Поддержать команду Zerkalo.io
  1. Снег и метель. В выходные в Беларуси ожидается усиление морозов
  2. Помощник Лукашенко назвал новую «стоимость» коронавируса — сутки в реанимации три тысячи рублей, вакцина — 120−240
  3. Нацбанк прогнозирует «сложные условия» для белорусской экономики на 2022 год. Какие риски видит регулятор
  4. Новая Конституция разрешит политический кризис в стране? Спросили у политических экспертов
  5. Уровень доверия ЦИК — 16%. Узнали, что еще показал новый опрос настроений белорусов
  6. Лукашенко высказался про референдум и назвал условия проведения новых выборов и своего ухода из власти
  7. «У Лукашенко есть возможность просидеть до 2025 года». Артем Шрайбман отвечает на злободневные вопросы читателей Zerkalo.io
  8. Назарбаев все-таки остается у власти? Поговорили с казахстанским политологом о ситуации в стране
  9. «Стоимость продуктов растет». Власти повысили цены на питание в школах и детских садах. Когда и на сколько подорожает
  10. При поляках было плохо, при русских — хорошо, государственность — с СССР. Что не так с новой методичкой белорусских идеологов
  11. «От 20 лет до пожизненного». Почему США обвинили в авиапиратстве белорусских чиновников и сотрудников спецслужб?
  12. Объявлена дата нового референдума. Что было не так с тремя предыдущими
  13. Что будет с деревьями, которые вырубили мигранты? Попытались узнать у лесников и пограничников
  14. От перестановки слов местами суть не поменялась. Вот что власти изменили в итоговом проекте Конституции
  15. Недействительный бюллетень как легальный способ высказаться. Демократические силы о стратегии и планах на референдуме
  16. Маркевич сообщил, что в Беларуси уволили 300 культработников за «деструктивную позицию» (статья уже пропала с сайта СБ)
  17. На 21 января снова объявили оранжевый уровень опасности
  18. Референдум по Конституции пройдет 27 февраля. В бюллетене будет только один вопрос
  19. В «Белаэронавигации» прокомментировали обвинения США по факту вынужденной посадки Ryanair
  20. Лукашенко рассказал, что второй раз переболел коронавирусом — на этот раз «омикроном»


В воскресенье в нескольких населенных пунктах Мангистауской области Казахстана начались протесты из-за роста цен на сниженный газ. 4 января они охватили почти все регионы страны. И хотя местные власти западных областей отреагировали достаточно быстро и вернули цены назад, протесты это уже не остановило. Люди стали требовать отставки правительства и ухода из политики экс-президента Нурсултана Назарбаева. Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев все же отправил правительство в отставку, в Алматы, Нур-Султане и Мангистауской области ввели комендантский час. Но и это не остановило протесты — прямо сейчас по всей стране проходят стычки с силовиками, люди захватывают правительственные здания (некоторые из них горят). К чему на самом деле могут привести события в Казахстане и есть ли вероятность, что в стране сменится власть? Об этом Zerkalo.io поговорило с Темуром Умаровым, экспертом по Центральной Азии и научным консультантом Московского центра Карнеги.

Фото: Reuters

Коротко. В чем причина таких масштабных протестов — дело действительно в повышенных ценах на газ?

По мнению Темура Умарова, триггером для волнений действительно стало повышение цен на газ и изменение с 1 января правил осуществления госзакупок. Именно поэтому протесты начались сразу после Нового года.

— Однако их реальная причина — усиливающееся с каждым годом недовольство, которое уже скопилось у людей. Те протесты, которые мы видим, вписываются в протестный тренд, который происходит с 2019 года. С того момента, когда Нурсултан Назарбаев объявил о своей отставке, а президентом был назначен, а затем на контролируемых выборах избран Касым-Жомарт Токаев. Тогда по всему Казахстану прокатилась волна недовольства, и в целом в последние годы страна переживает активные протестные настроения, — говорит Темур Умаров.

Эксперт отмечает: их причина в том, что общество недовольно происходящим транзитом государственных полномочий. Власти не учитывают пожелания активной части гражданского сообщества и используют авторитарные методы.

