Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. У Латушко не получилось. Скандальный рэпер Серега все-таки выступил в Германии
  2. За 24 года наш рубль по отношению к доллару обесценился в 101 раз, а курс злотого остался тем же. Как поляки этого добились
  3. «Из жизни ушли настоящие друзья Беларуси». Лукашенко и беларусский МИД отреагировали на гибель президента Ирана
  4. После гибели президента Ирана пропаганда в Беларуси и России обвиняет всех подряд. Вот какие версии выдвигаются — и что с ними не так
  5. «Настоящие друзья» не только для Беларуси. Как в мире отреагировали на гибель президента Ирана и его чиновников
  6. В Беларуси цены на автомобильное топливо постепенно вырастут на 8 копеек. Первое подорожание — 21 мая
  7. Александр Лукашенко произвел кадровые назначения в КГБ и потребовал искоренить «скрытое мышкование типа крышевания»
  8. Россия стремится захватить Волчанск, чтобы завершить первый этап наступления, а Украина хочет лучше наносить удары по территории РФ
  9. Спикер ВМС Украины: Вероятно, в Крыму потоплен еще один российский корабль — последний носитель крылатых ракет
  10. Эксперты сообщили о продвижении россиян в Волчанске и рассказали, на каких направлениях у армии РФ есть еще успехи
  11. С 1 сентября у десятиклассников из расписания исчезнет «История Беларуси» как отдельный предмет. Вот чем ее заменят
  12. «Нет никаких признаков, что пассажиры выжили». Спасатели нашли разбившийся вертолет президента Ирана — он погиб


41-летняя американка Нильда Паласиос получила пожизненный срок, когда ей было всего 18. Она встречалась с бойфрендом-абьюзером и вместе с ним «разобралась» с другим мужчиной, который тоже ее унижал (тот в результате погиб). К моменту, когда Паласиос исполнилось 33 года, она почти полжизни провела за решеткой и получила право на условно-досрочное освобождение, к которому стала готовиться. Однако в то же время женщина столкнулась с сексуализированными домогательствами со стороны тюремного сотрудника. Противостоять ему было практически невозможно, ведь тогда у нее могли забрать возможность выйти на свободу. Об истории Паласиос рассказывает The Guardian.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / RDNE Stock project
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / RDNE Stock project

К июню 2016 года Паласиос провела в заключении уже около 15 лет: почти все это время она находилась в женской тюрьме Центральной Калифорнии — крупнейшей во всем штате. Тем летом сокамерница стала жестоко обращаться с Паласиос. Тогда та попросила перевести ее в другую камеру, но ее запрос отклонили. После этого Паласиос решила лично обратиться за помощью к одному из сотруднику тюрьмы — сержанту Тони Ормонду. По ее воспоминаниям, он сказал: «Я могу организовать для тебя другую камеру, но и ты должна кое-что для меня сделать».

Свое обещание он выполнил — Паласиос действительно переселили от ее обидчицы. Однако Ормонд всерьез отнесся и ко второму условию «сделки». Сотрудник тюрьмы стал регулярно вызывать Паласиос в свой кабинет и другие приватные места, где домогался ее и применял насилие. Началось все с откровенно сексуализированных комментариев в духе «тебе нужен „настоящий мужчина“», затем это переросло в физические приставания, и в какой-то момент Ормонд начал прямо принуждать Паласиос заниматься с ним сексом каждую неделю. Все это продолжалось полгода.

За решеткой Паласиос успела получить степень по социологии, помогала тяжело больным заключенным и изо всех сил пыталась избежать неприятностей, ведь буквально одно нарушение могло привести к отказу в условно-досрочном. Поэтому, когда на горизонте замаячили потенциальные проблемы из-за агрессивной сокамерницы, Паласиос захотела держаться от нее подальше. Но лишь приобрела себе новую головную боль.

— Я плакала и спрашивала себя, почему оказалась в такой ситуации. Постоянно ощущала отвращение и чувствовала себя использованной. Меня выводило из себя, что у меня не было выбора сказать нет, — вспоминала Паласиос те дни. И пояснила, почему не сообщала о насилии: — Я боялась попасть в беду и поставить под угрозу свою свободу. Я делала вид, будто все идет хорошо, чтобы управление увидело, что я готова вернуться домой.

«Несправедливость, которая ощущается как пощечина»

Когда Паласиос все же получила право на досрочное освобождение, Ормонд продолжал ей звонить, отпуская комментарии о сексе, и присылать откровенные фотографии.

Она не стала молчать и решила сообщить о действиях сотрудника тюрьмы. Впервые это случилось через четыре месяца после ее освобождения — в декабре 2017 года. Тогда Паласиос связалась с Дастином Брауном — сотрудником тюрьмы, где она отбывала срок. Он отвечал за рассмотрение жалоб. В материалах расследования, которые получил The Guardian, не уточняется, как Браун отреагировал. Но указано, что Паласиос снова связывалась с ним через два года (в ноябре 2019-го) — чтобы сообщить о преследовании Ормонда, которое до тех пор продолжалось.

В январе 2020-го, по словам Паласиос, ей прямым текстом сказали, что доказательств преступления Ормонда у нее недостаточно. Тогда женщина почувствовала себя «обиженной и преданной», но пришлось снова сменить все свои контакты и жить дальше. Когда Ормонд связался с ней в апреле 2021-го, Паласиос уже была не на шутку испугана. Тогда она сообщила о происходящем своему психотерапевту. И только когда жалобу в тюрьму написал специалист, к ситуации отнеслись с вниманием.

В общей сложности Паласиос потребовалось четыре года, чтобы ее показаниям поверили и их признали подтвержденными. За это время нашлась и еще одна заключенная, которая также присоединилась к обвинениям.

Во время следствия Ормонд, которому сейчас 48 лет, тихо подал в отставку, вероятно, испугавшись предстоящих допросов. В результате тюрьма признала, что домогательства в отношении Паласиос были, однако из-за того, что виновный больше не работает в учреждении, дисциплинарных мер к нему принято не будет. Обвинения в сексуализированном насилии Ормонду до сих пор так и не выставили. Как объяснили журналистам в прокуратуре, экс-сотруднику тюрьмы было предъявлено обвинение только в «незаконном общении с заключенным» — правонарушении, с которым он и не спорил.

Паласиос призналась, что «взбешена», когда узнала о том, что для Ормонда не будет никаких последствий за его действия.

— Это несправедливость, которая ощущается как пощечина. Пока он под защитой, я живу со шрамами и воспоминаниями о том, что произошло, — сказала женщина.

При этом ее случай, как показывает практика, вовсе не исключение. Только с 2021 по 2022 годы Калифорнийский департамент исправительных учреждений и реабилитации (CDCR) зарегистрировал более 1400 жалоб на домогательства своих сотрудников по всему штату. Напомним, что в Беларуси в женской колонии также работают сотрудники-мужчины, с ними же заключенные сталкиваются в СИЗО.