Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Зеленский назвал условия прекращения «горячей фазы» войны уже до конца года
  2. На рынке труда — «пожар»: число вакансий растет буквально на глазах
  3. С чем связаны природные аномалии, которые одна за другой обрушиваются на Беларусь? Ученый объяснил и рассказал, чего ждать дальше
  4. «Я же у Гриши просто вырвал Марго из рук». Большое интервью с супругом Маргариты Левчук после новости об их свадьбе
  5. Медик, механик и охранник. Рассказываем, что удалось выяснить о гражданине Германии, которого в Беларуси приговорили к расстрелу
  6. Лукашенко огласил еще одну претензию к беларусам. На этот раз не ко всем, а к жителям пострадавших от урагана регионов
  7. Провалилась попытка армии РФ прорваться через госграницу на Сумщину, на других направлениях все пока не очень удачно складывается для ВСУ
  8. В правительстве пожаловались, что санкции ЕС затронули чувствительный для Минска товар. Что именно попало под запрет
  9. МИД Германии подтвердил информацию о смертном приговоре гражданину ФРГ в Беларуси
  10. Похоже, власти закрыли лазейку, с помощью которой беларусы могли быстрее проходить границу. Вот что узнало «Зеркало»
  11. «Как ни доказывал — поехал на разворот». Как сейчас проверяют вещи на беларусско-польской границе


Вадим Можейко, политический аналитик, координатор белорусской экспертной сети "Наше мнение",

Беспрецедентными мирными протестами после фальсификации выборов 2020 года белорусы привлекли к себе внимание мировых медиа. Из мало кому известного места наша страна на какой-то момент стала одной из главных тем для медиа во всем мире, в которых негодование по отношению к полицейскому насилию сочеталось с восхищением героизмом протестующих. Но время идет, голоса белорусов на страницах западных СМИ звучат все реже, а с февраля 2022 года их заглушает грохот гусениц российских танков, атакующих Украину с белорусской земли. Этот материал показывает эволюцию образа Беларуси в западных медиа (на примере The Washington Post, The New York Times и Süddeutsche Zeitung) в 2020—2022 годах: чьи голоса рассказывали о стране, какие основные нарративы звучали в медиа, и из каких событий складывалась белорусская картина дня для западных читателей.

Женщины показывают цветы проезжающим солдатам в микрорайоне Уручье. 13 августа 2020, Минск. Фото: Федор Петров
Женщины показывают цветы проезжающим солдатам в микрорайоне Уручье. Минск, 13 августа 2020. Фото: Федор Петров

Включенные в выборку медиа работают в далеких от Беларуси странах и не сообщают о событиях в ней регулярно и глубоко в силу географического положения и меньшего количества связей (в отличие от, например, ведущих польских и литовских медиа). В то же время они достаточно крупные и профессиональные, чтобы при желании иметь возможность освещать белорусские события так подробно, как их редакции посчитают нужным. К тому же эти медиа оказывают влияние на политиков в разных странах, и анализ их нарративов позволяет понять контекст того, как на Западе принимают решения, имеющие значение для Беларуси.

The Washington Post: учителя демократии впали в спячку

В 2020 году WP опубликовала несколько редакционных колонок в поддержку белорусских протестующих. В одной из них издание задалось вопросом «Почему Трамп как воды в рот набрал, когда речь заходит о мужественном белорусском народе, который противостоит Лукашенко?». Возможный ответ, предложенный WP, — американский президент решил не расстраивать своего российского коллегу Владимира Путина, «который давно стремится превратить Беларусь в провинцию России».

А американский историк Тимоти Снайдер, специалист по Восточной Европе, в своей колонке для WP призывал американцев учиться у белорусов тому, как отстаивать демократию, и называл «шесть П» для «защиты победы на выборах от авторитарного хаоса»: подготовка, протест, пацифизм, превалирование, постоянство и плюрализм. Опубликовала несколько колонок в WP и Светлана Тихановская. Она рассказывала о событиях в Беларуси, анонсировала свои планы борьбы (от мирных протестов до бойкота продукции госпредприятий) и призывала к расширению западной помощи.

