Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Подготовка к насильственной мобилизации военнопленных и изменения в Минобороны. Главное из сводок штабов на 214-й день войны
  2. СМИ: мужчинам мобилизационного возраста запретят выезжать из России
  3. Постфашисты у власти в Италии: чего ждать Украине, России и Европе в случае победы Джорджи Мелони?
  4. Пересмотр пенсий и пособий, снижение ставок по кредитам, продление лимитов на товары из-за границы. Изменения октября
  5. Повестка 59-летнему больному раком и намерение призывать жителей других стран. Рассказываем, как в России проходит мобилизация
  6. «Прошу, пожалуйста, заверните дело, я передумал». Что говорят белорусы с российским паспортом, которых могут призвать на войну
  7. «Несанкционированное массовое мероприятие». Силовики задержали организатора встречи с Миланой Хаметовой в Dana Mall
  8. Атаки российской армии и до «300 ликвидированных иностранных наемников». Главное из сводок штабов на 213-й день войны
  9. В российском Ижевске неизвестный ворвался в класс и открыл огонь по детям. Известно о девяти погибших, среди них пятеро детей
  10. Ядерные удары — уже не что-то из области фантастики. Шрайбман — о том, как Путин может захотеть выиграть войну и к чему это приведет
  11. Бабьего лета в ближайшее время не будет
  12. Канада не дала визы экспертам из Минска для заседания по Ryanair
  13. Лукашенко и Путин проводят переговоры в Сочи. Это их седьмая встреча с начала года
  14. СК: после ЧП в Dana Mall за медпомощью обратились пятеро детей
  15. Украина нанесла ракетный удар по гостинице в центре оккупированного Херсона. Погиб коллаборант, поддерживавший Лукашенко
  16. Украина победила Россию. Рассказываем, куда чаще всего ездили на отдых белорусы до войны


Контрнаступление в Харьковской области стало самым успешным для ВСУ с момента начала полномасштабной войны. Освобождены населенные пункты и в Донецкой области. Мы расспросили жителей Донецка о ситуации в городе и о том, ждут ли там Украину.

Фото: Reuters
Простреленный указатель дороги на Луганск и Донецк, Донецкая область, Украина, 2 июня 2014 года. Фото: Reuters

«Многие даже не представляют, что сюда могут зайти украинские войска»

В Донецке Маргарита (имя изменено) живет давно. Помнит и события 2014 года, и как было еще при Украине. У женщины есть взрослая дочь, которая сейчас живет в Киеве и очень ждет освобождения своего родного города. Этого ждет и сама собеседница, хоть и говорит осторожно, будто боясь надеяться слишком сильно.

С Маргаритой созваниваемся вечером, поговорить получается не с первого раза: в Донецке перебои со связью. Женщина рассказывает, что осталась здесь скорее по воле случая. После возникновения самопровозглашенной ДНР она вместе с семьей переехала в город неподалеку, но под контролем Украины. Там дочь собеседницы закончила школу, но потом у Маргариты заболела мама, а нужный врач был только в Донецке. После лечения началась долгая реабилитация, потом грянул коронавирус — выехать стало практически невозможно.

По словам собеседницы, когда началось контрнаступление ВСУ, в Донецке как будто стало спокойнее. По крайней мере, по сравнению с летом.

— Это парадокс, я не могу его пока объяснить. Но в городе все лето было очень шумно в плане обстрелов. Постоянные взрывы, пожары — было страшно. А когда я начала читать новости об освобожденных территориях, сначала появился страх, но шума в Донецке стало меньше. Сейчас мне перемещаться по городу спокойнее, даже ночью сплю. Летом у меня такой возможности не было.

Женщина рядом с телом своей матери, убитой в результате обстрела, Донецк, 2 сентября 2022 года. Фото: Reuters
Женщина рядом с телом матери, убитой в результате обстрела, Донецк, 2 сентября 2022 года. Фото: Reuters

Рассказывая об успехах ВСУ, женщина уточняет: радуют они в Донецке немногих. За восемь лет там осталось мало людей, разделяющих ее взгляды.

