Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. В Речице умер ребенок, пострадавший в ДТП с участием трактора
  2. Россия попытается создавать «меньшие котлы» вместо широкомасштабного окружения. Главное из сводок штабов на 92-й день войны
  3. Лукашенко назвал учения НАТО у границ Беларуси разведкой будущего «театра военных действий»
  4. Потерян Лиман, Северодонецк окружают: Украина проигрывает в битве за Донбасс? Разбираемся, что происходит на восточном фронте
  5. «Принимаем документы из дружественных стран». По «тунеядскому» декрету ввели новшества (тем, кто уехал из страны, вряд ли понравятся)
  6. В Беларуси на пятницу объявили оранжевый уровень опасности
  7. Стало известно, кому и сколько в качестве компенсации морального вреда должна выплатить Софья Сапега
  8. «Личная армия Путина». Что известно о ЧВК Вагнера, бойцов которой обвиняют в преступлениях в Украине?
  9. МВД выделят дополнительные деньги из республиканского бюджета
  10. «Один вопрос: за что?» Монолог жительницы Мариуполя, которая пережила обстрелы, застала оккупацию и покинула город в начале мая
  11. В Беларуси будет создано «народное ополчение»
  12. Лукашенко предупредил страны ЕАЭС: Последствия санкций затронут всех, отсидеться не получится
  13. Новые планы по захвату Киева, народное ополчение в Беларуси и третья линия обороны. Девяносто третий день войны
  14. Белорусский солдат сбежал из части и направился в сторону Литвы. Его разыскивают
  15. В Запорожье заявили, что хотят в состав России, потому что так было «сотни лет». Рассказываем, как формировались границы Украины
  16. «Осуждаем войну как нарушение Божьей заповеди „Не убий!“» Украинская православная церковь отделилась от РПЦ
  17. Российские «Искандеры» под Лунинцем, зерно в обмен на санкции, жесткие кадры обстрела Харькова. Девяносто второй день войны
  18. Отменяют лимиты по валюте, возвращают кредиты и пересматривают ставки по вкладам. Банки вводят очередные новшества
  19. Под Брестом задержали родителей известной оперной певицы Маргариты Левчук. Их оштрафовали за «неподчинение сотрудникам милиции»
  20. Российские войска в оккупированных районах готовят «третью линию обороны». Главное из сводок штабов на 93-й день войны
  21. Дожди, порывистый ветер и до +21°С. Все о погоде в выходные


Отравление ядом — изощренный и коварный способ убийства. Его столетиями применяют, когда хотят отвести от себя подозрения и создать впечатление внезапной смерти жертвы. Яды используют спецслужбы, к ним прибегают и обычные люди, когда хотят свести с кем-нибудь счеты. В советские времена печальную славу заработала отравительница Тамара Иванютина из Киева: за 10 лет от ее рук погибли девять и пострадали 20 человек. Иванютина была одной из немногих женщин, приговоренных к расстрелу в СССР, а сегодня ее бы назвали серийной убийцей. Своя история отравлений есть и в истории нашей страны, притом в относительно недавней. В 1982-м году в Минске совершенно неожиданно начали погибать здоровые люди. Некоторых жертв объединяла одна вещь — театр.

От лимонада выпали волосы

В начале июня 1982-го (по другим данным — в январе-феврале) в больницы Минска обратились трое молодых людей: Виктор Бабашкин, Олег Скрипачев и Игорь Занчук. Все они работали в театре оперы и балета, и у всех были похожие симптомы: сильные боли в теле, онемение конечностей и выпадение волос. Симптомы могут казаться серьезными, но врачи не придали им особого значения. Больных заподозрили в том, что они — обычные симулянты, которые просто хотели получить больничный. Мужчин отправили домой. В итоге, несмотря на свое состояние, они продолжали выходить на работу, чтобы не быть уволенными за прогулы. Здоровье одного из них, Олега Скрипачева, позже так и не восстановится: в девяностых он покончит жизнь самоубийством.

Фото: Wikimedia Commons
Фото: Wikimedia Commons

Причину ухудшения здоровья сразу троих работников театра тогда никто не пытался выяснить. Уже позже станет ясно: незадолго до болезни все мужчины пили лимонад из одной бутылки. Бутылку эту они не покупали в магазине — ею поделился коллега по имени Владимир Мезенцев. Позже именно к нему возникнут вопросы у следователей, но тогда никто и подумать не мог, что лимонад имеет хоть какое-то отношение к делу.

Таллий в бутылке шампанского

Поздно вечером 25 июля 1982-го года минская «скорая» получила звонок: стало плохо работнику Национального академического театра имени Янки Купалы, машинисту сцены Сергею Кучерову. Мужчина говорил сбивчиво, у него закатывались глаза и еле прощупывался пульс. Еще один симптом — сильные боли в теле. Кучерова отвезли в 5-ю больницу Минска, где сразу же отправили в реанимацию с подозрением на сердечный приступ. Но картина была слишком нетипичной, и очень скоро врачам стало ясно, что причина кроется в чем-то другом. Несмотря на все попытки спасти мужчину, он умер в больнице той же ночью.

