По уставу после смены с наряда запрещается привлекать сменившийся наряд к физической работе. Однако это вообще не соблюдалось в нашем подразделении. Иногда мы работали до 2 часов ночи, а подъем — опять в 06.00.

Дурной работы там выше крыши: мы выщипывали руками траву, которая пробивалась сквозь разбитый асфальт или плитку; «гуталинили» кремом для обуви колеса техники; палками, вырезанными из металлопрофиля наподобие мачете, били летом траву.

У нас также было много строительных работ. Парни строили навес для техники, клали плитку, резали металл болгаркой, вырубали лес.

Я работал за компьютером у начальника штаба — полностью брал на себя часть его работы. Заключалось это в том, что я делал конспекты к занятиям, которые каждый месяц якобы проводятся для личного состава (обеспечение безопасности военной службы, военно-медицинская подготовка, инженерная подготовка, физическая подготовка и так далее). Все это было только на бумаге.

В моем подразделении дедовщины как таковой не было. Под этим словом я понимаю избиения, физические издевательства и другое рукоприкладство. Ругань и ссоры были постоянно — но никто не дрался. Были случаи, когда одни солдаты запрещали другим звонить родным в положенное время. Как срочники, так и офицеры могли высмеять тебя за то, что хотел набрать родителям. 19-летний «дед» мог учить жизни 24-летнего новобранца — это смех.

В целом хочется сказать, что армия мне здоровья не прибавила совсем. Из-за постоянных нарядов дневальным у меня появился варикоз (так как ты сутками стоишь на «тумбе»), также образовалась паховая грыжа. Жалею ли я о потраченном годе? Да. Греет лишь мысль о том, что мне больше не нужно об этом думать. И я могу забыть все, что там происходило, как страшный сон.

«После армии понадобился примерно месяц, чтобы адаптироваться в обществе»

До армии я работал старшим менеджером по продажам. На работе никто до последнего не думал, что меня заберут. Окончательное решение председателя комиссии в военкомате я получил за пару дней до отъезда к месту службы. В компании до последнего не хотели оплачивать часы, которые я проводил в военкомате. В итоге за год на мое место поставили человека из моего отдела — я решил туда не возвращаться.

Моя работа была больше про софт-скиллы. После армии мне понадобился примерно месяц, чтобы адаптироваться в обществе.

В армии я читал только художественную литературу, чтобы скоротать время. Книг по программированию и тестированию у нас не было, как и возможности практиковаться на компьютере.

Трудно сказать, как не растерять профессиональные навыки за год службы. В моем подразделении мы практиковались по большей части со строительным инструментом и уборочным инвентарем. В армии я научился только работать лопатой, граблями. Еще научился идеально заправлять кровать и ровнять ее «под нитку» — ничего из этого мне не пригодилось.

После армии я устроил себе двухнедельный отпуск, потом начал активно искать работу, откликаться и ходить на собеседования. Было много предложений, но зарплата — низкая. Сейчас я работаю инструктором по стрельбе, устроился спустя полтора месяца после демобилизации. Но контракт продлевать не буду — хочу стать тестировщиком.

Читайте также на devby.io:

Сильная армия и бесплатная медицина. Идеальное государство беларусского айтишника

Джун вернулся после года в армии, а компании уже нет. «Как будто мир рухнул»

«Деды меня не трогали, проблемы были с бобрами». JS-разработчик, которого забрали в армию с 4-го курса, о службе