Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. «Ах, Вагнер, ах, Вагнер». Лукашенко упрекнул министра и офицеров, которые по телевизору восхваляли российских наемников
  2. Почему Лукашенко не может вернуть людей в Беларусь через комиссию по возвращению? Рассуждает Артем Шрайбман
  3. В колонии умер еще один политзаключенный. Игорю Леднику было 63 года
  4. Литва закроет еще два пограничных пункта на границе с Беларусью
  5. «Кремль преждевременно заявил о захвате села Крынки в Херсонской области». Главное из сводок штабов
  6. Глава Минздрава выступил с предложением, которое может усилить отток медиков и аукнуться другими проблемами. Эксперт — об этой инициативе
  7. Украинец и белоруска хотели вывести ребенка из белорусского гражданства. Власти нашли удивительный повод для отказа
  8. Чиновники готовятся нанести еще один удар по долларизации экономики. На этот раз — сокрушительный
  9. Силовики показали, кого и за что будут задерживать на избирательных участках во время выборов
  10. Силовики отслеживают людей по заказам в «Е-доставке»? Рассказываем, какие данные собирают такие сервисы и можно ли обезопасить себя
  11. «Обещали, что если сдамся, то ограничатся штрафом». Кузьмич опять съездил в Беларусь, узнал об «уголовке» и выехал с большими сложностями
  12. Лукашенко озвучил «закрытую информацию» — мысли главы генштаба одной из стран-членов НАТО
  13. ВСУ нанесли удар по полигону в Донецкой области. Российские военкоры сообщают о десятках погибших, Минобороны РФ — молчит (18+)
  14. Мать Навального — Путину: «Я требую незамедлительно выдать тело Алексея, чтобы я могла его по-человечески похоронить»
  15. Как давно появился белорусский язык и кто его ближайший «родственник»? Отвечаем на главные вопросы о нашем языке


В конце минувшего года вербовщики из ЧВК Вагнера стали объезжать российские колонии по второму разу. Но теперь это происходит не так торжественно: прилетает не сам Пригожин, а представители рангом пониже, да и добровольцев стало значительно меньше, пишет «Медиазона».

Фото: Reuters
Фото: Reuters

Заключенные перестали верить обещаниям вагнеровцев: новости в медиа и телефонные разговоры с завербованными убедили многих, что на фронте не все «так замечательно», как об этом говорят основатель ЧВК Вагнера и его подчиненные.

«Последний раз [в конце прошлого года] связывался человек, который находится под Бахмутом. Он сказал, что жалеет, что поехал туда. Говорил, что 20% живые из тех, которые отсюда уехали», — говорит в разговоре с «Медиазоной» заключенный одной из колоний на Урале.

И если летом и осенью из одной колонии ехать на войну вызывалась пара сотен заключенных, то теперь едва набирается несколько десятков. Возможно, именно проблемы с вербовкой побудили Пригожина начать новый виток пиар-кампании, и с начала января в связанных с ним медиа регулярно появляются рассказы и видеосюжеты о заключенных, которые попали в ЧВК Вагнера, полгода воевали в Украине и теперь, как утверждается, вернулись домой уже свободными людьми.

Сколько именно заключенных воюют в ЧВК Вагнера, неизвестно. В ноябре «Медиазона» выяснила, что за сентябрь и октябрь 2022 года количество арестантов сократилось на 23 тысячи человек. После этого ФСИН два месяца не обновляла статистику, а в конце января наконец выпустила новые данные: из них следует, что число заключенных перестало сокращаться после рекордного падения осенью, то есть темпы вербовки в ЧВК Вагнера, вероятно, сильно снизились.

По данным США, именно заключенные составляют значительную часть отрядов Пригожина и 40 из 50 тысяч воюющих в Украине наемников — осужденные, завербованные из российских колоний. Примерно такую же оценку давала глава фонда «Русь сидящая» Ольга Романова, по словам которой «на конец декабря были завербованы 42−43 тысячи» заключенных.

К началу февраля «Медиазона» смогла подтвердить гибель 567 завербованных заключенных — это только публичные сообщения о смерти с именами и другими данными, которые позволяют идентифицировать погибшего как попавшего в ЧВК Вагнера осужденного.

И если поначалу об этом можно было узнать только из сообщений родственников, то к концу года о «погибших героях» начал рассказывать сам Пригожин, а заключенных стали хоронить с почестями. Например, в декабре одного из завербованных в колонии наемников похоронили на «Аллее доблести» Белоостровского кладбища в Петербурге. Изначально власти города отказывались хоронить заключенного как героя, но резко изменили свое мнение после жалобы Пригожина председателю Госдумы Вячеславу Володину.

О больших потерях среди завербованных зэков говорят не только правозащитники, но и сами осужденные, которые остались в колониях, но по телефону все еще могут время от времени связываться с уехавшими на войну товарищами.

«Мне кажется, по крайней мере про смертей 30−40 известно достоверно, точно», — говорит заключенный из ярославской ИК-2, откуда в августе забрали 110 человек. По его словам, доброволец из этой колонии, с которым «Медиазона» говорила перед его отбытием на войну, перестал выходить на связь с середины осени, но сообщений о его смерти в колонии пока не получали.