Внезапная смерть молодого человека, которому не было и 30-ти лет, вызывала вопросы. Было проведено вскрытие, и медицинская экспертиза показала неожиданный результат: в организме Кучерова были обнаружены следы соединений таллия.

Таллий — тяжелый, мягкий и чрезвычайно токсичный металл без вкуса и запаха, который в обычных условиях может растворяться в воде. И сам таллий, и его соединения крайне опасны для живых организмов. Один из главных симптомов отравления — выпадение волос, вплоть до полного облысения, для чего достаточно небольшого количества вещества. Более высокие концентрации вызывают смерть, притом не сразу: с момента отравления до гибели может пройти несколько дней. Соединения таллия в прошлом широко использовались для борьбы с грызунами-вредителями.

Отравление редким ядом — исключительный для БССР случай, который не мог не привлечь внимания милиции. В Минске такое вещество можно было отыскать буквально в нескольких местах: в лабораториях Академии наук, на химическом факультете БГУ или в магазине «Химреактивы». Погибший Кучеров не был связан ни с одним из этих мест.

Здание химфака БГУ. Фото: химический факультет БГУ
Здание химфака БГУ. Фото: химический факультет БГУ

Изучение медицинской карты показало, что погибший уже обращался к врачам с жалобами на ухудшение здоровья. И он был не единственным: в больницу ходил и его коллега по театру Игорь Лобанов. Мужчины жаловались на онемение конечностей, усталость и металлический привкус во рту. Глубоко разбираться в этих жалобах врачи, как и в случае с предыдущим отравлением, не стали. Лобанову и Кучерову заявили, что, вероятнее всего, они страдают недостатком витаминов, и посоветовали принимать аскорбиновую кислоту и есть побольше свежих овощей и фруктов.

Игорь Лобанов остался в живых. Позже он расскажет следователям, что накануне болезни они вместе с Кучеровым пили напиток из одной бутылки — странного вида шампанское. Странным оно было из-за того, что после открытия в бутылке не обнаружилось газа. Бутылку принес один из мужчин (по одной версии Кучеров, по другой — Лобанов), а взял он ее из шкафчика на прошлом месте работы — в театре оперы и балета. Как раз там и случилось массовое отравление ранее в этом году.

Фото: Deutsche Fotothek‎
Фото: Deutsche Fotothek‎

Важно понимать, что к этому моменту милиция даже не знала об отравлениях в другом театре. А вот смерть Кучерова от бутылки шампанского вызвала у них подозрения в том, что на Минском заводе игристых вин могли возникнуть неполадки, и в одну из партий напитка попали ядовитые вещества. Такой вариант развития событий был ужасным: напиток отправлялся в разные уголки СССР, и в ближайшем времени можно было ожидать целой череды отравлений по всей стране. Но очень скоро, буквально спустя пару дней, стало понятно, что шампанское, вероятно, ни при чем. Случились новые отравления, и новые смерти.

Отравленное вино у двери в квартиру

Поздно вечером 27 июля в минской больнице скорой медицинской помощи оказались сразу два молодых человека: Григорий Лаптев и Владимир Рыбаков. Оба только что закончили вуз, и у обоих наблюдались симптомы тяжелого пищевого отравления. Лаптев умер в тот же день, Рыбаков — на следующий. Перед смертью с Владимиром успел поговорить следователь.

Произошло следующее: вечером молодые люди отмечали окончание университета в кафе, а после решили продолжить праздник в квартире своей знакомой. Девушка по имени Наталья Руденок сама пригласила их в гости. Там молодые люди открыли бутылку вина «Саперави». Рыбаков и Лаптев выпили всего по рюмке, и им сразу же стало плохо. Позже выяснится, что на этот раз в бутылке был не таллий, а соляная кислота и мышьяк.

Минск летом 1982-го. Фото: Livejournal/minsk1067
Минск летом 1982-го. Фото: Livejournal/minsk1067

О том, что в Минске от отравления напитком из бутылки накануне скончался другой молодой человек, следователи уже знали — результаты экспертизы к этому времени были готовы. Держа в уме этот факт, они отправились в квартиру к Руденок, чтобы понять, откуда взялось вино, которое могло быть отравлено. В квартире были девушка и ее мать — испуганные тем, что произошло, они вылили вино и выбросили бутылки. Тогда же мать Руденок рассказала интересную деталь: у напитка было необычное происхождение. Его не купили в магазине, а «удачно» нашли. Несколько бутылок просто стояли на лестничной клетке, у двери соседней квартиры.