— Многие даже не представляют, что сюда могут зайти украинские войска. Из изменений — в городе пропал бензин, на заправках огромные очереди. А все остальное особо не изменилось, разговоров и страхов нет, — описывает обстановку Маргарита. — Нужно понимать, что на оккупированных территориях начальниками назначают своих же, россиян. Да и многие наши едут сюда за должностями. И они по-прежнему считают, что все успехи ВСУ — это ненадолго, в войне все может поменяться.

При этом женщина не уверена, что местные жители будут с оружием в руках сопротивляться ВСУ.

— Мне кажется, это будет зависеть от украинских властей. От того, насколько быстро они смогут взять власть в свои руки, поставить правильных людей. Потому что то, что происходило на моих глазах в 2014-м, стало возможным потому, что местные власти Украины ничего не делали. Они сами допустили эту ситуацию. С каждым днем в Донецке становилось все больше людей в форме, с автоматами, хотя на тот момент еще были украинские банки, власти. В какой-то момент они вообще стали параллельно существовать. А потом украинские власти просто выехали из города. Вот и сейчас все будет зависеть от того, как они себя поведут, — проводит параллель собеседница. — Все настолько устали от войны — я не думаю, что кто-то из жителей захочет воевать. Все хотят мира. И когда пройдет время, многие начнут привыкать.

— Скажу сейчас крамольную вещь, но на месте украинских властей я бы не делала Донецк столицей области. Как мне ни грустно от этого, но для них это сейчас не самый подходящий город. Людей достаточно много, но все-таки 9 лет… Подросло то поколение, которым тогда было 10. Теперь им по 20, и этим людям нужно время. Они не понимают, кто прав, кто виноват. Пенсионеры все помнят, но им важнее, кто будет платить пенсии. Все работоспособные разъехались. Поэтому украинскому руководству понадобится время, терпение и мудрость, чтобы навести тут порядок.

«Пушилина все терпеть не могут»

Социальный срез тех, кто остался в Донецке, по описанию Маргариты выглядит достаточно скромно: пенсионеры, которые не потянули бы съемное жилье в другом городе, сотрудники местных госорганов, военные и семьи всех этих людей.

— Заводы и фабрики не работают, шахты как раньше тоже не работают. Нужно понимать, что для того, чтобы люди шли в армию ДНР, их просто лишили другой работы. Теперь у них семьи, жены. И они как родные военнослужащих для Украины тоже не самые положительные люди, — объясняет собеседница. — Бизнеса тут нет. Вот это «государство» размером чуть больше города все контролирует, кто чем занимается, кому что разрешено. Бизнесом дозволено заниматься либо россиянам, либо друзьям руководства. Остаются совсем мелкие предприниматели, но они на грани выживания.

На вопрос о том, какой уровень жизни в Донецке сейчас, женщина отвечает философски: «Каждый думает по-разному».

— Не могу сказать, что для меня все плохо, скорее удовлетворительно. А кто-то считает: рестораны есть, больницы есть — какие проблемы? Но вот для примера. До 2014-го в мой любимый ресторан можно было попасть только по записи, а сейчас я его определяю так: «Можно есть, тебя не отравят». Потому что люди об этом не задумываются, но когда в городе нет воды полгода, в какой ресторан я могу пойти? У меня сразу вопрос: а моют ли они руки?

Глава самопровозглашенной Донецкой Народной Республики Денис Пушилин присутствует на церемонии, посвященной 77-й годовщине победы над нацистской Германией во Второй мировой войне в Мариуполе, Украина, 9 мая 2022 года. Фото: Reuters
Глава самопровозглашенной ДНР Денис Пушилин на церемонии, посвященной 77-й годовщине победы над нацистской Германией во Второй мировой войне, Мариуполь, 9 мая 2022 года. Фото: Reuters

У меня в квартире воды нет полгода. Мне приходится покупать питьевую и бегать с баками за технической. Первое время воду подвозили на машине, потом мои родственники сделали на своем частном участке скважину, и я прошу их привозить. Все остальные примерно так же живут.

По словам Маргариты, в городе есть недовольство условиями жизни, но не все видят в Украине шанс на лучшую жизнь.

