Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Синоптики предупредили об опасности в среду. Ветер обещают на 8 баллов по шкале Бофорта
  2. Беларусская милиция разыскивает «по уголовной статье» выдворенного из страны лауреата Нобелевской премии мира Алеся Беляцкого
  3. В Беларуси по-новому будут считать налог на имущество супругов. Что изменилось
  4. Минприроды объяснило, будут ли штрафовать беларусов за дождевую воду с крыш
  5. У девочки из Гродно обнаружили редчайшую болезнь, о которой беларусские врачи раньше только читали в учебниках
  6. «Умудрился запудрить голову людям и власти». МВД разыскивает депутата могилевского горсовета — автора «патриотических» проектов
  7. В Мозыре обмелела Припять — она выглядит как пустыня
  8. «Всех найдем». Пропагандист объяснил проверки квизов в Беларуси борьбой с «затаившимися» несогласными
  9. В МИД объяснили, почему Беларусь не «притягивает огромного потока» мигрантов
  10. Часы — как 37 средних беларусских зарплат и брендовые украшения. «Бюро» получило доступ к личному фотоархиву докторки Лукашенко
  11. «Мая великая Рассия». Узнали историю женщины, которая решила открыть «союзный» трактир в Брестской области у самой украинской границы
  12. EPAM думал, что ИИ — это редкий шанс. Оказалось, все сложнее
  13. «Мне не послышалось?» Жительница Лунинца хотела срочно сделать паспорт, но, услышав цену, передумала. В МВД объяснили, откуда такие цифры
  14. «РОВД совместно со Следственным комитетом работают». В Жлобине возле БМЗ упал беспилотник? Вот что узнало «Зеркало»
  15. Чиновница из Мингорисполкома рассказала о задаче «раньше возвращать матерей в экономику». В комментариях ей ответили — не без эмоций
  16. «Я так понимаю, WB можно удалять?» Беларусы жалуются, что ждут заказы с Wildberries неделями
  17. Фотографии Припяти пугают. А что, если бы вдруг так обмелели и другие водоемы Беларуси — представили, как бы это могло быть
  18. «Белоруссия, но никак не Беларусь». Российский блогер Артемий Лебедев заявил, что не готов «коверкать родной язык ради соседа»


/

Читательница The Guardian написала в редакцию: ее девятилетняя дочь расстраивается из-за темных волосков над губой — они заметнее, чем у подруг, и видны на фотографиях. Теперь мама девочки не знает, предложить депиляцию или стоять на принципах важности принятия своего тела. Колумнистка издания и психиатр объяснили, какой тактики придерживаться и как вести этот разговор.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / Hikmet Toprak
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / Hikmet Toprak

Когда девочка впервые заговорила о волосках над губой, ее мать инстинктивно хотела сделать вид, что не понимает, о чем речь. Но вовремя остановилась: с ее стороны это была бы ложь. Вместо этого она сказала: «Все в порядке, у меня тоже есть. У многих девочек так».

После этого, по словам читательницы The Guardian, дочь успокоилась — но ненадолго. Недавно тема всплыла снова, и на этот раз тон девочки был куда более тревожным.

Колумнистка издания Джессика ДеФино, итало-американка с заметными волосками над губой, считает: мама сделала все правильно, когда ответила честно. И дальше советует придерживаться того же подхода.

— Расскажите ей свою историю, — пишет ДеФино. — Когда тема снова возникнет, можно сказать: «Я тоже делала депиляцию, когда была чуть старше тебя, — потому что одноклассница подшутила над моими волосками, и мне было обидно. Потом я поняла, что у всех тело разное и мне не за что стыдиться».

По словам ДеФино, почти все женщины с детства усваивают негласное правило: женские волоски на лице — это «проблема, которую нужно решить». Это убеждение формировалось веками: сексизм закрепил усики как «мужскую» черту, расизм превратил их в признак «неполноценности», а индустрия красоты превратила удаление волос в норму. Некоторые опросы показывают: волоски на лице удаляют и беспокоятся о них гораздо больше женщин, чем количество тех, у кого они вообще заметны.

Объяснить все это дочери, как считает ДеФино, будет не лишним. Можно сказать прямо: «В рекламе и сериалах я никогда не видела девочек с такими же волосками, как у меня, — и долго думала, что я одна такая. Оказалось, это нормально. Просто брендам выгодно, чтобы ты думала иначе, — тогда ты купишь их продукты».

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: freepik.com / Mateus Andre
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: freepik.com / Mateus Andre

Если девочка сама заведет разговор о том, чтобы что-то с этим сделать, — это не повод для паники. Психиатр Тамир Алдад, генеральный директор клиники Mindful Care, поясняет: категорический запрет на подобные процедуры иногда только усугубляет ситуацию.

— Полный запрет на уход за собой порой непреднамеренно усиливает стыд и зацикленность на проблеме, особенно если ребенок уже чувствует себя неловко, — говорит Алдад.

При этом, добавляет ДеФино, важно говорить о депиляции так же честно, как и о самом теле: это никогда не просто выбор между «есть волоски» и «нет волосков». Воск может оставить раздражение, бритье — ведет к врастанию, лазерное удаление — дорогостоящий и болезненный процесс, требующий постоянного повторения. Любой метод — это обязательство на годы.

— Лучший подход — представить удаление волос как один из вариантов ухода за собой, а не как обязательную процедуру, — считает Алдад. — Это психологически наиболее безопасная позиция.

Также специалист советует проконсультироваться с педиатром: иногда появление заметных волосков в раннем возрасте может быть связано с гормональными изменениями.