Имя этого соседа — Владимир Мезенцев. Тот самый, который недавно поделился с коллегами из театра оперы и балета отравленным лимонадом.

Хотел отравить одного, а убил троих

Мезенцев запросто мог стать главным подозреваемым, но его соседка ясно дала понять: отравленное вино она нашла у двери его квартиры. Лимонад, который Мезенцев отдал коллегам, он тоже нашел в своем шкафчике на работе. Следователи решили проверить версию о том, что отравить хотели самого Мезенцева. Но сам он понятия не имел, кому это могло быть нужно. Единственный недоброжелатель, которого он смог вспомнить, — его бывшая любовница. У нее дома провели обыск и даже отыскали баночку с соляной кислотой. Девушка утверждала, что ее в квартиру с работы принесла мать на случай, если та вдруг пригодится в хозяйстве.

Параллельно с этим следователи отправляли запросы на предприятия и в учреждения, которые используют в производстве опасные вещества, активно допрашивали соседей Мезенцева и работников театра оперы и балета. Некоторые из них вспомнили, что у одного из коллег по театру есть брат-химик. Тогда в деле начала просматриваться разгадка: среди студентов химического факультета БГУ действительно нашелся 19-летний Александр Нехаев. Фамилия оказалась для следствия знакомой: в театре оперы и балета работал 34-летний Валерий Нехаев. Оба были братьями и оба попали под подозрение.

Валерий Нехаев во время следственного эксперимента. Фото: russian7.ru
Валерий Нехаев во время следственного эксперимента. Фото: russian7.ru

В квартиру, где жили Нехаевы, пришли с обыском, и обнаружили в ней настоящую химическую лабораторию. Александр проводил разнообразные опыты и хранил дома множество самых разных, в том числе опасных веществ. Он без проблем доставал их в лабораториях на факультете. Помогали ему и сотрудники магазина «Химреактивы»: одна из них, ничего не подозревая, за коробку конфет передала Нехаеву большое количество таллия и мышьяка.

Но младший брат, как оказалось, был лишь соучастником. Идея отравления пришла в голову Валерию Нехаеву. Как он рассказал следствию, наказать таким способом он хотел своего коллегу Мезенцева. Они оба работали в театре со сценой, и однажды по вине Мезенцева на Нехаева упала часть декорации. Вместо извинений он услышал в свой адрес мат и затаил обиду. Нехаев рассказал, что его постоянно преследовало чувство несправедливости: себя он считал талантливым, но принципиальным человеком, но при этом жил небогато и не имел семьи.

Александр лишь подсказывал брату, какой яд лучше использовать, и доставал нужные вещества. Первая попытка отравить Мезенцева оказалась неудачной: лимонад с таллием попал к другим людям, которые, наоборот, были друзьями Нехаева. К счастью, яда в бутылке оказалось слишком мало. Для второй попытки отравитель увеличил дозу, но отравленное шампанское снова попало к другим людям. В третий раз Нехаев использовал соляную кислоту и мышьяк, но снова отравил не тех.

Валерия подвела спешка: между попытками убийства прошло слишком мало времени, и внезапные смерти молодых людей не могли не вызвать вопросов. Если бы он выдерживал паузы, возможно, на эти случаи не обратили бы внимания.

Приговор — расстрел

Обоим братьям предъявили обвинения: старшему — в убийстве, покушении на убийство, причинении телесных повреждений, хищении боеприпасов и изготовлении порнографических материалов. Такой широкий список объясняется тем, что в квартире братьев нашли самодельное оружие, патроны и слайды пикантного содержания. Младшего брата обвинили в покушении на убийство и причинении телесных повреждений. Общее обвинение для обоих — незаконное изготовление, приобретение и хранение сильнодействующих и ядовитых веществ.

Химическая посуда в квартире Нехаевых. Фото: russian7.ru
Химическая посуда в квартире Нехаевых. Фото: russian7.ru

Старший Нехаев был уверен в том, что его осудят на расстрел. Он не ошибся: приговор был именно таким. Александр Нехаев отделался пятью годами лишения свободы.

В 2002-м году «Белгазета» писала и о других последствиях дела. Ректору БГУ предлагалось усилить работу среди учащихся из-за недостойного поведения бывшего студента. Начальнику уголовного розыска Минска указали на «недостаточную работу по своевременному обнаружению преступной деятельности Нехаевых». Досталось и директору театра оперы и балета: ему указали на то, что в театре «ненадлежаще проводится воспитательная работа среди коллективов машинистов сцены». Уголовное дело возбудили и в отношении продавщицы, которая за конфеты выдавала Александру Нехаеву опасные вещества.

Валерия Нехаева расстреляли спустя полгода, в 1983-м. Его младший брат полностью отбыл пятилетний срок и вышел на свободу в 1987-м.