Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Сто семидесятый день войны в Украине. Рассказываем, что происходит
  2. Сгоревший двигатель, учения, карма. Как объясняют взрывы на зябровском аэродроме в Беларуси и Украине (и что там могло произойти)
  3. Сто шестьдесят девятый день войны в Украине. Рассказываем, что происходит
  4. До 16 лет колонии. «Рельсовым партизанам» из Бобруйска вынесли приговоры
  5. Война в Украине глазами российского солдата: бардак, бездарное командование и нежелание убивать
  6. «Кабинет делает ставку на силовое противостояние». Артем Шрайбман отвечает на вопросы читателей «Зеркала»
  7. Лукашенко поручил наказать литовцев за «отжим» доли в порту Клайпеды
  8. Белорусские грибы-убийцы. Рассказываем о пяти самых опасных, которые стоит обходить стороной
  9. Исчез (скорее всего, убит), понижен в звании, умер. Как сложилась судьба силовиков, бросивших вызов Лукашенко
  10. Залечь на дно в Мексике, штурмовать границу и попасть в «обезьянник» в США. Невероятная история бегства отчаянной белоруски
  11. Создание в России Третьего армейского корпуса и уничтоженный Gepard. Главное из сводок штабов на 168-й день войны
  12. Зеленский предлагает высылать всех россиян на родину. Похожее уже происходило во время Второй мировой — в лагеря попадали даже евреи
  13. Лукашенко предложили поднять цены на молочку, он запретил
  14. В Беларуси с 9 августа 2020 года возбудили 11 тысяч «протестных» уголовных дел
  15. «На меня донесли, когда мне было 10 лет». Большое интервью с одним из лучших шахматистов мира, который вырос в Минске
  16. Почему Россия потеряла так много самолетов на крымском аэродроме в Саках? Разбираемся (спойлер: дело не только в украинском оружии)
  17. Партизаны, головотяпство, детонация. Кто и что говорит о взрывах на военном аэродроме в Крыму
  18. Проблемы РФ с экспортом оружия и добровольческий батальон в Орловской области. Главное из сводок штабов на 169-й день войны
  19. На суде по делу о «захвате власти» дал показания Роман Протасевич
  20. Головченко: Вся собственность недружественных государств в Беларуси известна, она подсчитана
  21. «Давайте не строить иллюзий о митингах — это невозможно». Поговорили с Павлом Латушко о созданном Объединенном кабинете
  22. В Беларуси заведения закрывают после доносов пропагандистов. Рассказываем, как сложились судьбы доносчиков и их жертв в СССР
  23. «Обращение к Мартиросяну — это как говорить со стеной с буквой Z». Экс-резидент Comedy Club Таир Мамедов о войне, Беларуси и США
  24. Произошло возгорание. В Минобороны Беларуси прокомментировали «хлопки» на аэродроме «Зябровка»


Стокгольмский окружной суд 14 июля приговорил бывшего иранского тюремщика Хамида Нури к пожизненному заключению за массовые казни заключенных-оппозиционеров в 1988 году, пишет Русская служба BBC.

Хамид Нури (слева) и его адвокат Томас Сёдерквист, рисунок из зала суда, сделанный в прошлом ноябре. Рисунок: Reuters
Хамид Нури (слева) и его адвокат Томас Сёдерквист, рисунок из зала суда, сделанный в прошлом ноябре. Рисунок: Reuters

Законы Швеции позволяют судить за убийства и преступления против человечности, где бы они ни были совершены. Иранские политэмигранты, собрав материалы на Нури, в конце 2019 года заманили его в Швецию, где он был немедленно арестован.

Массовые казни, в которых, по мнению суда, участвовал Хамид Нури, проходили с 30 июля по 16 августа 1988 года. Тогда по распоряжению лидера иранской исламской революции аятоллы Хомейни тайным трибуналом, без гласного суда и разбирательства, были казнены несколько тысяч человек.

Суд над Нури, начавшийся прошлым летом, стал первым в мире процессом по тому давнему делу. Он вызвал особый интерес в мире еще и потому, что к делу был причастен нынешний президент Ирана Эбрахим Раиси. Он, тогда 25-летний молодой человек, был назначен заместителем прокурора Тегерана и участвовал в заседаниях трибунала.

Сам Нури отвергает обвинения. На суде его адвокат говорил, что они строятся в основном на свидетельских показаниях, а через тридцать с лишним лет после событий память может и подвести.

Ареста и суда над Нури добилась группа из примерно 30 иранских политэмигрантов, но главную роль сыграл один из них, Ирай Месдахи.

Сам в прошлом политзаключенный, Месдахи несколько лет вел против Нури своего рода личную войну. Собрав несколько тысяч страниц обличительных материалов, он передал их шведским прокурорам, а затем заманил своего врага в Швецию, где у того имелись родственники, обещанием устроить для него морской круиз и алкогольную вечеринку с девушками.

Как только Нури в ноябре 2019 года ступил на шведскую землю в стокгольмском аэропорту Арланда, его арестовали.

«У него были свои планы поразвлечься в Швеции, но у нас были свои», — сказала в прошлом году журналистам Нима Сарвестани, чей брат был казнен в 1988 году.

Жертвами массовых казней в 1988 году стали члены левой группировки «Моджахеды народа». Они тогда совершили в Иране несколько терактов, и в ответ аятолла Хомейни отдал приказ казнить «моджахедов народа», сидевших в тюрьмах. Они заведомо не могли быть причастны к терактам — их убили просто за взгляды и как заложников.

Дела рассматривал специально созданный временный орган из четырех человек, прозванный «комитетом смерти» и своими методами напоминавший сталинские «тройки». Приговоры выносились тайно, в отсутствие подсудимых и без права на защиту и обжалование. Судьба человека решалась за несколько минут.

Количество погибших документально не установлено. Правозащитники говорят о примерно пяти тысячах.

Одним из членов «комитета смерти» был нынешний президент Исламской Республики Эбрахим Раиси, в 25 лет назначенный заместителем прокурора Тегерана.

В Иране Раиси давно называли «палачом 1988 года». В 2018 году с обвинениями в его адрес выступила Amnesty International.

В 2018 и 2020 годах Раиси заявлял, что считает ту фетву Хомейни законной, но лично никого к смерти не приговаривал.

18 июня прошлого года Раиси одержал победу на президентских выборах. Ранее Совет стражей конституции при духовном лидере Ирана Али Хаменеи снял с выборов всех реформистов и умеренных кандидатов, сделав исход предрешенным. Явка избирателей составила 48,8% — самый низкий показатель в истории Исламской Республики.