Колонна протестующих движется по проспекту Независимости во время первого воскресного марша в знак протеста против фальсификации выборов и насилия. 16 августа 2020, Минск. Фото: Федор Петров
Колонна протестующих движется по проспекту Независимости во время первого воскресного марша в знак протеста против фальсификации выборов и насилия. Минск, 16 августа 2020. Фото: Федор Петров

WP углублялась в белорусскую ситуацию: называла четыре причины, из-за которых, по мнению издания, начались протесты 2020 года, и объясняла, как на рост политической активности граждан повлиял коронавирус. Газета обращала внимание на белорусский стиль протеста с переходом улицы на зеленый свет, и отмечала, что «вежливый характер протестов стал эффективной защитой от риторики Лукашенко о том, что их участники являются „преступниками“ и „тунеядцами“».

Конечно, не обошлось без историй давления на оппонентов Лукашенко, например, Марию Колесникову или Светлану Алексиевич. Вместе с тем со страниц WP звучали голоса куда менее известных людей — например, студентки минского иняза. В 2021-м году издание рассказывало истории бегущих из Беларуси айтишников и артистов.

Редакционные колонки WP летом 2021 года, после принудительной посадки самолета Ryanair с Романом Протасевичем на борту, были решительны: «С обеих сторон Атлантики Лукашенко должен получить сигнал: Беларусь заслуживает свободных и справедливых выборов и свободы для всех политических заключенных. Не меньше».

Джон Болтон, на тот момент уже бывший советник Трампа по национальной безопасности (в этом качестве он в 2019 году приезжал в Минск и встречался с Лукашенко), на страницах издания выражал озабоченность отсутствием стратегии США в отношении Беларуси и отмечал, что «внимание Запада отвлеклось от Беларуси после неудачных демонстраций против Лукашенко прошлым летом и вернулось только после того, как <…> Беларусь совершила воздушное пиратство».

Общий нарратив и колонки Болтона, и многих журналистских материалов WP был таков: санкции Запада только глубже толкают Лукашенко в объятия Путина. Активно критикуя политику Лукашенко, издание, очевидно, видело еще большую угрозу в его сближении с Россией. При этом один из колумнистов WP в мае 2021 года призывал идти дальше санкций: «Чтобы поддержать демократию и нанести удар по авторитаризму, нам нужно, наконец, снять лайковые перчатки и бить сильно». Правда, в качестве такого удара предлагалось закрыть для Лукашенко Западную Европу (куда он и так давно не ездит) и помешать ему прятать деньги в офшорах (о его личных офшорных счетах ничего не известно).

Вероника Цепкало, Мария Колесникова и Светлана Тихановская после поездки в Слуцк и Солигорск для встречи с избирателями. В тот день власти запретили проводить эти встречи. Солигорск, 4 августа 2020 года. Фото: Федор Петров
Вероника Цепкало, Мария Колесникова и Светлана Тихановская после поездки в Слуцк и Солигорск для встречи с избирателями. В тот день власти запретили проводить эти встречи. Солигорск, 4 августа 2020 года. Фото: Федор Петров

В 2022-м война России с Украиной стала главной темой с упоминанием Беларуси. Однако помимо роли Лукашенко в этом конфликте, WP также писала про батальон Калиновского и диверсии киберпартизан, которые мешали передвижению российских войск по белорусской железной дороге еще до начала полномасштабной войны. Среди введенных санкций за агрессию WP обращала внимание даже на не самые очевидные, такие как бан белорусов в Бостонском марафоне и приложении для знакомств Bumble.

Помимо войны, немного освещались репрессии против политиков и журналистов, смерть первого руководителя Беларуси Станислава Шушкевича, вручение Нобелевской премии правозащитнику Алесю Беляцкому, смерть Владимира Макея и фигура нового министра иностранных дел Беларуси. WP хоть и называла Макея «хитрым сторонником режима», но отмечала, что после его смерти «в ушах Лукашенко стало меньше на один прагматичный, рациональный голос, выступающий за максимальную независимость от Москвы, не рискуя вторжением в украинском стиле».