— На это накладывается и коронавирусная инфекция, которая сильно ударила по экономическому благополучию. Кроме того, наложилась и засуха летнего сезона, из-за которой пострадало все сельскохозяйственное сообщество. К тому же Казахстан сейчас страдает из-за закрытой с Китаем границы. Все эти причины просто накопились. А последним ударом для людей, особенно для тех, кто проживает в городах-нефтяниках (Мангистауская область), стало увеличение цены на газ. Именно это и привело к широкому недовольству населения, — утверждает Темур Умаров.

Фото: Reuters

Но почему протесты практически сразу пошли по жесткому сценарию?

Темур Умаров считает, пока об этом сложно рассуждать.

— Возможно, у людей действительно накопилось слишком много вопросов, а то, как действовали силовики, вызвало такую резкую реакцию с их стороны. При этом подчеркну, что такое сопротивление происходит не во всем Казахстане — в основном в Алмате, которая всегда была местом самого активного гражданского общества и самым протестным ядром, — добавляет Умаров.

При этом, по его мнению, власти Казахстана определенно не ожидали такого жесткого развития ситуации. Эксперт объясняет: хотя чиновники всегда имеют в виду возможные протесты, вряд ли кто-то из них думал, что протестующие начнут жечь машины. При этом Умаров отмечает, что хотя он и оценивает недовольство населения как опасное для власти, в этот раз оно вряд ли станет для нее критичным.

— Мне все еще кажется, что власть в Казахстане стоит довольно прочно, а уровень недовольства не достиг того масштаба, чтобы это привело к перестройкам системы или падению нынешнего политического режима, — говорит Умаров. — Мне кажется, сейчас Токаев и его политический режим реагируют на положение достаточно адекватно. Понятно, они хотят пойти на минимальные для себя уступки, чтобы их оказалось достаточно для остановки нынешней беспокойной ситуации.

В то же время Умаров добавляет, что переговоров между двумя сторонами быть не может. Для этого есть две причины. Первая заключается в том, что со стороны протестующих нет явных лидеров, с которыми власти могли бы начать разговор.

— Во-вторых, мы действительно видим недовольство, которое было доведено до той степени, что на улицы вышли многие и стали предъявлять претензии за все сразу. Именно поэтому, даже если власть захочет, она не сможет пойти на переговоры с определенной группой: протест очень широкий, — поясняет Умаров.

Понятно. А к чему все это может привести в итоге?

На данный момент, по мнению Умарова, самый вероятный прогноз заключается в том, что власти Казахстана пойдут на уступки и смогут найти баланс, который будет приемлем для успокоения протестующих. При этом он добавляет, что даже если протесты начнут утихать, глубинные причины для недовольства все равно останутся.

А что насчет раскола элит? Темур Умаров отмечает: вероятность того, что Токаев сможет навредить власти Назарбаева, минимальна.

— Я не думаю, что это произойдет. Это всё-таки хорошо работающий тандем, который продемонстрировал устойчивость. Политическим элитам сейчас невыгодно дробиться и пытаться думать о личных интересах или пользоваться протестами, чтобы усилить положение в конкуренции. Всё-таки это слишком опасная материя: наоборот, им нужно быть сплоченнее, — отмечает Умаров.

Фото: Reuters

Что насчет Беларуси? Казахстанские протесты имеют сходства с нашей прошлогодней ситуацией?

По мнению эксперта центра «Карнеги», все далеко не так очевидно. Он добавляет, что ситуации в странах разные.

— Конечно, хочется видеть параллели с похожими вроде бы событиями в Беларуси и Казахстане. Но мне кажется, в вашей стране протесты начались по политическим причинам. Было недовольство президентскими выборами, к тому же у вас были альтернативные кандидаты, к которым примкнуло общество и которые собрали вокруг себя активное население. Однако в Казахстане ситуация другая. Там нет ни явных лидеров, ни очень четких требований, которые протестующие выдвигают властям. Это просто очередная волна недовольств, с которой, я думаю, руководство Казахстана справится в ближайшее время. Другой вопрос, на какой уровень компромиссов будут согласны выйти власти и как сильно это сможет изменить существующую систему, — заключает эксперт.