Очевидно, сколько бы заключенных ни завербовали, ЧВК Вагнера постоянно не хватает бойцов, поэтому агитация продолжается. Начав с европейской части России, вербовщики дошли уже до Якутии и Приморского края и теперь, видимо, решили по второму кругу объезжать колонии, где уже побывали раньше.

Вербовка по второму кругу не так успешна: зэки наслышаны о смертях и «пушечном мясе»

«В первый раз приехали в начале октября, а уехали [завербованные] 23 октября, больше 300 человек. Во второй раз приезжали в конце декабря, и 6 января уехали тоже, но там уехало порядка 20 человек», — говорит заключенный с Урала.

В первый раз, как и во многие другие колонии в то время, для агитации прибыл лично Евгений Пригожин — прилетел на вертолете. На плацу собрали всех заключенных, присутствовал и начальник регионального УФСИН.

Во второй раз, в декабре, на встречу с вербовщиком ходили уже по собственному желанию. Заключенный называет приехавшего человека «менее харизматичным, чем Пригожин». «Не психолог, он не смог толпу завести. И когда он начал рассказывать, что вот сейчас ваши освобождаются и им нужна замена, дискуссия началась у него с зэками, — вспоминает осужденный. — И один конкретный ему, как говорится в тюрьме, по глазам ударил, задал вопрос: „Сколько процентов в живых осталось из тех наших, которые уехали?“. На этом он начал запинаться, ничего не мог ответить и вообще закончил свою речь».

По словам этого же собеседника с Урала, если в первый раз со всего региона уехали больше тысячи человек, то во второй — только 340. Он отмечает, что заключенные шли в ЧВК добровольно, хотя и были случаи давления, когда людей, «которые администрации неугодны», убеждали угрозами: «Они им угрожали ЕПКТ (единое помещение камерного типа), крытой тюрьмой, угрожали вывезти в режимный куда-нибудь в управу. Вынуждали таким путем уехать именно тех, которые неугодны администрации».

Другие собеседники «Медиазоны» настаивают, что в их колониях на войну идут «исключительно добровольно». Заключенный из ИК-4 в Плавске под Тулой сказал, что о принудительной отправке узнавал «только на уровне слухов» из других колоний.

«„Вагнер“ откидывает половину желающих по разным параметрам, а тут вдруг берут принудительно. На мой взгляд, если они так нуждаются, то брали бы всех желающих, — размышляет он. — Например, тут один заключенный напился, празднуя скорый отъезд на войну, и его лишили за это возможности поехать. Звучит как анекдот, но вышло так, что за плохое поведение не пустили на войну. Угроз отправить не было, но что интересно: вообще условия [в колонии] сильно ужесточились, и многие считают, что именно для этого, хотя я не уверен».

В ИК-4 второй набор добровольцев прошел еще в ноябре, заключенных несколько раз вывозили в Рязань, но потом возвращали обратно. Окончательно на фронт их вывезли только 10 января, рассказывает осужденный.

«Как рассказал один из уехавших после общения с представителями ЧВК, [на вопрос,] сколько будет обучение, [ответили]: „Ваша учебка — это поле боя“. Вполне возможно, что они уже непосредственно участвуют», — говорит он. По его оценке, в первый раз на войну записались около 300 человек (из них взяли 150), во второй — в два раза меньше (и из их числа отобрали всего около 50).

Собеседник «Медиазоны» отмечает, что администрация колонии «очень охладела» к вербовке, да и среди заключенных больше нет желающих «даже обсуждать саму возможность» уехать на войну.

«Администрация держится за осужденных, так как они работают, им не хочется чтобы кто-то уезжал, — говорит он. — Как я подозреваю, [во второй раз некоторым] осужденным не дали уехать именно из-за [необходимости работать на промзоне]. Желающие были, но они очень важны в ИК».

По его словам, в первый раз администрация колонии совсем не препятствовала вывозу заключенных, потому что «никто ничего не понимал, все были напуганы серьезными дядьками» из ЧВК Вагнера.

Правозащитник и бывший политзаключенный Иван Асташин писал, что вербовщики снова начали приезжать в лагеря Мордовии еще в конце ноября: «В частности, второй раз представители ЧВК „Вагнер“ посетили ИК-10 особого режима, где в этот раз в ряды армии Пригожина записались около 60 осужденных».

Создатель телеграм-канала «Житель МЛС» в декабре сообщал о «новом наборе» в смоленской ИК-6, карельской ИК-9 и челябинской ИК-1. «Медиазоне» он рассказал, что, по его информации, повторно приезжали и в колонию в Воронеже, в первый раз там забрали 107 человек, во второй — около 40.

В его колонии второго набора еще не было, а осенью у них забрали около 250 человек, хотя изначально записалось в два раза больше. Кого-то, по словам «Жителя МЛС», «забраковали» сотрудники ФСБ, у кого-то «сработало то, что они пообщались с родственниками».