Однако в целом голоса из Беларуси в 2022 году пропали со страниц WP. Интервью с Тихановской было редким исключением. Можно сказать, что Беларусь почти исключительно освещалась через призму войны. В мае 2022-го обозреватель WP заключил, что к началу года противники Лукашенко «как будто впали в некую спячку», а война в Украине «дала белорусской оппозиции второе дыхание». А редакционная колонка гласила, что «демократию как в Беларуси, так и в Украине нужно спасти от того, чтобы ее растоптали тяжелые сапоги Путина и Лукашенко».

The New York Times: от солидарности до конспирологии

В 2020 году NYT также опубликовала редакционную колонку, призывавшую Европу и США поддержать белорусских протестующих в их требовании честных выборов. «Роль Запада <…> состоит в том, чтобы продемонстрировать многим смелым людям, которые проголосовали за Тихановскую и которые выдержали побои и аресты, <…> что свободные люди повсюду на их стороне и поддерживают их требование», писала NYT. Вместе с тем, замечала редакция, еще неизвестно, «смогут ли протестующие выстоять, когда их лидеров систематически вытесняют из страны».

В 2021-м подробно освещалась принудительная посадка самолета Ryanair и судьба Романа Протасевича и Софьи Сапеги, санкции США против Беларуси, скандал с бегуньей Кристиной Тимановской на Олимпиаде и с политизированной официозной песней на Евровидении. Свое письмо опубликовала в NYT и Тихановская. Отдельно освещался и «широкий западный фронт борьбы с диктатурой», и продолжающаяся в Беларуси подпольная борьба диссидентов.

В ноябре 2021 NYT подробно писала про миграционный кризис на белорусско-польской границе. На страницах издания высказывались и члены Совета безопасности ООН, и сами мигранты, которые описывали жестокое обращение белорусских силовиков и ужасные условия в лесах на границе: «Мы жили хуже, чем собаки». NYT подмечала и отличие этого миграционного кризиса от других. «Это выглядит как организованный кризис, созданный Александром Лукашенко <…>, чтобы создать проблемы для Европейского союза», — писало издание.

Семья мигрантов из Ирака в хостеле, где они ожидают очереди, чтобы совершить попытку перехода границы со странами ЕС. Минск, 17 ноября 2021 года. Фото: Федор Петров
Семья мигрантов из Ирака в хостеле, где они ожидают очереди, чтобы совершить попытку перехода границы со странами ЕС. Минск, 17 ноября 2021 года. Фото: Федор Петров

В 2022 году NYT показывала достаточно разнообразную картину связанных с Беларусью событий. Подробно освещалась Нобелевская премия Алеся Беляцкого, смерти Владимира Макея и Станислава Шушкевича, отстранение белорусских спортсменов от «Уимблдона» и Паралимпиады. Отдельно можно отметить лонгрид и двухчасовой подкаст про «Площадь перемен» и ее жителей, в деталях рассказавший историю и мирной борьбы белорусов в 2020 году, и антивоенных протестов в 2022-м. Но, несмотря на такие исключения, в целом картина NYT, как и в WP, — в отличие от 2020 года — уже практически не отражала происходящего собственно в Беларуси.

В тех же случаях, когда NYT говорила о событиях внутри страны, это порой балансировало на грани конспирологии. Так, в одной статье были связаны в единый сюжет смерть Владимира Макея и примерно совпавшая с ней по времени госпитализация Марии Колесниковой. Ухудшение здоровья Марии было названо «необъяснимой болезнью», хотя описание условий содержания в белорусских СИЗО и колониях (отсутствующее в статье) могло бы прояснить, почему каждый человек может заболеть после нахождения там.

Вместо этого NYT сделала вывод, что «внезапная смерть Макея и непонятная болезнь Колесниковой выявили крайне непредсказуемую и загадочную внутреннюю динамику Беларуси в период повышенной политической напряженности в стране, вызванной войной в Украине». Хотя в статье и говорилось, что «не обнаружено никаких доказательств нечестной игры [России]», но из нее могло сложиться впечатление, что россияне отравили и Макея, и Колесникову как двух разных, но прозападных политиков.

