Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Как вам суммы к оплате?» Новоселы в недоумении от жировок
  2. Приближенный к Лукашенко предприниматель, которому выделили земли на севере страны, объяснил, каким должен быть «правильный бизнесмен»
  3. Правительство решило поддержать завод, который из-за российской агрессии против Украины лишился 95% экспорта
  4. Десять тысяч рублей и квартира в придачу. Кому наниматели предлагают бонусом к зарплате жилье и сколько готовы платить?
  5. «Лесту» продали молодой российской фирме
  6. «Оценка Келлога ошибочна по существу». Эксперт — о состоянии беларусской армии и последних кадровых перестановках
  7. «Не прощу им 2020 год, не прощу им людей, убитых, покалеченных». Большое интервью с Еленой Лазарчик, которую пять лет пытали ШИЗО и ПКТ
  8. Маму маленькой Ксюши, которая недавно получила укол от СМА, лишили родительских прав
  9. Видели парней, которые гуляют по Минску и носят друг друга на голове? Рассказываем, что о них известно
  10. «Устала от Польши, иду в Германию». Беларуска живет в одной стране, но каждый день ходит на пары в другую — зачем ей это
  11. В Беларуси перестал работать еще один сервис «Яндекса»
  12. В России задержали беларуса — создателя карты «Халва» Андрея Басуева
  13. Лукашенко дал свой прогноз по срокам завершения войны
  14. Лукашенко пообещал разобраться с искусственным интеллектом
  15. КГБ исключил трех человек из списка «террористов»
  16. Поезда между Минском и Брестом временно будут следовать другим маршрутом. Некоторые составы отменят


В деле об убийстве в Нью-Йорке главы страховой компании UnitedHealthcare Брайана Томпсона велик риск «нуллифицирующего вердикта присяжных» (jury nullification), заявил в эфире CNN юрист Эли Хониг. Этим термином называют ситуацию, когда присяжные на основе доказательств понимают, что подсудимый виновен, но выносят прямо противоположное суждение. Такого рода «аннулирование» является законным вердиктом в англосаксонской системе права, пишет RTVI.US.

Луиджи Манджоне. Фото: Reuters
Луиджи Манджоне. Фото: Reuters

Некоторые полагали, что именно таким образом завершилось в 1995 году резонансное дело о вероятном убийстве спортсменом и актером О. Джеем Симпсоном своей бывшей супруги и ее приятеля. Состоявшая почти полностью из чернокожих присяжных коллегия оправданием могла «отомстить» полиции и суду Калифорнии за несколько спорных дел в отношении расового меньшинства, на фоне которых прошли массовые беспорядки.

В случае с обвиняемым в убийстве Томпсона — 26-летним программистом Луиджи Манджоне — факторов в его пользу может оказаться два. Один из них — это общественное недовольство деятельностью медицинских страховщиков, а второй — обретенный подсудимым статус «краша» (любимца широкой публики) в американских соцсетях. В тюрьму Пенсильвании, где Манджоне изначально содержали после ареста, поступило не менее 140 писем, а один «влюбленный» тиктокер набрал более 1 млн просмотров, станцевав у забора учреждения.

«Риск аннулирования представляется мне наибольшим за долгое время, учитывая славу и фанатов, которые каким-то образом появились у этого парня в соцсетях. Но важно понимать, что существуют сдержки и противовесы, в первую очередь речь идет о процессе отбора присяжных», — отметил Хониг в эфире CNN.

Он добавил, что авторов публикаций в поддержку Манджоне сразу отсеют во время отбора коллегии. А те будущие присяжные, кого, возможно, веселят мемы с участием молодого человека, «станут серьезнее», ознакомившись с материалами дела, считает Хониг.

Преподающий в Колледже уголовного права им. Джона Джея в Нью-Йорке юрист Дэвид Шапиро также допустил в беседе с CNN вероятность нуллифицирующего вердикта. Он добавил, что прокуроры в этой связи могли надеяться на признание вины самим Манджоне. В таких случаях суд не проводит слушаний, а подсудимому выносят только приговор, зачастую более мягкий.

Ранее Манджоне не признал вину в суде Нью-Йорка, где ему предъявляют 11 обвинений, в том числе в убийстве с террористическими мотивами. Ему грозит смертная казнь по отдельному федеральному делу, которое будет рассматриваться позднее.

Шапиро подчеркнул, что угроза казни продолжит оставаться козырем для федеральных прокуроров, за счет которого они попытаются склонить его к сделке.

Магнат сам виноват?

В пользу риска оправдания Манджоне могут говорить и результаты недавнего опроса общественного мнения, который провел Чикагский университет. Социологи задали 1001 американцу вопросы по поводу убийства, в частности, «виноват ли в нем стрелявший», а также «виноваты ли в нем отказы страховщиков в покрытии медицинских расходов» и «извлечение прибыли страховщиками».

Согласно исследованию, 69% опрошенных считают виноватыми отказы страховщиков, 67% — их стремление к прибыли, а 53% — экономическое неравенство в целом. Большинство при этом согласились, что вина лежит и на стрелявшем в Томпсона — к этому склонялись 78% (совсем не виноватым его считают 11% опрошенных). Об убийстве главы UnitedHealthcare так или иначе слышали 73% респондентов.

Брайан Томпсон. Фото: UnitedHealthcare
Брайан Томпсон. Фото: UnitedHealthcare

Следователи ранее сообщали, что убийца оставил на гильзах пуль, выпущенных в Томпсона, послание delay, deny, defend, depose — «откладывай, отказывай, защищай, убирай». Первые три слова совпали с названием книги 2010 года о том, как страховые компании избегают оплаты лечения клиентов.

У Манджоне также нашли дневник, в котором он рассуждал, как лучше убить страховщика. В UnitedHealthcare при этом подчеркивали, что обвиняемый, перенесший в 2023 году операцию на спине, не являлся их клиентом.

Ранее Дональд Трамп, который приступит к обязанностям президента в январе, раскритиковал тех, кто поддерживает Манджоне, назвав их поведение «болезнью». Он также заявил, что, в отличие от Джо Байдена, не будет отказываться от казней по федеральным делам.

Адвокат программиста Карен Фридман Агнифило обвиняла политиков в том, что они используют дело Манджоне в своих интересах. Она подчеркивала, что будет бороться с обвинениями во всех делах против него.

Бывший федеральный прокурор Ник Акерман заявил CNN, что видит единственным способом защиты программиста признание его невменяемым. Он отметил, что «вопросов о его непричастности быть не может».