Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. «К сыновьям Лукашенко три раза в день подбегает кто-то с палкой, бьет и убегает». Поговорили с необычным «решалой» проблем в Беларуси
  2. Прослушивали, похищали рукописи, избили, заставили эмигрировать и поливают грязью сейчас. Как власти издевались над Василем Быковым
  3. Лукашенко годами требует решить вопрос с умирающими магазинами «у дома». В соседней Польше это давно сделала «Жабка» — вот как
  4. Пропаганда пыталась очернить Польшу — но, похоже, тем самым признала, что в Беларуси есть концлагеря и «фабрика смерти». Вот в чем дело
  5. «Честно? Всю Украину надо забирать». Поговорили с экс-вагнеровцем, который после мятежа Пригожина жил в Беларуси и вернулся на войну
  6. Лукашенко опять пожаловался на беларусов. Что на этот раз
  7. В Израиле отменили конференцию к 80-летию освобождения Беларуси из-за антисемитских высказываний Лукашенко
  8. Путин хочет создать коалицию стран, которую будет позиционировать как альтернативу НАТО. Вот на кого, кроме Северной Кореи, он рассчитывает
  9. КГБ теперь требует переводить «компенсации» за донаты одному государственному центру. Рассказываем, что за он и куда идут деньги
  10. Глава Минфина так рассказал в парламенте о ситуации с госдолгом, что «возбудил» Гайдукевича — депутат придумал, как не возвращать займы
  11. Российское госСМИ сфальсифицировало интервью главы МАГАТЭ Гросси — эксперты рассказали, с какой целью
  12. ГПК увидел «концентрацию» HIMARS, Bradley, гаубиц и военных у границы Украины с Беларусью и предупредил о «недопустимости провокаций»
  13. В Минске за час вылилась четверть месячной нормы дождей. Что натворила пролетевшая над Беларусью буря


В субботнем номере Washington Post вышла статья корреспондентки издания Кэтрин Белтон, посвященная новым попыткам французских крайне правых изменить политику страны в части поддержки Украины в войне с Россией. Русская служба Би-би-си рассказывает о ее ключевых выводах.

Марин Ле Пен на встрече с Владимиром Путиным в Москве, март 2017 года. Фото: Reuters

Сторонники Кремля на крайне правом фланге, заключает автор, используют «рассуждения о цене, которая платится за войну в Украине и все больше смешивают ее с идеей о том, что поддержка Украины — это американская идея, а Франция должна утвердить себя в качестве великой державы и восстановить свои связи с Россией».

И Кремль, как показывают документы, полученные через источники Washington Post, учитывает рост популярности правых и хочет воспользоваться этим.

Документы, о которых пишет Белтон, получены через службу безопасности одной из европейских стран.

Согласно им, Сергей Кириенко, первый заместитель руководителя администрации Путина, поручил кремлевским политтехнологам разработать кампанию политической дестабилизации во Франции с использованием соцсетей, французских политических активистов и лидеров общественного мнения.

Но конкретные имена тех, кого предполагается использовать в этом, в документах не называются.

Первые презентации этих наработок были переданы в Кремль уже в 2022 году и показывали, что политическое напряжение во Франции, где сохранялась значительная прослойка людей, симпатизирующих России, вполне позволяла проводить такую пропагандистскую кампанию.

В этом году рекомендации Кремля своим медиастратегам были уже более конкретными: увеличить число сообщений, которые продвигали бы мысль: платить за чужую войну — дурная затея.

В ответ, согласно полученным документам, были разработаны методички для «ботоферм». Например такая: создать комментарий в 200 знаков от имени француза средних лет, который считает французскую поддержку Украине «идиотской авантюрой».

Одним из аргументов для этого воображаемого француза было бы то, что поддержка Украины оборачивается «инфляцией и падением уровня жизни».

Представителя Кремля Дмитрия Пескова спросили о существовании таких документов.

Он называл их «очередным фейком и полной чушью», подчеркнув, что Кириенко в АП занимается внутренней политикой, и то, что «вся Европа страдает» от введенных ею же санкций против России и доказывать это лишний раз не требуется.

Но, пишет Washington Post, анализ активности в соцсетях показывает, что попытки использовать внутренние проблемы Франции для продвижения пророссийских нарративов были.

Alto Intelligence, компания, специализирующаяся на мониторинге аномальной активности в цифровых медиа по всей Европе, подсчитала, что после беспорядков, вызванных убийством подростка арабского происхождения в Париже, почти треть всех комментариев, связанных с этим, обеспечила крошечная — в 1,2% — группа юзеров.

И в этой массе комментариев 24,2% продвигали пророссийские идеи.

Большая часть аккаунтов, присылавшая эти комментарии, связана с крайне правыми политиками — Марин Ле Пен, главой «Национального объединения» (бывшего «Национального фронта»), и Эриком Земмуром.

Осенью, после нападения боевиков ХАМАС на израильские поселения и военной операции Израиля в Газе, появились свидетельства того, что антиизраильские выступления во Франции были связаны — косвенно или с использованием российских сетей по дезинформации — с Москвой.

Длившееся полгода парламентское расследование о зарубежном вмешательстве во французскую политику заключило: «Россия проводит рассчитанную надолго кампанию по дезинформации в нашей стране» и подчеркнуло роль, которую может играть в этом партия Ле Пен, которая, согласно докладу, «сохраняет много особых связей с Кремлем» и, по сути, действует как «канал коммуникации» в распространении российских взглядов.

Ле Пен обвиняют в связях с Москвой уже давно — с тех времен, когда в 2014-м ее партия взяла в России кредит. После начала полномасштабной войны в Украине Ле Пен уже не так активно высказывается в поддержку Путина, и ее комментарии о войне сводятся в основном к подчеркиванию того, что антироссийские санкции вредят французской экономике.

Тем не менее «Национальное объединение» отказалось поддержать Украину в нескольких ключевых голосованиях в парламенте.

И в последние месяцы деятели в этой партии и другие ультраправые политики вновь заговорили о необходимости восстанавливать связи с Москвой.

Многие из них не скрывают, что шаткое политическое положение во Франции и внешнеполитическая нестабильность дают России хороший шанс попытаться расшатать ситуацию дальше.