Вторжение в Украину ранним утром 24 февраля 2022 года, по задумке российского Генштаба, должно было стать началом стремительной и победоносной операции. Однако спустя 1000 дней в Украине идет медленная и опустошительная война на истощение. Причины такого положения лежат не только в ошибках, которые допустил российский Генштаб, переоценивший возможности своей армии и недооценивший армию противника, ее размер, боеспособность и готовность воевать. Есть еще одно важное обстоятельство: большая война в Европе началась в тот момент, когда в военном деле пришла новая технологическая эпоха, которая потребовала прямо по ходу боевых действий менять тактику на поле боя и изобретать приемы и средства для того, чтобы справиться с новыми угрозами. Русская служба Би-би-си объясняет, какое влияние война в Украине оказывает на военное дело.
Размер имеет значение
Изначальный план России, как отмечается в докладе Королевского объединенного института оборонных исследований (RUSI), скорее всего, заключался в том, чтобы прорваться к украинской столице и захватить ее, а затем завершить войну к августу 2022 года.
Ставка на неготовность Украины к войне, расчет на предательство чиновников и военных, ошибки в количественной и качественной оценке возможностей ВСУ привели к тому, что российская армия сначала не сумела прорваться к Киеву, а затем и вовсе была вынуждена отступить.
Первый российский удар ВСУ смогли выдержать благодаря тактической подготовке войск — начиная с 2014 года украинская армия получала боевой опыт в противостоянии на востоке страны. Кроме того, у ВСУ оставались запасы боеприпасов, вооружений и военной техники, которых хватало для того, чтобы сдерживать российскую армию.
Впоследствии, когда Запад стал поставлять Украине больше вооружений, она смогла провести успешные наступления в Харьковской области и заставить россиян уйти с правого берега Днепра в районе Херсона.
Однако затем Россия провела мобилизацию, набрав более 300 тысяч человек, а затем начала кампанию по привлечению в армию контрактников, подняв выплаты. И повторить успех осени 2022 года, освободив ранее оккупированные территории, ВСУ больше не удалось.
Но спустя 1000 дней после начала войны фактор размера ВСУ продолжает иметь решающее значение. Российская армия наступает довольно низкими темпами именно потому, что численное преимущество, которое у нее есть, не позволяет ей переломить ситуацию. Оно не настолько велико.
Такой низкий темп наступления не может устраивать Москву. За километры захваченной земли приходится платить слишком высокую цену.
В сентябре Русская служба Би-би-си фиксировала в открытых источниках сообщения о гибели в среднем 140 человек в день, в октябре — 152. В эти месяцы наступление России ускорилось.
России очевидно не хватает солдат на фронте, поэтому Министерство обороны и власти регионов поднимают выплаты за заключение контракта — например, в октябре Белгородская область стала предлагать суммарно 3 млн рублей.
При этом, судя по заявлениям украинских и западных источников в прессе, в Курскую область были переброшены военные из КНДР. Другими словами, Москва ищет живую силу для войны везде, где только может.
Проблема флангов
От нехватки солдат на поле боя страдают обе стороны. И эта нехватка проявляется, в частности, в том, что им не хватает сил, чтобы обойти противника с фланга.
Фланговый охват остается одним из главных маневров на поле боя. Но для того, чтобы обойти противника, нужно иметь в его боевых порядках открытый фланг.
Эта линия фронта оказалась слишком плотной, чтобы одна из сторон могла прорвать ее в каком-то месте на всю глубину обороны, и слишком протяженной, чтобы можно было обойти ее — найти у себя резервы для создания ударной группы для прорыва или обхода не может ни одна из сторон.
Последние две попытки обойти противника с незащищенного фланга произошли в 2024 году.
В мае Россия попыталась наступать в Харьковской области, а в августе Украина ударила в незащищенную часть Курской.
Однако ни там, ни там не удалось развить успех хотя бы до оперативного уровня — на глубину нескольких десятков километров. У сторон просто не хватило на это сил. Хотя у обеих армий остаются открытые фланги, противник воспользоваться этим уже не может. Поэтому обе армии в своих операциях ищут слабые места в обороне противника и пытаются прорваться там.
Другой вариант — собрать большую ударную группу и попытаться прорвать оборону в укрепленном месте. В последние месяцы это делает в основном российская армия. И хотя для нее это нередко приводит к большим бессмысленным потерям, ей иногда удается вытеснить ВСУ с позиций.
Технологии, которые меняют войну
Так можно ли исходя из этого заключить, что размер армии — главное качество, которое само по себе продолжает обеспечивать победу на поле боя? И да и нет.
С одной стороны, пехота, военнослужащие на фронте — буквально единственная часть вооруженных сил, которая может удержать захваченную территорию. Все остальные лишь обеспечивают их продвижение.
С другой стороны, вооружения и военная техника оказывают решающее влияние на тактику.
Сейчас в военном деле происходит смена технологического уклада, а война в Украине происходит на стыке двух разных эпох. Тупик, в котором оказались две армии на фронте, во многом стал следствием неготовности этих армий действовать в новой технологической среде.
Позиционная война — состояние, которое не может радовать военных. Война должна быть маневренной, с глубокими прорывами и решительными победами. Тогда она будет менее кровавой, а победа — менее спорной. Позиционный тупик — состояние вынужденное. Он возникает, когда ни у одной из сторон нет решительного преимущества.
Причиной перехода войны в позиционное противостояние осенью 2022 года стало развитие военных технологий, к которому не была готова ни одна из сторон.
Любые новые технологии, появляясь на поле боя, требуют изменения тактики. И часто поначалу они настолько сильно меняют характер войны, что тактику приходится придумывать и отрабатывать на месте, платя за это жизнями солдат.
Так было, например, в Первую мировую войну, когда на поле боя появились высокоэффективная артиллерия, пулеметы, танки и аэропланы. Со временем армии разных стран научились использовать эти вооружения с наибольшей эффективностью. Кроме того, они отработали приемы противостояния.
В нынешней войне такими технологиями стали интернет, средства технической разведки и целеуказания, беспилотные аппараты, высокоточное оружие. Подходы, разработанные для войны конца XX века, больше не годятся для войны в XXI веке.
Сейчас почти невозможно собрать ударную группировку для прорыва фронта так, чтобы ее размеры и местонахождение не вскрыл противник. Поражение вскрытой при помощи разведывательного БПЛА цели может произойти через считаные минуты.
Колонну бронетехники можно потерять еще на этапе развертывания в боевой порядок перед атакой — были случаи, когда такие колонны уничтожались FPV-дронами.
Информация на поле боя может оказаться перед глазами штабных офицеров через секунды либо вообще в режиме реального времени.
Боевые корабли в открытом море не раз становились жертвами безэкипажных катеров стоимостью в сотни, а то и десятки тысяч долларов.