— Не могу сказать, что здесь нет недовольства. Местного руководителя [главу ДНР Дениса Пушилина] все терпеть не могут. Ни военные, никто. Просто вслух об этом никто не говорит. Но людям иногда удобно обвинить во всех проблемах украинскую сторону. Город обстреливает кто? Поэтому и воды нет. Но люди не хотят об этом задумываться.

Маргарита говорит, что в Донецке с каждым годом условия все хуже, молодежь и бизнес уезжают. А свое недовольство властью высказывать опасно. Даже телефон у собеседницы самой старой модели, чтобы не показывал геолокацию. Об этом украинка задумалась после арестов нескольких знакомых.

—  Но сложность увидеть семью — это моя самая большая боль, — делится женщина. — Пока не было коронавируса, я ездила во вторую свою квартиру. Это было трудно: переезды через линию фронта, постоянные досмотры. У меня по-прежнему украинский паспорт, и когда я приезжаю на местную «границу» на меня косо смотрят. Заезжаю в Украину — тоже, в прописке Донецк. Я подхожу к этому с пониманием. Хотя обидно.

Несмотря на столько лет жизни в самопровозглашенной ДНР, о будущем Маргарита говорит уверенно: ждет прихода ВСУ.

— Я взрослый человек, который пережил развал Союза. И если брать просто бытовой момент — во всей этой ситуации меня не устраивает неразбериха с документами. Сколько детей за это время родилось — какие у них свидетельства о рождении? ДНР? Что это такое вообще? А что это такое, когда у людей по шесть паспортов? Я не люблю бардак, особенно в документах. А эта ситуация именно его и развела, — эмоционально заявляет женщина. — Поэтому я жду государство, которое может обеспечить нормальную человеческую жизнь его гражданам. Чтобы была вода, свет, интернет. Когда я приезжаю в какую-то страну, у меня нет бесконтактной карточки, я не могу расплатиться телефоном, потому что в Донецке этих вещей нет. И мне стыдно. Я хочу жить нормально. Считаю, что добро должно победить зло, и этим все сказано.

«Как только дадут воду, люди будут рады Украине»

Ростислав, как и Маргарита, входит в число тех, кто с нетерпением ждет ВСУ. Ему 24 года, всю жизнь парень прожил в Донецке. На днях молодой человек все же уехал — находиться в городе ему стало совсем невыносимо. Говорит, сделал бы это раньше, но оставался ради бабушки и дедушки. К слову, взгляды в семье противоположные: оба родственника свято верят в Россию.

— Бабушка и дедушка уверены, что Москва всех нас спасет. И то, что за восемь лет никого не спасли, их не смущает, они же в Советском Союзе жили. Но мы давно не общаемся на эту тему.

Наш собеседник утверждает, что в городе особо не говорят о контрнаступлении ВСУ.

— У нас же нет другой стороны информации. Только та, где «русская армия всех сильней». Дело в том, хоть это и высокопарно будет звучать, в ДНР уже появились признаки государственности. Люди привыкли к этому. Они действительно поверили, что русская армия всех сильней, всех победит и никаких потерь нет. Поэтому сейчас даже мысли о том, что к ним могут прийти украинские войска, нет. А некоторые этого боятся, стараются максимально гнать от себя идеи, что все-таки у Украины что-то получится.

Ростислав замечает: многие из тех, кто после 2014-го не уехал из Донецка, приняли новые реалии. Сам же парень за все это время никак не изменил свое мнение.

— Так ничего хорошего не произошло! Ничего не построили, ничего не сделали для людей, никаких, даже мелких достижений не случилось. Только в последние месяц-два, когда Россия выделила большое количество денег, начали потихоньку делать дороги, город Харцызск восстанавливать — там действительно бордюры из земли достают и кладут новые. А до этого все восемь лет была полная стагнация. Да и фраза про «восемь лет» звучит крайне смешно. Где-то в 2016 году закончилась активная фаза, все это время не было массированных обстрелов и открытой войны.

Собеседник уточняет: хоть активных боевых действий не было, редкие обстрелы продолжались до самого 24 февраля. После все затихло и разгорелось с новой силой в марте — прилетает как в город, так и из города.