«Суть в том, что потенциально остались еще какие-то люди, [которые могут согласиться уехать на войну]. Ну, сейчас скепсиса все-таки побольше», — отмечает он.

Теперь не берут иностранцев и всем намекают на кувалду

В конце прошлого года вербовщики повторно приезжали и в ИК-2 в Ярославской области, которую основатель ЧВК Вагнера уже посетил летом. На этот раз записью добровольцев заранее занималась администрация колонии, из 200 желающих отобрали только около 40 человек, рассказал «Медиазоне» один из заключенных. О том, что новые списки теперь составляют сами работники ФСИН, говорил и автор канала «Житель МЛС».

По словам заключенного из ИК-2, вербовщик предлагал те же условия, что и Пригожин летом, но просил «не записываться иностранных граждан», поскольку их могут потом преследовать в родных странах. «То есть раньше они обещали русский паспорт, теперь ни о чем подобном речи не было», — говорит он.

Возможно, это связано с резонансом из-за гибели на войне студента из Замбии Лемехани Ньиренда: тот был приговорен к 9,5 годам колонии после того, как в посылке, которую он доставлял, подрабатывая курьером, нашли наркотики. По словам заключенного ИК-2, летом из их колонии тоже забрали иностранца — гражданина Танзании Таримо Немес Раймонда, он погиб в конце октября под Бахмутом.

Кроме того, все страны Центральной Азии и правда выступили против участия своих граждан в войне в Украине, а после объявления в России мобилизации посольства этих государств напомнили и об уголовной ответственности за наемничество.

Собеседник из ИК-2 отмечает, что во второй раз вербовщики предъявляли и более высокие требования к физподготовке. «Тесты на физическую подготовку: 40 раз отжаться и 40 раз присесть, могут попросить пробежаться. Дескать, негативный опыт: такие приезжают и сразу начинают жаловаться на здоровье, отказываться от работы, и приходится их устранять, — говорит заключенный. — По крайней мере, очень жирно на [казни] намекнули. Строго по тексту, сказал так: „Пришлось их там и оставить таких, и пять миллионов, конечно, их семьям не дали, потому что они сами нарушили контракт“».

Заключенный говорит, что представитель наемников намекал и «про кувалды» — после публикации видео с казнью Нужина ЧВК Вагнера, ничуть не стесняясь, фактически сделала кувалду своим символом.

«Сказал (не вполне дословно): „Если кто сдастся в плен, то его выменяют на 15 человек [из числа пленных украинцев], на 20, сколько будет нужно, и перед строем его показательно расстреляют. Ну, вы же слышали наверняка про это. И да, мы заказали к новому году чехлы для кувалд“», — пересказывает слова вербовщика собеседник «Медиазоны».

По его словам, во второй раз на войну забрали около полусотни человек, в их числе и тех 40 заключенных, которые записались в добровольцы еще до приезда вербовщика.

Посетивший колонию наемник обещал, что за новыми добровольцами в ИК-2 приедут в феврале и, возможно, привезут для агитации тех, кто записался в первый раз и выжил. «Сказали, может быть, возьмут с собой счастливых и свободных наших бывших товарищей по заключению, чтобы агитировать, показать, что там можно выжить и так освободиться, — предполагает заключенный. — У них же как раз закончится срок их контракта».

После отправки части осужденных на войну жизнь в колониях тоже меняется

Вербовка арестантов косвенно влияет и на жизнь оставшихся в колонии заключенных. Например, автор канала «Житель МЛС» рассказал «Медиазоне», что в его колонии добровольцами записались и те, кто работал на промзоне, так что теперь администрация пытается как-то восполнить недобор.

«Я не думаю, что напрямую [связано], но у нас есть промзона, где есть швейные цеха, — говорит он. — Им пришел госзаказ на пошив обуви и комбинезонов для вольных мобилизованных, у них была дикая неуспеваемость, плюс потом прилетел Пригожин, и нехилый такой кусок от тех, кто работал на промзоне, тоже уехали. То есть у них, соответственно, недобор. У них паника. Они сейчас усиленно сгоняют в ПТУ. Ну, зазывают больше пряником, чем кнутом, всякие там привилегии [обещают]. Народ на это не очень ведется. Пока насильно не загоняют, но у них выбора нет, потому что на них давит, так понимаю, Министерство обороны. И помимо этого, начинаются отдельные поползновения по ужесточению режима».

Он рассуждает, что в первый раз вербовщики забрали меньше половины записавшихся, но вряд ли все отсеянные захотят попасть в ЧВК Вагнера в случае повторной вербовки. Несмотря на агитационные ролики с освободившимися наемниками, заключенные теперь не уверены, что их действительно помилуют. Даже если они выживут.

«Это заставляет задуматься многих, — говорит „Житель МЛС“. — Я думаю, что если 50 человек уедет, то это будет уже хорошо для вагнеровцев. Хотя если бы они за один заход взяли всех, им было бы это выгоднее, потому что тогда было очень мало информации о том, что происходит на фронте».