Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Медик, механик и охранник. Рассказываем, что удалось выяснить о гражданине Германии, которого в Беларуси приговорили к расстрелу
  2. Похоже, власти закрыли лазейку, с помощью которой беларусы могли быстрее проходить границу. Вот что узнало «Зеркало»
  3. В правительстве пожаловались, что санкции ЕС затронули чувствительный для Минска товар. Что именно попало под запрет
  4. Зеленский назвал условия прекращения «горячей фазы» войны уже до конца года
  5. МИД Германии подтвердил информацию о смертном приговоре гражданину ФРГ в Беларуси
  6. На рынке труда — «пожар»: число вакансий растет буквально на глазах
  7. С чем связаны природные аномалии, которые одна за другой обрушиваются на Беларусь? Ученый объяснил и рассказал, чего ждать дальше
  8. «Я же у Гриши просто вырвал Марго из рук». Большое интервью с супругом Маргариты Левчук после новости об их свадьбе
  9. Лукашенко огласил еще одну претензию к беларусам. На этот раз не ко всем, а к жителям пострадавших от урагана регионов
  10. В Минске сторонники Лукашенко празднуют его 30-летие у власти. Политику предложили дать звание Героя Беларуси — вот что еще там говорили
  11. «Как ни доказывал — поехал на разворот». Как сейчас проверяют вещи на беларусско-польской границе


Елена живет в маленьком городе в Пермском крае, который не называется в целях ее безопасности. Супруг женщины не знает, что недавно она в четвертый раз делала аборт, чтобы не рожать снова. В семье уже есть трое детей — все эти беременности Елена тяжело переносила и даже страдала от послеродовой депрессии. Это не мешает ее мужу отказываться от контрацепции. Историю женщины записало издание «Такие дела».

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: stock.adobe.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: stock.adobe.com

Замуж Елена вышла в 26 лет, ее муж — на два года старше. По словам женщины, он всегда хотел много детей. Так что уже в 27 лет она родила первенца, а меньше чем через два года родила второго ребенка. Это случилось, потому что Елена не использовала контрацептивы: она кормила грудью и ее «цикл еще не установился».

— После рождения первых двух детей у меня была послеродовая депрессия с постоянной раздражительностью и вспышками агрессии. Снова переживать это ужасное состояние мне не хотелось, — признавалась женщина. — Тогда я уже распланировала дальнейшую жизнь: записать детей в садик, а потом выйти на работу. Третий ребенок в эти планы не вписывался, поэтому, когда я узнала, что снова беременна, решилась на аборт. Это было психологически тяжело, но мне попался очень тактичный гинеколог, она спокойно отнеслась к моему решению. Операция прошла легко, и я быстро восстановилась.

Когда прошло несколько лет, Елена подумала, что готова стать матерью вновь. Третьего ребенка она родила в 2020 году. Та беременность проходила гораздо тяжелее предыдущих, поэтому женщина решила, что больше не хочет детей.

— Я начала более тщательно следить за своим циклом, принимала комбинированные оральные контрацептивы и использовала методы экстренного прерывания беременности. Но в марте 2022 года снова забеременела, — рассказывала россиянка.

Елене пришлось снова решиться на аборт, так как детей она все еще не хотела. На этот раз с отношением врачей, как она отметила, не так повезло. Например, ее спрашивали, в курсе ли ее решения муж, хотя его «разрешения» не требуется.

— На этом вопросы не закончились, — вспоминала Елена. — Когда я села в акушерское кресло и мне ввели наркоз, доктор спросил: «Почему рожать не хочешь?» Я вспомнила, через какие трудности пришлось пройти, чтобы сдать все анализы и успеть вовремя, и ответила: «Вы действительно хотите об этом поговорить? Может, перейдем к процессу?» Я не помню, что он ответил, потому что наркоз уже начал действовать.

Осенью 2022 года супруг Елены стал собираться на войну в Украине — даже начал «паковать вещи». В то же время женщина поняла, что у нее задержка. Беременность подтвердил и тест.

— Я пошла на УЗИ, и врач спросила: «Будете сохранять?» Я ответила: «У меня муж на „специальную военную операцию“ собирается» (такой термин использует сама Елена. — Прим. ред.). Она сказала: «И что? Шесть недель. Раз уже дотянула до сердцебиения, надо рожать». Хотелось ей сказать: «Просто сделайте мне УЗИ и отстаньте». Муж, кстати, так и не пошел «мобилизовываться», — говорила женщина.

При этом каждая беременность проходила все тяжелее и тяжелее, успевая отразиться на состоянии Елены. Она говорила, что к пятой неделе начинался токсикоз, и она «почти ничего не могла съесть».

— Это состояние сводило меня с ума, мне хотелось избавиться от этого как можно скорее. Для меня страшный сон — представить, что я должна проходить так девять месяцев, — признавалась женщина. И добавила: — Каждый мой аборт был хирургическим — не медикаментозным. Я выбирала этот метод, потому что он кажется мне надежнее и я не боюсь общего наркоза.

Муж Елены не знает ни об одном из ее абортов. Она не рассказывает ему об этом, потому что «знает, что это станет для него серьезным ударом».

— Он религиозный человек — для него важно иметь большую семью, и потому каждый раз я тщательно скрываю свою беременность. Чтобы скрыть тошноту, я постоянно рассасываю леденцы и так далее. В итоге я вынуждена перестраивать свою жизнь, чтобы как можно быстрее дотянуть до очередного аборта, — описывала Елена. — Все это негативно влияет на наши с мужем отношения. Секс у нас бывает раз в три месяца. Я боюсь заниматься любовью, потому что у меня появился страх снова забеременеть даже при использовании контрацептивов [с моей стороны].

Кроме того, супруг Елены не хочет надевать презервативы, потому что, по ее словам, ему «неудобно» и «некомфортно».

— Кроме того, он до сих пор говорит, что хочет еще детей. Я объясняю, что психологически не готова заводить четвертого ребенка, рассказываю, что появятся новые расходы, которые наша семья не в состоянии покрыть, но он не меняет свое мнение, — рассказывала россиянка. — В начале июня я узнала, что снова беременна. Мне стало плохо: почувствовала, что тело меня не слушается и я больше не принадлежу себе. Но когда я пришла на прием к гинекологу, меня попросили заполнить обязательную анкету <…> в конце было написано, что «прерывание беременности и жизни нерожденного ребенка часто огрубляет женское сердце» в отношении старших детей. По мнению государства, я должна была охладеть и огрубеть в отношении своих детей аж три раза.

После четвертого аборта Елена решила перевязать маточные трубы. Как она сказала, из-за того, что «больше не может постоянно тревожиться, думать, беременна она или нет».

— Хочу освободиться, принадлежать себе, а не своему состоянию, — сказала Елена. — Мне нужно проверять школьные работы старших детей, водить младшую в садик, я только вышла на работу. Мне нравится работать и зарабатывать. И мне не нравится рожать детей.

То, через что проходит Елена, называется репродуктивным насилием. В таких случаях решение о беременности и родах за женщину могут принимать родители, родственники, медработники и даже правительство. А если она захочет принимать контрацептивы или воспользоваться услугами по прерыванию беременности, придется делать это тайно. Принуждение к сохранению беременности также считается репродуктивным насилием.