Однако подавляющее большинство материалов NYT, упоминающих Беларусь в 2022 года, касалось войны России против Украины, участия в ней Беларуси и возможного расширения этого участия.

Типичный нарратив в одном из материалов: «Путин использовал территорию Беларуси, своего ближайшего военного и политического союзника, в качестве плацдарма для своего февральского вторжения, и с тех пор его войска оттуда запускали ракеты и беспилотники в Украину. Но Лукашенко сопротивляется давлению России, требующей более активного участия в войне». Нарратив о сопротивлении Лукашенко войне, представлении его как миротворца, активно продвигался белорусской пропагандой, так как представляет его в выгодном свете единственного защитника Украины от вторжения белорусской же армии. Как можно видеть, этому утверждению поверили и в NYT.

В материалах, включая тот, откуда взята цитата выше, были ссылки на сообщения официальных лиц и разведок, не видящих сигналов реальной подготовки белорусской армии к войне. Вместе с тем не приводилось свидетельств того, что Кремль оказывает на Лукашенко какое-либо реальное, выраженное в конкретных действиях или хотя бы угрозах, давление по вопросу участия его армии в войне, а Лукашенко этому давлению сопротивляется. В другом материале в качестве доказательства такого давления были приведены только слова самого Лукашенко о том, что «втянуть в войну» его пытаются… Украина, Польша и НАТО.

Материал NYT о противоречиях, связанных с вручением Нобелевской премии мира совместно представителям Беларуси, России и Украины, одновременно иллюстрировал и особенности того, как западные медиа стали освещать происходящее в Беларуси. Так, писала NYT, «тот факт, что премия досталась представителям всех трех стран, подчеркивает длинную тень их общего советского прошлого, которое Путин и <…> Лукашенко пытаются возродить». И некоторым украинцам это показалось «неправильным сигналом — напоминанием миру об их общем прошлом, когда они пытаются вырваться из-под господства России», продолжало издание.

Светлана Тихановская на церемонии вручения Нобелевской премии мира в Осло, Норвегия, 10 декабря 2022 года. Фото: Pavel Krichko
Светлана Тихановская на церемонии вручения Нобелевской премии мира в Осло, Норвегия, 10 декабря 2022 года. Фото: Pavel Krichko

Абсолютно обоснованно и понятно, почему большая часть упоминаний Беларуси в западных медиа оказалась связана с войной России против Украины. В то же время это (вслед за действиями Лукашенко) неизбежно лишает Беларусь некоторой субъектности — собственного голоса, событий и внутренней динамики. Беларусь снова стала видна читателям NYT через призму России. А в качестве примеров деятельности Лукашенко было представлено только «сопротивление давлению Кремля» (не подтвержденное), а не репрессии против его политических оппонентов.

Süddeutsche Zeitung: исчезли с улиц Минска — и со страниц газеты

В 2020 году SZ активно освещала протесты и полицейское насилие, а также забастовку по призыву Тихановской, уклончиво отметив: «Не сразу было ясно, сколько человек приняли участие в забастовке. Однако это не было похоже на большинство». На страницах SZ слово получили протестующие спортсмены, пенсионеры и школьницы, журналисты. Освещались политические и спортивные санкции и встреча Лукашенко с арестованными лидерами протеста в СИЗО КГБ.

Среди немецких акцентов были поддержка протестующих бундестагом, встречи Тихановской с президентом Германии Франком Вальтером Штайнмайером и канцлером Ангелой Меркель, проблемы получения белорусами убежища в Германии, а также многочисленные премии: Сахарова для оппозиции, фонда Баума для Марии Колесниковой, Лютера для Вероники Цепкало, Марии Колесниковой и Светланы Тихановской.

Осенью 2020-го SZ критиковала запоздалое введение санкций против белорусской власти: «Просто позорно, что решение о санкциях было принято только спустя почти два месяца после того, как Кипр долгое время блокировал их». В декабре того же года колумнист SZ прозорливо замечал: «У людей в Беларуси <…> есть два сильных противника. Одним из них является диктатор Александр Лукашенко <…>. Другим — равнодушие. Чем больше у западных демократий ослабевает интерес к судьбе людей в Беларуси, тем меньше надежды на прекращение произвола».