Люди идут возле взорванного торгового центра «Галактика» в Донецке, Украина, 24 августа 2022 года. Фото: Reuters
Молодые люди идут возле взорванного торгового центра «Галактика», Донецк, 24 августа 2022 года. Фото: Reuters

— Через 300 метров от моей квартиры стоят огромные орудия. У меня балкон не просто трясется, он подпрыгивает. И балкон, и все, что находится в квартире. Но проходит недели две, и ты к этому привыкаешь. Когда обстрелы возобновились, многих тут это обрадовало: «Сейчас мы всех захватим, там же нацисты». Самое забавное, что слова «нацизм» и «фашизм» для них просто ругательства, как любые матерные.

А вот сценарий на случай победы Украины у молодого человека более оптимистичный, чем у Маргариты.

— В Донецке все пропитано советским конформизмом: как скажут, так и будет. Огромное количество населения — пенсионеры. Им, условно говоря, прибавят пару сотен гривен к пенсии, и они полюбят эту власть. Что касается остальных, как только дадут воду, люди будут рады Украине. Ясно, что за это время осело огромное количество нелегального оружия, может быть много эксцессов. Но я не думаю, что здесь будет партизанская война. То есть если негатив и будет, то больше на словах. А потом люди снова привыкнут.

Рассказывая о Донецке, парень много говорит о том, как стало хуже. А также о неприязни общества к Украине и любви к России.

— Во-первых, это пропаганда. А во-вторых, это такое состояние души советского человека. Вот он верит: что бы ни случилось, не виноват он и его лидер. Это кто-то другой. А вот человек, который сидит дома и ни черта для своей жизни не делает, не виноват. Но и президент Владимир Владимирович Путин тоже не виноват. Он-то знает, что все плохо, и попросил, чтобы сделали хорошо. А «они» разворовали, и хорошо не получилось.

Женщина идет по улице с бутылкой с воды в в Донецке, Украина, 31 июля 2022 года. Фото: Reuters
Женщина идет по улице с бутылкой воды, Донецк, 31 июля 2022 года. Фото: Reuters

Жить в Донецке все это время молодому человеку с его проукраинскими взглядами помогала своеобразная внутренняя миграция. Он создал для себя определенную зону комфорта.

— Тем более что жить здесь с такими взглядами совершенно небезопасно. Говорить об этом незнакомому нежелательно, но друзей и единомышленников, с которыми можно поговорить, у меня было достаточно. И это не только мои ровесники, есть люди 35−40 лет, которые тоже прекрасно все понимают. В основном это люди, которые лишились своего бизнеса. Они понимают, что ничего хорошего в этом нет. Многие даже попробовали начать что-то в России, но поняли, что там одна огромная монополия. Всего, мне кажется, таких где-то 10%.

Ростислав говорит, что как только узнал про наступление ВСУ, снова поверил в победу:

— Не сказать, что меня когда-то до конца оставляла эта мысль, но я больше надеялся. А в этот момент все-таки поверил. Наконец-то.

«Свои граждане становятся чужими»

Впрочем, проукраинские взгляды, как отмечали Ростислав и Маргарита, в Донецке не у всех. Мы коротко поговорили с двумя людьми, которые ВСУ не ждут.

— Что вам сказать? Мы живем, работаем, страха особого нет. Планов тоже не строю — откуда мне, обычному человеку, знать, когда все закончится? Господь бог только знает. Надежда есть, что все наладится, — заявила нам местная жительница.

— Как думаете, много людей в Донецке будут рады, если война закончится победой Украины?

— Радоваться? Мы такой вариант даже не рассматриваем. Никто радоваться этому не будет. Потому что мы уже Россия. Украинские войска не ждем.

Еще один мужчина сначала не хотел говорить: мол, небезопасно и непонятно, с кем общается. Но потом все же добавил:

— Ну, обстреливают постоянно, со стороны Украины.

— То есть вы опасаетесь того, что могут прийти украинские войска?

— Вы знаете, когда убивают своих граждан, не очень-то хочется. Я думаю, надо быть дураком, чтобы хорошо относиться к тем, кто по вам стреляет. И назад мне не очень-то хочется. Я вам скажу так: сначала они стреляют по своим гражданам, а потом свои граждане становятся чужими. У нас каждый день в Донецке гибнут люди, я это сам видел. Мирных людей убивают. Так что как можно к этому относиться?