С изданием «Новая газета Европа» вышел на связь один из участников захода в Белгородскую область со стороны Украины 22 мая (этот человек называет произошедшее «рейдом»). Он — гражданин России. Мужчина попросил не называть его имени и даже конкретного подразделения, в составе которого он участвовал в операции. Вот его рассказ.
Джипы застряли в окопах
Накануне начала рейда испортилась погода, и землю сильно размыло. Дорога к пункту погранперехода перекопана, и двигаться приходилось прямо по полю. Подходы к границе сильно заболочены. Многие машины увязли в грязи, и часть из них даже не смогли участвовать в дальнейших действиях. Из-за этого на полдня были сорваны сроки начала операции, и не всех результатов удалось достичь.
В результате до границы добрался десяток машин и бронеавтомобилей. Всего нас было около 150 человек.
Никакого артобстрела из систем РСЗО «Ураган» со стороны Украины не происходило. Мы сами обработали пункт погранперехода «Грайворон» из минометов калибра 120 мм.
Пункт погранперехода был хорошо укреплен. Там находились соединенные окопами бетонные долговременные огневые точки, и стояло четыре или пять единиц БТР с 30-миллиметровыми пушками и крупнокалиберными пулеметами. Кроме пограничников, КПП охранялся мотострелками. Когда мы под прикрытием танка пошли в атаку, все защитники разбежались. Их документация осталась на рабочих местах. Один из убегавших не смог сориентироваться в ситуации, попал под горячую руку и погиб. Другого пограничника, который до вечера прятался в подвале, потом взяли в плен.
Два БТР мы завели. Как минимум один из них удалось взять в качестве трофея. Судьба второго мне неизвестна.
Видеосъемка, на которой видны два американских HMMWV (ХАМВИ), была сделана на месте, где наши джипы провалились в окопы у КПП. Тяжелую технику не выдержали хлипкие бревенчатые мостки.
Вымершие улицы
После захвата КПП мы начали рассредотачиваться по своим направлениям работы. Первая группа шла и предупреждала мирных жителей, чтобы те не выходили из домов и квартир. До райцентра они дошли стремительно. Когда проходила вторая волна, в числе которой был я, в селах не было ни души. Вымершие улицы.
Через несколько часов после начала операции россияне очухались и стали подтягивать свои части, артиллерию и авиацию. По нам начался активный огонь из всех видов оружия. Установки «Град» били кассетными боеприпасами. Мы видели «Грачей» (штурмовик Су-25) и боевые вертолеты. К вечеру они пристрелялись, и у нас появились легко раненные.
Интересно, что в Грайвороне россияне начали обстреливать артиллерией не только окраины, где находились бойцы РДК и легиона «Свобода России», но и здания, которые, как они предполагали, мы захватили, — отдел ФСБ, МВД, администрацию.
По рассказам очевидцев, при этом было немало пострадавших среди гражданских.
В селах нас никто не пытался остановить. Первое серьезное сопротивление мы встретили только в районном центре. Я дошел до окраины городка и дальше уже решал поставленные передо мной задачи. К вечеру мы с группой сослуживцев вернулись к границе и на следующий день спокойно и организованно вышли вместе с БТР.
Я слышал по рации, что нашим ребятам удалось сбить один вертолет неподалеку от Грайворона. Сам не видел, но уверен в этом событии.
В следующий раз — областной центр
Первоначальной задачей был захват районного центра. Если бы все наши силы вовремя смогли войти в Россию и, двигайся мы по графику, захватили Грайворон и успели там хорошо укрепиться, то мы могли бы удерживать городок хоть неделю. Посмотрите по карте — там очень удобный ландшафт для обороны. Кругом реки и болота.
Еще одной целью, вероятно, был военный городок Белгород-22. Ходили слухи, что там может быть тактическое ядерное оружие. При желании мы, вероятно, даже могли бы его захватить. Но такого приказа не поступило.
Мне точно известно, что со стороны России есть существенные потери «двухсотыми» и «трехсотыми». Наши потери я разглашать не буду. (На совместном брифинге по итогам рейда командиры РДК и легиона «Свобода России» рассказали о двух погибших и десяти раненых. — Прим. ред. «Зеркало»).
Мы только учимся. Наша мощь растет. Будем совершенствоваться. Устраивать новые рейды. На смену заходам диверсионных групп приходят общевойсковые операции. Если в этот раз пытались захватить райцентр, то в следующий раз можем попробовать и до областного города дойти. Число желающих вступить в наши ряды после таких акций резко растет. Народ просится. Поток увеличивается. Ведь мы не просто маргинальная группа, а хорошо обученное, подготовленное и вооруженное соединение. К нам хочется присоединиться.
Путин получает зеркальный ответ. У России были «ихтамнеты», а теперь вот в качестве бумеранга появились мы, «настутнеты». Что посеешь, то и пожнешь!