Светлана Тихановская на выставке, посвященной вручению Нобелевской премии мира, Осло, Норвегия, 11 декабря 2022 года. Фото: Pavel Krichko
Светлана Тихановская на выставке, посвященной вручению Нобелевской премии мира, Осло, Норвегия, 11 декабря 2022 года. Фото: Pavel Krichko

В 2021 году SZ подробно освещала миграционный кризис, его искусственный характер. Ссылаясь на закрытый анализ немецкого правительства, SZ утверждала, что «Беларусь использует мигрантов против ЕС» и что «белорусский диктатор Лукашенко мстит за санкции ЕС против своего режима». SZ также давала слово представителям белорусского общества и собственно мигрантам.

В фокусе SZ тогда были звонки Меркель Лукашенко (включая их критику, в том числе белорусскими политиками). Тем не менее общий нарратив был таким: звонки помогли снизить напряженность и в конечном счете урегулировать кризис, оно того стоило. SZ приводила слова немецкого чиновника: «Чтобы улучшить эту тревожную гуманитарную ситуацию для тысяч людей, имеет смысл поговорить с теми в Минске, у кого есть возможность изменить эту ситуацию — даже если речь идет о правителе, легитимность которого Германия, как и все другие страны ЕС, не признает».

Лицом Беларуси на страницах SZ в 2021 году все чаще оказывался Лукашенко (например, с его угрозами перекрыть транзит газа в ЕС) или даже Путин (когда будущий канцлер Олаф Шольц высказывал надежду, что именно Путин поможет освободить Романа Протасевича). Новость о выходе Беларуси из «Восточного партнерства» сопровождалась ироничным вопросом: «А что, она все еще была там?». Редкими исключениями, когда снова звучали голоса белорусов, но не Лукашенко, были истории студентов, участвовавших в протестах, интервью Тихановской, писателя Саши Филиппенко, поэтессы Вальжины Морт. Но даже в том случае, когда материал давал слово белорусским спикерам, он мог сводиться к выводу: «Летом 2020 года сотни тысяч вышли на улицы Минска. Летом 2021 года диктатор Александр Лукашенко еще есть — а демонстранты исчезли».

Среди специфических немецких акцентов были визит Тихановской в Баварию, блокировка Deutsche Welle в Беларуси, награждение очередными немецкими премиями «Весны» и Тихановской. Характерно, что в новости о приговоре Сергея Тихановского к 18 годам тюрьмы он был назван «мужем лидера белорусской оппозиции».

В 2022 году главным нарративом о Беларуси в SZ было ее соучастие в войне против Украины, а главным спикером — Лукашенко. Так, в 2022 году он упоминался на страницах SZ 1613 раз, а Тихановская — только 342. SZ также рассказывала внутрибелорусские новости, которые могли показаться читателям из Германии смешными своим абсурдом («Лукашенко своим указом запретил повышение цен»). Однако узнавая о действиях Лукашенко, читатели SZ не знали, что делали его оппоненты.

До самого конца 2022 года продолжалось освещение длящегося миграционного кризиса, включая истории мигрантов, уже приехавших в Германию через Беларусь. Среди других тем — здоровье Колесниковой и смерть Макея, репрессии против журналистов, Нобелевская премия Беляцкому. Она стала поводом для материала, в котором журналист SZ писал, что, несмотря на все вышеприведенные новости, Беларусь — «странная страна», история которой малоизвестна на Западе.

Потеря субъектности белорусов

В целом ведущие западные СМИ в 2022-м продолжали писать о Беларуси активнее, чем до 2020 года. Однако акцент сместился с происходящего собственно в стране на события вокруг, будь то миграционный кризис на границе с Польшей и Литвой или война в Украине. Все реже звучали голоса обычных людей из Беларуси, а события в жизни противников Лукашенко будто бы сводились к тому, что он их репрессировал. Беларусь теряет свою субъектность не только из-за соучастия Лукашенко в военной агрессии Путина, но и из-за того, что голоса простых белорусов почти не звучат на страницах западных газет.