Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Сказали, из-за моего TikTok ему министр ночью звонил». Беларуска — о том, как сейчас ведут себя силовики и за что могут задержать
  2. В список запрещенных книг, «способных нанести вред национальным интересам страны», внесли еще 12 произведений
  3. Александр Таратута казнен два года назад за убийство трехлетнего сына — правозащитник Полуда
  4. Лукашенко назвал возможного кандидата на свое место
  5. США исключили из санкционного списка умершего экс-министра транспорта Беларуси
  6. Для владельцев частных домов появилось ужесточение по застройке. Эксперты пояснили, что для них изменилось
  7. «Я это принимаю». Тихановская лишилась советницы по делам молодежи — из-за конфликта интересов
  8. «Что же вы за квартиру снимаете за 700 долларов?» Беларус подсчитал, сколько денег ему нужно для комфортной жизни в Минске
  9. Нам грозит пандемия легочной чумы? Объясняем, пора ли бояться и есть ли риск для Беларуси
  10. «Никакой речи о „политических“ каких-то быть не может». Рыженков пояснил заинтересованность США в освобождении беларусских политузников
  11. Отменены все рейсы в Египет из регионов. Комментарий туроператора


/

Нефтяная экономика России, построенная на продаже за рубеж черного золота в обмен на технологии и потребительские товары, доживает свои последние годы. Рентабельных доказанных запасов нефти в России осталось на 25 лет базовой добычи, сообщил на заседании комиссии Госсовета по энергетике глава Роснедр Олег Казанов, пишет The Moscow Times.

Фото: pixabay.com
Изображение используется в качестве иллюстрации. Фото: pixabay.com

Из общего ресурсного потенциала нефти, который Минприроды РФ оценивает в 81,6 млрд тонн, рентабельны лишь 13,2 млрд тонн, то есть около 16%, следует из оценок ведомства. При этом почти все открытые залежи нефти — 96% фонда недр — уже вовлечены в добычу, заявил Казанов.

«Если называть вещи своими именами, мы практически все объекты с запасами передали недропользователям», — посетовал он. «Как бы мы ни стимулировали добычу на действующих месторождениях, рано или поздно они закончатся», — добавил Казанов (его цитируют «Известия»).

Попытки найти новые крупные нефтяные залежи в России год от года не приносят результатов. В прошлом году было открыто 39 месторождений, однако их суммарные запасы составили лишь 21 млн тонн. Это «курам на смех», констатирует нефтегазовый эксперт Михаил Крутихин: при текущей добыче (около 520 млн тонн в год) такой объем Россия выкачивает примерно за две недели.

К тому же эти запасы с большой натяжкой можно назвать доказанными, продолжает Крутихин: «Это сумма запасов по всем категориям в российской классификации, включая предположительно существующие, но не подтвержденные геологоразведочными работами, не говоря уже о скважинах. Хорошо, если в подготовленных к промышленной разработке запасах от названной оценки останется половина или даже треть».

В общей сложности нефтяные компании за прошлый год поставили на государственный баланс 592 млн тонн новой нефти. Однако это результат доразведки и бурения новых скважин на истощенных месторождениях, открытых еще во времена СССР. В силу высокой геологической изученности «старых» и давно эксплуатируемых нефтегазоносных регионов у государства почти не осталось потенциальных площадей, которые можно было бы предложить компаниям для исследования, отмечает доцент Финансового университета при правительстве РФ Валерий Андрианов.

Российские власти видят и признают проблему. Согласно энергостратегии до 2050 года, которую в апреле утвердило правительство, без существенных инвестиций и новых технологических решений уже в ближайшие годы добыча нефти в стране может начать стремительно падать. В инерционном сценарии с текущих 520 млн тонн в год снизится до 477 млн тонн к 2036 году, а к 2050-му — до 287 млн тонн. Экспорт нефти при этом придется сократить в три раза — с 234 до 79 млн тонн в год.

В «стресс-сценарии», который включает усиление западных санкций и ускоренный отказ мира от углеводородов, к 2050 году Россия будет добывать лишь 171 млн тонн нефти ежегодно — втрое меньше, чем сейчас. А баррелей для экспорта не останется вовсе: его объем опустится до нуля.

«Сокращение запасов нефти, которая может считаться рентабельной в текущих налоговых условиях и при нынешних экспортных ценах, может уже в ближайшее время поставить руководство страны перед нелегким выбором: либо наблюдать, как падают нефтяные доходы в госбюджет из-за невозможности продавать нефть по ценам выше себестоимости, либо дотировать нефтяников путем сокращения налогов — что опять-таки означает удар по бюджету», — предупреждает Крутихин.